40 цитат: всё о «декабристы»

Тема «декабристы» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 40 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Некоторые жены моих товарищей стали также прибывать в добровольную ссылку. С благоговением и глубоким уважением вспоминаю я имена их. Достойные женщины исполнили долг супружеской верности с героическим самоотвержением.

   Некоторые жены моих товарищей стали также прибывать в добровольную ссылку. С благоговением и глубоким уважением вспоминаю я имена их. Достойные женщины исполнили долг супружеской верности с героическим самоотвержением.

   — Н. А. Арзуманова · книга
2. «

   В тридцать пять лет многое изменилось, в понятиях общества — многое черное сделалось белым, а многое белое — черным.

   В тридцать пять лет многое изменилось, в понятиях общества — многое черное сделалось белым, а многое белое — черным.

   — Н. А. Арзуманова · книга
3. «

   Теперь я жила среди людей, принадлежащих к последнему разряду человечества, а, между тем, мы видели с их стороны лишь знаки уважения.

   Теперь я жила среди людей, принадлежащих к последнему разряду человечества, а, между тем, мы видели с их стороны лишь знаки уважения.

   — Н. А. Арзуманова · книга
4. «

   В год коронования императора Александра II нас всех вернули, но увы! из 121 члена тайного общества, осталось всего от 12 до 15 человек; остальные умерли или были убиты на Кавказе.

   В год коронования императора Александра II нас всех вернули, но увы! из 121 члена тайного общества, осталось всего от 12 до 15 человек; остальные умерли или были убиты на Кавказе.

   — Н. А. Арзуманова · книга
5. «

   Газеты, журналы, выписывались многими, а Никита Муравьев даже перевез в Сибирь всю богатую библиотеку своего отца для общего употребления.

   Газеты, журналы, выписывались многими, а Никита Муравьев даже перевез в Сибирь всю богатую библиотеку своего отца для общего употребления.

   — Н. А. Арзуманова · книга
6. «

   Пребывание наше в Чите оказалось в некоторой степени благодетельно для жителей, принадлежавших к горному ведомству и управляемых горными чиновниками. Большая часть из них были очень бедны, но при нас имели все средства поправить свое состояние. Расходы наших дам и издержки на каземат ежегодно простирались тысяч до ста на ассигнации, значительная часть которых истрачивалась в самой Чите.

   Пребывание наше в Чите оказалось в некоторой степени благодетельно для жителей, принадлежавших к горному ведомству и управляемых горными чиновниками. Большая часть из них были очень бедны, но при нас имели все средства поправить свое состояние. Расходы наших дам и издержки на каземат ежегодно простирались тысяч до ста на ассигнации, значительная часть которых истрачивалась в самой Чите.

   — Н. А. Арзуманова · книга
7. «

   Подозреваемые в заговоре тотчас были приведены к допросу. Известно, каким образом в Сибири производится допрос: плети, палки и розги почитаются в сем случае лучшими путеводителями к истине.

   Подозреваемые в заговоре тотчас были приведены к допросу. Известно, каким образом в Сибири производится допрос: плети, палки и розги почитаются в сем случае лучшими путеводителями к истине.

   — Н. А. Арзуманова · книга
8. «

   Есть начала, есть истины, не подвергающиеся порче и как проводники, хотя и схороненные, остаются истинными! Будет им и их время. Вера в бога, вера в человечество, вера в его будущность.

   Есть начала, есть истины, не подвергающиеся порче и как проводники, хотя и схороненные, остаются истинными! Будет им и их время. Вера в бога, вера в человечество, вера в его будущность.

   — Н. А. Арзуманова · книга
9. «

   Наши письма вручались открытыми Бурнашеву, отсылались им в канцелярию коменданта, затем шли в канцелярию гражданского губернатора в Иркутске и, наконец, в Петербург в III отделение канцелярии его величества, так что они шли бесконечно долгое время, пока доходили до наших родственников.

   Наши письма вручались открытыми Бурнашеву, отсылались им в канцелярию коменданта, затем шли в канцелярию гражданского губернатора в Иркутске и, наконец, в Петербург в III отделение канцелярии его величества, так что они шли бесконечно долгое время, пока доходили до наших родственников.

   — Н. А. Арзуманова · книга
10. «

    Сибирь страшна только тем, кто в ней не бывал.

    Сибирь страшна только тем, кто в ней не бывал.

    — Н. А. Арзуманова · книга
11. «

    Между тем, время шло обычным путем своим и для нас шло так скоро, что из молодых людей мы сделались стариками.

    Между тем, время шло обычным путем своим и для нас шло так скоро, что из молодых людей мы сделались стариками.

    — Н. А. Арзуманова · книга
12. «

    Это была деревня, состоящая из одной улицы, окруженная горами, более или менее изрытыми раскопками, которые там производились для добывания свинца, содержащего в себе серебряную руду. Местоположение было бы красиво, если бы не вырубили, на пятьдесят верст кругом, лесов из опасения, чтобы беглые каторжники в них не скрывались;.даже кустарники были вырублены; зимою вид был унылый.

    Это была деревня, состоящая из одной улицы, окруженная горами, более или менее изрытыми раскопками, которые там производились для добывания свинца, содержащего в себе серебряную руду. Местоположение было бы красиво, если бы не вырубили, на пятьдесят верст кругом, лесов из опасения, чтобы беглые каторжники в них не скрывались;.даже кустарники были вырублены; зимою вид был унылый.

    — Н. А. Арзуманова · книга
13. «

    Здешний край богат средствами, чтобы с благодарностью ответить вашим трудам и положенным капиталам.

    Здешний край богат средствами, чтобы с благодарностью ответить вашим трудам и положенным капиталам.

    — Н. А. Арзуманова · книга
14. «

    Мы признаем только два разряда людей: хороших и худых, с первыми мы очень рады сближаться, а от вторых стараемся удаляться, несмотря на внешность их, на мундир, кресты, звезды, или армяки и халаты.

    Мы признаем только два разряда людей: хороших и худых, с первыми мы очень рады сближаться, а от вторых стараемся удаляться, несмотря на внешность их, на мундир, кресты, звезды, или армяки и халаты.

    — Н. А. Арзуманова · книга
15. «

    Если кто заслужил смерть, необходимую, может быть, для будущего России — это я.

    Если кто заслужил смерть, необходимую, может быть, для будущего России — это я.

    — Н. А. Арзуманова · книга
16. «

    Декабристы были виновниками и первоначинателями всех наших последующих политических смут. Вся, в течение почти столетия, невинно пролитая кровь, начиная с графа Милорадовича и кончая последним, вчера или сегодня убитым, городовым, кровь, пролитая во имя призрачной свободы, эта кровь лежит ничем несмываемым пятном на памяти декабристов.

    Декабристы были виновниками и первоначинателями всех наших последующих политических смут. Вся, в течение почти столетия, невинно пролитая кровь, начиная с графа Милорадовича и кончая последним, вчера или сегодня убитым, городовым, кровь, пролитая во имя призрачной свободы, эта кровь лежит ничем несмываемым пятном на памяти декабристов.

    — София Дмитриевна Толь
17. «

    Смотреть на декабристов и нигилистов как на мелкие случаи — глупо.

    Смотреть на декабристов и нигилистов как на мелкие случаи — глупо.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
18. «

    Несчастная страна, где они даже не знают, как тебя повесить.

    Несчастная страна, где они даже не знают, как тебя повесить.

    — Кондратий Федорович Рылеев
19. «

    Скольким обманам подвергаемся мы от людей, кому вздумаем довериться и которые пользуются нашим положением!

    Скольким обманам подвергаемся мы от людей, кому вздумаем довериться и которые пользуются нашим положением!

    — Н. А. Арзуманова · книга
20. «

    И если бы я смела высказать свое мнение о событиях 14 декабря и о возмущении полка Сергея Муравьева, то сказала бы, что все это было несвоевременно; нельзя поднимать знамени свободы, не имея за собой сочувствия ни войска, ни народа, который ничего в том еще не понимает.

    И если бы я смела высказать свое мнение о событиях 14 декабря и о возмущении полка Сергея Муравьева, то сказала бы, что все это было несвоевременно; нельзя поднимать знамени свободы, не имея за собой сочувствия ни войска, ни народа, который ничего в том еще не понимает.

    — Н. А. Арзуманова · книга