207 сильных цитат: «достоинство»

207 цитат про «достоинство»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Тот, кто бежит с агрессией, ходит без достоинства.

   Тот, кто бежит с агрессией, ходит без достоинства.

   — Самурай Джек · мультфильм
2. «

   Мужчину — равно как и женщину — красит не одежда, а умение держаться.

   Мужчину — равно как и женщину — красит не одежда, а умение держаться.

   — Виктория Хольт · книга
3. «

   Ценность человека состоит не в его россказнях о себе, а в его славных и достойных делах.

   Ценность человека состоит не в его россказнях о себе, а в его славных и достойных делах.
4. «

   Я не могу стать частью такого мира, где мужья одевают своих жён как женщин лёгкого поведения, выставляя на показ всё то, что должно быть сокровенным. Где нет понятия чести и достоинства, и на слова людей можно ссылаться только тогда, когда они говорят «обещаю». Где женщины не хотят детей, а мужчины не хотят семьи. Где сосунки считают себя успешными за рулём отцовских машин, а любой кто имеет хоть немного власти пытается доказать вам, что вы ничтожество. Где люди лицемерно заявляют, что верят в Бога с рюмкой алкоголя в руках, и с отсутствием малейшего понимания своей религии. Где понятие ревности, считается постыдным, а скромность — недостатком. Где люди забыли о любви, а лишь ищут наилучший вариант партнёра. Где люди ремонтируют каждый шорох своей машины, не жалея ни денег, ни времени, а сами выглядят настолько убого, что только дорогая машина может это скрыть. Где парни пропивают родительские деньги в ночных клубах, кривляясь под примитивные звуки, а девки в них из-за этого влюбляются. Где М и Ж уже давно не различаются и где всё это вместе называется свободой выбора, но тех кто выберет другой путь — заклеймят отсталыми деспотами. Я выбираю свой путь, жаль только то, что я не нашёл такого же понимания у тех людей, в которых больше всего его искал.

   Я не могу стать частью такого мира, где мужья одевают своих жён как женщин лёгкого поведения, выставляя на показ всё то, что должно быть сокровенным. Где нет понятия чести и достоинства, и на слова людей можно ссылаться только тогда, когда они говорят «обещаю». Где женщины не хотят детей, а мужчины не хотят семьи. Где сосунки считают себя успешными за рулём отцовских машин, а любой кто имеет хоть немного власти пытается доказать вам, что вы ничтожество. Где люди лицемерно заявляют, что верят в Бога с рюмкой алкоголя в руках, и с отсутствием малейшего понимания своей религии. Где понятие ревности, считается постыдным, а скромность — недостатком. Где люди забыли о любви, а лишь ищут наилучший вариант партнёра. Где люди ремонтируют каждый шорох своей машины, не жалея ни денег, ни времени, а сами выглядят настолько убого, что только дорогая машина может это скрыть. Где парни пропивают родительские деньги в ночных клубах, кривляясь под примитивные звуки, а девки в них из-за этого влюбляются. Где М и Ж уже давно не различаются и где всё это вместе называется свободой выбора, но тех кто выберет другой путь — заклеймят отсталыми деспотами. Я выбираю свой путь, жаль только то, что я не нашёл такого же понимания у тех людей, в которых больше всего его искал.
5. «

   Когда он вошёл, Винанд встал из-за стола, глядя прямо на него. Лицо Винанда не было лицом незнакомого человека; лицо незнакомца — неизвестная земля, её можно открыть и исследовать, будь на то воля и желание. Тут же было знакомое лицо, которое замкнулось и никогда не откроется. В нём не было боли самоотречения, это было лицо человека, отказавшего себе даже в боли. Лицо отрешённое и спокойное, полное собственного достоинства, но не живого, а того, которое запечатлели изображения на средневековых гробницах, — достоинства, говорящего о былом величии и не позволяющего касаться останков.

   Когда он вошёл, Винанд встал из-за стола, глядя прямо на него. Лицо Винанда не было лицом незнакомого человека; лицо незнакомца — неизвестная земля, её можно открыть и исследовать, будь на то воля и желание. Тут же было знакомое лицо, которое замкнулось и никогда не откроется. В нём не было боли самоотречения, это было лицо человека, отказавшего себе даже в боли. Лицо отрешённое и спокойное, полное собственного достоинства, но не живого, а того, которое запечатлели изображения на средневековых гробницах, — достоинства, говорящего о былом величии и не позволяющего касаться останков.

   — Айн Рэнд · книга
6. «

   Из-за того что резиновые сапоги мне велики, носки с меня сползли. Нельзя вести достойное существование в сползших носках.

   Из-за того что резиновые сапоги мне велики, носки с меня сползли. Нельзя вести достойное существование в сползших носках.

   — Питер Хёг · книга
7. «

   Межевой рыцарь не должен ронять своего достоинства. Без него он не больше чем наемник.

   Межевой рыцарь не должен ронять своего достоинства. Без него он не больше чем наемник.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   Уверенно и достойно входите в любой возраст — другого ведь нам не дано!

   Уверенно и достойно входите в любой возраст — другого ведь нам не дано!
9. «

   Это было недостойно, я согласен, но когда имеешь дело с таким негодяем, то и сам невольно теряешь достоинство.

   Это было недостойно, я согласен, но когда имеешь дело с таким негодяем, то и сам невольно теряешь достоинство.

   — Майн Рид · книга
10. «

    Я понимаю тебя, ведун Олег. Ты привык сражаться за чужой покой, и твоя душа мучается, когда приходится бросать в мясорубку тех, кого ты привык спасать. Что же, постарайся сделать так, чтобы их погибло поменьше. Но те, кто оказался на пути потока, не могут не плыть среди штормовых волн. Секрет в том, что человек всегда должен блюсти свою честь, достоинство. Всегда должен быть готов к борьбе, к боли, к страху, чтобы преодолеть, выплыть, попасть на гребень. Или умереть. Но умереть с честью, не воняя потом годами тухлятиной из затопленной норы. А думать о смысле потока… Не стоит заботиться о том, чего не можешь изменить. Нужно сохранить свой стержень, остаться самим собой в меняющемся мире. И тебе, и каждому из них. Поверь, они ещё будут вспоминать эти дни как самые счастливые в своей жизни.

    Я понимаю тебя, ведун Олег. Ты привык сражаться за чужой покой, и твоя душа мучается, когда приходится бросать в мясорубку тех, кого ты привык спасать. Что же, постарайся сделать так, чтобы их погибло поменьше. Но те, кто оказался на пути потока, не могут не плыть среди штормовых волн. Секрет в том, что человек всегда должен блюсти свою честь, достоинство. Всегда должен быть готов к борьбе, к боли, к страху, чтобы преодолеть, выплыть, попасть на гребень. Или умереть. Но умереть с честью, не воняя потом годами тухлятиной из затопленной норы. А думать о смысле потока… Не стоит заботиться о том, чего не можешь изменить. Нужно сохранить свой стержень, остаться самим собой в меняющемся мире. И тебе, и каждому из них. Поверь, они ещё будут вспоминать эти дни как самые счастливые в своей жизни.

    — Александр Прозоров · книга
11. «

    В старости главное — чувство достоинства, а его меня лишили.

    В старости главное — чувство достоинства, а его меня лишили.

    — Фаина Раневская
12. «

    Недоумевающий взгляд великого оскорбленного достоинства — так и хочется взять дубинку и въехать по зубам.

    Недоумевающий взгляд великого оскорбленного достоинства — так и хочется взять дубинку и въехать по зубам.

    — Ирвин Уэлш · книга
13. «

    Способность к компромиссу — похвальное достоинство, а не презренная слабость.

    Способность к компромиссу — похвальное достоинство, а не презренная слабость.
14. «

    Николя вдруг подумал, что каждый человек остается наедине со своим одиночеством; и вот его старый друг также частенько скрывал, прятал от своих друзей страдания, свойственные его возрасту, за тем, что на первый взгляд казалось кокетством, но на самом деле было чувством собственного достоинства.

    Николя вдруг подумал, что каждый человек остается наедине со своим одиночеством; и вот его старый друг также частенько скрывал, прятал от своих друзей страдания, свойственные его возрасту, за тем, что на первый взгляд казалось кокетством, но на самом деле было чувством собственного достоинства.

    — Жан-Франсуа Паро · книга
15. «

    Она его не любила, но за достоинство очень ценила.

    Она его не любила, но за достоинство очень ценила.
16. «

    — Жан?! — Обещание есть обещание. — Ха-ха-ха-ха! Жан, ты не обязан был... — Эй! Семья Арк никогда не бросает слов на ветер! А теперь выбирай, чего ты хочешь — угарать надо мной и дальше, или всё-таки подаришь мне танец? — С большим удовольствием!

    — Жан?! — Обещание есть обещание. — Ха-ха-ха-ха! Жан, ты не обязан был... — Эй! Семья Арк никогда не бросает слов на ветер! А теперь выбирай, чего ты хочешь — угарать надо мной и дальше, или всё-таки подаришь мне танец? — С большим удовольствием!

    — Пирра Никос (Pyrrha Nikos) · мультфильм
17. «

    Поражаюсь выдержке Патти, она сидела там и говорила: «Я хочу попасть внутрь, но меня не пускают. Отлично, буду сидеть у входа». Типично панковское поведение задолго до появления типичного панковского поведения.

    Поражаюсь выдержке Патти, она сидела там и говорила: «Я хочу попасть внутрь, но меня не пускают. Отлично, буду сидеть у входа». Типично панковское поведение задолго до появления типичного панковского поведения.

    — Джиллиан Маккейн · книга
18. «

    Только держать удар надо уметь. Не только когда по морде бьют, но и когда в душу плюют.

    Только держать удар надо уметь. Не только когда по морде бьют, но и когда в душу плюют.

    — Алексей Гравицкий · книга
19. «

    Даже смеяться над ним было ниже собственного достоинства. Он всё пропускал мимо ушей.

    Даже смеяться над ним было ниже собственного достоинства. Он всё пропускал мимо ушей.

    — Лариса Владимировна Бочарова · книга
20. «

    Один из величайших и священнейших принципов истинной нравственности заключается в религиозном уважении к человеческому достоинству во всяком человеке без различия лица, прежде всего за то, что он — человек и потом уже за его личные достоинства.

    Один из величайших и священнейших принципов истинной нравственности заключается в религиозном уважении к человеческому достоинству во всяком человеке без различия лица, прежде всего за то, что он — человек и потом уже за его личные достоинства.

    — Виссарион Григорьевич Белинский