509 цитат на тему «долг» для размышлений

509 цитат про «долг»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Беззащитна любовь, но клинок и понятие долга, Слава Богу, пока у мужчин никому не отнять. Снег ночной упадёт бездыханно стеною отвесной На заказанный путь, по дороге не будет трясти... «О, Мадонна моя, ты мой ангел небесный. Если сможешь, прости. Если сможешь, прости.»

   Беззащитна любовь, но клинок и понятие долга, Слава Богу, пока у мужчин никому не отнять. Снег ночной упадёт бездыханно стеною отвесной На заказанный путь, по дороге не будет трясти... «О, Мадонна моя, ты мой ангел небесный. Если сможешь, прости. Если сможешь, прости.»
2. «

   Власть — это долг; свобода — ответственность.

   Власть — это долг; свобода — ответственность.

   — Янина Ипохорская
3. «

   — Сегодня вечером, в какой-то момент, один из этих дряхлых пеньков заговорит о войне. Потом он спросит, не сожалеем ли мы, что пропустили прошлую и скажет, что мы должны пылать желанием исполнить свой долг в следующей. Хоть её и не будет. — Всегда есть следующая война.

   — Сегодня вечером, в какой-то момент, один из этих дряхлых пеньков заговорит о войне. Потом он спросит, не сожалеем ли мы, что пропустили прошлую и скажет, что мы должны пылать желанием исполнить свой долг в следующей. Хоть её и не будет. — Всегда есть следующая война.

   — Энтони Марстон · сериал
4. «

   Мой долг спасти вашу шкуру, вашу душу уже не спасти!

   Мой долг спасти вашу шкуру, вашу душу уже не спасти!

   — Вирджиния Гудман · фильм
5. «

   Мы исполняли интернациональный долг, всё разложено по полочкам… Только сейчас задумался, когда рассыпался стереотип… А ведь я никогда не мог без слёз читать «Муму» Тургенева! На войне с человеком что-то происходит, там человек тот и уже не тот. Разве нас учили: «Не убий!» В школу, в институт приходили участники войны и рассказывали, как они убивали. У всех были приколоты к торжественным костюмам орденские планки. Я ни разу не слышал, что на войне убивать нельзя. Я знал, что судят только тех, кто убивает в мирное время. Они — убийцы, а в войну это именуется по-другому: «сыновий долг перед Родиной», «святое мужское дело», «защита Отечества». Нам объяснили, что мы повторяем подвиг солдат Великой Отечественной. Как я мог усомниться? Нам всегда повторяли, что мы самые лучшие; если мы самые лучшие, то зачем мне самому думать — всё у нас правильно. Потом я много размышлял. Друзья говорили: «Ты или сошёл с ума, или хочешь сойти с ума». А я (меня воспитывала мама, человек сильный, властный) никогда не хотел вмешиваться в свою судьбу…

   Мы исполняли интернациональный долг, всё разложено по полочкам… Только сейчас задумался, когда рассыпался стереотип… А ведь я никогда не мог без слёз читать «Муму» Тургенева! На войне с человеком что-то происходит, там человек тот и уже не тот. Разве нас учили: «Не убий!» В школу, в институт приходили участники войны и рассказывали, как они убивали. У всех были приколоты к торжественным костюмам орденские планки. Я ни разу не слышал, что на войне убивать нельзя. Я знал, что судят только тех, кто убивает в мирное время. Они — убийцы, а в войну это именуется по-другому: «сыновий долг перед Родиной», «святое мужское дело», «защита Отечества». Нам объяснили, что мы повторяем подвиг солдат Великой Отечественной. Как я мог усомниться? Нам всегда повторяли, что мы самые лучшие; если мы самые лучшие, то зачем мне самому думать — всё у нас правильно. Потом я много размышлял. Друзья говорили: «Ты или сошёл с ума, или хочешь сойти с ума». А я (меня воспитывала мама, человек сильный, властный) никогда не хотел вмешиваться в свою судьбу…

   — Светлана Алексиевич · книга
6. «

   — Кто пришёл снова? — Дьявол, сэр, насколько я могу судить. Он подходил к окну. — Кто подходил к окну и когда? — Часа два назад. <...> Господи, сэр, что это было за лицо! Оно будет сниться мне по ночам. — Да успокойтесь вы, Уолтерс. Разве так должен докладывать полисмен? — Вы правы, сэр, я всё понимаю, но я был потрясён, сэр, и бесполезно это отри­цать. <...> Я выбе­жал из дома и осмотрел кустарник, но там, слава Богу, никого не было. — Если бы я не знал, что вы добросовестный сотрудник, Уолтерс, то после всего этого стал бы очень плохо о вас думать. Ес­ли даже это был дьявол собственной персо­ной, стоящий на посту констебль не должен благодарить Бога за то, что не смог его изловить.

   — Кто пришёл снова? — Дьявол, сэр, насколько я могу судить. Он подходил к окну. — Кто подходил к окну и когда? — Часа два назад. <...> Господи, сэр, что это было за лицо! Оно будет сниться мне по ночам. — Да успокойтесь вы, Уолтерс. Разве так должен докладывать полисмен? — Вы правы, сэр, я всё понимаю, но я был потрясён, сэр, и бесполезно это отри­цать. <...> Я выбе­жал из дома и осмотрел кустарник, но там, слава Богу, никого не было. — Если бы я не знал, что вы добросовестный сотрудник, Уолтерс, то после всего этого стал бы очень плохо о вас думать. Ес­ли даже это был дьявол собственной персо­ной, стоящий на посту констебль не должен благодарить Бога за то, что не смог его изловить.

   — Артур Конан Дойл · книга
7. «

   Матушка всю жизнь была ведьмой, а ведьме частенько приходится принимать решения. Ведьмы живут на грани. Ты принимаешь решения, чтобы их не пришлось принимать другим, чтобы те, другие, могли притвориться: а и не было нужды принимать решения, не было никаких маленьких тайн, все просто случилось. А ты никому не рассказываешь о том, что знаешь, и ничего не требуешь взамен.

   Матушка всю жизнь была ведьмой, а ведьме частенько приходится принимать решения. Ведьмы живут на грани. Ты принимаешь решения, чтобы их не пришлось принимать другим, чтобы те, другие, могли притвориться: а и не было нужды принимать решения, не было никаких маленьких тайн, все просто случилось. А ты никому не рассказываешь о том, что знаешь, и ничего не требуешь взамен.

   — Терри Пратчетт · книга
8. «

   Благородный муж превыше всего почитает долг. Благородный муж, наделенный отвагой, но не ведающий долга, может стать мятежником. Низкий человек, наделенный отвагой, но не ведающий долга, может пуститься в разбой.

   Благородный муж превыше всего почитает долг. Благородный муж, наделенный отвагой, но не ведающий долга, может стать мятежником. Низкий человек, наделенный отвагой, но не ведающий долга, может пуститься в разбой.

   — Конфуций
9. «

   Чем больше у тебя привилегий, тем больше у тебя обязанностей перед обществом, Каллиопа.

   Чем больше у тебя привилегий, тем больше у тебя обязанностей перед обществом, Каллиопа.

   — Граф Рустичель
10. «

    К целому вечно стремись; но если ты сам не сумеешь Целым стать, то сумей в целом остаться звеном.

    К целому вечно стремись; но если ты сам не сумеешь Целым стать, то сумей в целом остаться звеном.

    — Фридрих Шиллер
11. «

    В жизни солдата редко бывает выбор. Для него важнее всего — долг.

    В жизни солдата редко бывает выбор. Для него важнее всего — долг.

    — Ральф (отец Бруно) · фильм
12. «

    — Я в жизни не видел таких предателей, как вы! — Что за чушь? Это мой долг. — Ваш долг — увести мою девушку?! — Мой долг — не пускать мистера Эндрю в огород, где не для него капуста растет! Да-да, с тех пор, как ты сошел со сцены, он ей названивает, пытаясь раздуть угольки жарких ночек времен учебы в университете!

    — Я в жизни не видел таких предателей, как вы! — Что за чушь? Это мой долг. — Ваш долг — увести мою девушку?! — Мой долг — не пускать мистера Эндрю в огород, где не для него капуста растет! Да-да, с тех пор, как ты сошел со сцены, он ей названивает, пытаясь раздуть угольки жарких ночек времен учебы в университете!

    — Доктор Бадди Райдел · фильм
13. «

    В жизни каждого человека бывают критические минуты, когда он колеблется между строгим соблюдением долга и справедливости и соблазном счастья, которого, кажется, можно бы достигнуть, — стоит лишь поступить не так, как должно.

    В жизни каждого человека бывают критические минуты, когда он колеблется между строгим соблюдением долга и справедливости и соблазном счастья, которого, кажется, можно бы достигнуть, — стоит лишь поступить не так, как должно.

    — Теодор Драйзер · книга
14. «

    Не работа главное, а долг! Долг – это обязательства. Никто и никогда не должен бросать слова на ветер!

    Не работа главное, а долг! Долг – это обязательства. Никто и никогда не должен бросать слова на ветер!

    — Телохранитель (The Bodyguard) (1992) · фильм
15. «

    Никто, одалживая вещь, не делает ее собственностью того, кому одалживает.

    Никто, одалживая вещь, не делает ее собственностью того, кому одалживает.

    — Ульпиан
16. «

    Мы должны выполнить еще один долг, более высокий, чем решение проблем нашей эпохи: сохранить те из наших благ, которые носят наиболее возвышенный и непреходящий характер, благ, наполняющих смыслом нашу жизнь, благ, которые мы хотим передать нашим детям в более прекрасном и чистом виде, чем получили их от наших предков.

    Мы должны выполнить еще один долг, более высокий, чем решение проблем нашей эпохи: сохранить те из наших благ, которые носят наиболее возвышенный и непреходящий характер, благ, наполняющих смыслом нашу жизнь, благ, которые мы хотим передать нашим детям в более прекрасном и чистом виде, чем получили их от наших предков.

    — Альберт Эйнштейн · книга
17. «

    Кто лихо тратит, тот в долг не даёт.

    Кто лихо тратит, тот в долг не даёт.

    — Английские пословицы и поговорки
18. «

    Прости меня, Кай... Но, как и ты, я полностью верил в эту последнюю карту. И человечество нуждается в тебе, чтобы идти дальше. ОГОНЬ!

    Прости меня, Кай... Но, как и ты, я полностью верил в эту последнюю карту. И человечество нуждается в тебе, чтобы идти дальше. ОГОНЬ!

    — Дэрил (Daryl) · игра
19. «

    Недостойное и заблуждающееся чувство может нуждаться в поддержке, <...> но сознание долга находит поддержку в себе самом.

    Недостойное и заблуждающееся чувство может нуждаться в поддержке, <...> но сознание долга находит поддержку в себе самом.

    — Вальтер Скотт · книга
20. «

    Я, император, полагаю, что государи древности, опираясь на гуманность, проявляли свою милость, а основываясь на долге, осуществляли свою справедливость. Распространяющий гуманность тревожится лишь о том, что она еще не всех охватила. Исполняющий же долг — о том, что не все еще сделано.

    Я, император, полагаю, что государи древности, опираясь на гуманность, проявляли свою милость, а основываясь на долге, осуществляли свою справедливость. Распространяющий гуманность тревожится лишь о том, что она еще не всех охватила. Исполняющий же долг — о том, что не все еще сделано.

    — Леонид Сергеевич Васильев · книга