316 цитат про «единение, единство», которые захочется сохранить

316 цитат про «единение, единство»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Бенсингтон упивался чувством, что и он частица дружного братства, — эту радостную общность знают воины победоносных армий, путешественники в трудных походах, но ее не суждено испытать горожанам, живущим трезвой, размеренной жизнью.

   Бенсингтон упивался чувством, что и он частица дружного братства, — эту радостную общность знают воины победоносных армий, путешественники в трудных походах, но ее не суждено испытать горожанам, живущим трезвой, размеренной жизнью.

   — Герберт Уэллс · книга
2. «

   Он часто заслуживал одобрение Гитлера за идеи, которые были у него самого.

   Он часто заслуживал одобрение Гитлера за идеи, которые были у него самого.

   — Гитлер и апостолы зла (Hitler et les apôtres du mal) · фильм
3. «

   Секс как самоцель одномерен и не способствует единению партнеров. Он подрывает эмоциональные связи. В конце концов, он даже не приносит толком удовлетворения. Исследования показали, что такой секс снижает возбудимость и сокращает частоту оргазмов. В танце, где нет связи или способности прислушаться к музыке эмоций, каждое движение сопровождают скука и пустота.

   Секс как самоцель одномерен и не способствует единению партнеров. Он подрывает эмоциональные связи. В конце концов, он даже не приносит толком удовлетворения. Исследования показали, что такой секс снижает возбудимость и сокращает частоту оргазмов. В танце, где нет связи или способности прислушаться к музыке эмоций, каждое движение сопровождают скука и пустота.

   — Сью Джонсон · книга
4. «

   Известная ей ранее плесковская русь почитала разных богов – славянских, северных, чудских и даже голядских; это не мешало ей жить в согласии, да и разница в обрядах была несущественная. И как они совместно приносили жертвы, так и, подразумевалось, боги совместно примут их. Но сейчас будто луч солнца мелькнул вдали за облаками: на миг померещилось, что некое неведомое божество широко распахивает объятия, готовое принять всех без разбору, любого рода, племени и языка. Одно – на всех, кто носит звание «человек». Здесь, в Киеве, где «все» такие разные, оно было бы вполне уместно.

   Известная ей ранее плесковская русь почитала разных богов – славянских, северных, чудских и даже голядских; это не мешало ей жить в согласии, да и разница в обрядах была несущественная. И как они совместно приносили жертвы, так и, подразумевалось, боги совместно примут их. Но сейчас будто луч солнца мелькнул вдали за облаками: на миг померещилось, что некое неведомое божество широко распахивает объятия, готовое принять всех без разбору, любого рода, племени и языка. Одно – на всех, кто носит звание «человек». Здесь, в Киеве, где «все» такие разные, оно было бы вполне уместно.

   — Елизавета Дворецкая · книга
5. «

   Да одежд человеческих более гораздо, чем самих человеков. Веток на дереве много, а дерево одно. Листьев на дереве много, более, чем ветвей. И каждый лист как будто сам, а листья-то ведь все похожи, все древесные братья, лесные родственники. И без единого дерева им не быть.

   Да одежд человеческих более гораздо, чем самих человеков. Веток на дереве много, а дерево одно. Листьев на дереве много, более, чем ветвей. И каждый лист как будто сам, а листья-то ведь все похожи, все древесные братья, лесные родственники. И без единого дерева им не быть.

   — Константин Дмитриевич Бальмонт · книга
6. «

   Кто бы мог подумать, что слияние твоей сущности с душой смертного может быть настолько утомительным?

   Кто бы мог подумать, что слияние твоей сущности с душой смертного может быть настолько утомительным?

   — Ярбог · игра
7. «

   Меж ними космос. Я тому свидетель, невольный наблюдатель страстных тел, Слитых, как пуля с дулом в пистолете, И наведённых на один прицел.

   Меж ними космос. Я тому свидетель, невольный наблюдатель страстных тел, Слитых, как пуля с дулом в пистолете, И наведённых на один прицел.
8. «

   Ее уже не было. Был громадный корабль. Почти живой организм. Уютный, спокойный, серьезный и собранный. Аврора чувствовала его весь. Целиком. Руки — катера, сердце — машинное отделение, крылья — дюзы… по проводам-нервам бежали импульсы, передавая ее волю… позволяя убогим протоплазменным существам передвигаться по космосу… Смешные люди… Странные люди. А впрочем, какая разница?

   Ее уже не было. Был громадный корабль. Почти живой организм. Уютный, спокойный, серьезный и собранный. Аврора чувствовала его весь. Целиком. Руки — катера, сердце — машинное отделение, крылья — дюзы… по проводам-нервам бежали импульсы, передавая ее волю… позволяя убогим протоплазменным существам передвигаться по космосу… Смешные люди… Странные люди. А впрочем, какая разница?

   — Галина Гончарова · книга
9. «

   Я наконец открыла для себя источник любого движения: это единство, в котором рождается разнообразие.

   Я наконец открыла для себя источник любого движения: это единство, в котором рождается разнообразие.

   — Айседора Дункан
10. «

    Кончится вечер, погаснет свет в твоем окне. Он бесконечен с самим собой наедине.

    Кончится вечер, погаснет свет в твоем окне. Он бесконечен с самим собой наедине.
11. «

    Мы сильны настолько, насколько мы едины, и слабы настолько, насколько разъединены.

    Мы сильны настолько, насколько мы едины, и слабы настолько, насколько разъединены.

    — Джоан Роулинг · книга
12. «

    Чтобы подружиться с бабочкой, нужно сначала самой превратиться в кусочек природы. Выключить из себя человека, затаиться внутри — и представить себя деревом, травой или цветком.

    Чтобы подружиться с бабочкой, нужно сначала самой превратиться в кусочек природы. Выключить из себя человека, затаиться внутри — и представить себя деревом, травой или цветком.

    — Харуки Мураками · книга
13. «

    Разграничение всегда непростое дело. Мир един, жизнь едина. В самом святом и приятном присутствует и некоторая доля насилия.

    Разграничение всегда непростое дело. Мир един, жизнь едина. В самом святом и приятном присутствует и некоторая доля насилия.

    — Энтони Бёрджесс · книга
14. «

    Больше, чем наша связь через общего родителя, намного больше значит то, что он такой же, как я.

    Больше, чем наша связь через общего родителя, намного больше значит то, что он такой же, как я.

    — Джеффри Линдсей · книга
15. «

    — Есть одна вдохновляющая притча из книги Заветов. Одному единственному человеку удалось покорить весь мир. Остановить его получилось лишь благодаря усилиям всех народов. Из-за разрозненности народов ему удалось так высоко подняться. Я верю, что это ЕДИНСТВО, проявленное народами, символизирует мирное стремление к процветанию на одной земле, чему мы и должны следовать. — Я слышал эту «притчу» и меня занимает то, что ты выбрал именно её, проводя параллели с собой... К тому же, история учит нас, что любое единство недолговечно. Идеальный мир одного человека не может устроить всех остальных. — Такое идеологическое разногласие как раз и не позволяет злу вырождаться. Не согласен? — Это всё равно, что спорить, верю ли я, что ветер нуждается в воздухе. Ты ещё молод, вот поживёшь ещё столько же, тогда и сможешь изложить мудрые умозаключения. — Взгляни и удостоверься, что я тот шанс на спасение. — ... Я вижу лишь оторванного от реальности юношу. Разум его отуманен книгами, которые он не правильно истолковывает. Мы никогда не придём к общему мнению. Мы закончили? — В мире согласных нет места для конфликта. Всегда существует несколько способов уладить разногласие. [После этих слов подходит к мыслителю и, пинком, сбрасываем его с обрыва и идёт к джипу с солдатами, где сидит лейтенант с пурпурным ирокезом] — Эти люди просто идиоты, им никогда не постигнуть ваших идей, генерал! — Пираты такие же люди, как ты и я, Толо. Они просто слишком упрямы, чтобы понять, к чему приводят их действия. — Д-да, конечно! Простите, если я сморозил глупость, генерал! Мне не стоило открывать рот, я не имею права осквернять вашу речь своими мыслями. — Довольно, Толо. Теперь прочти мне то сообщение от агента.

    — Есть одна вдохновляющая притча из книги Заветов. Одному единственному человеку удалось покорить весь мир. Остановить его получилось лишь благодаря усилиям всех народов. Из-за разрозненности народов ему удалось так высоко подняться. Я верю, что это ЕДИНСТВО, проявленное народами, символизирует мирное стремление к процветанию на одной земле, чему мы и должны следовать. — Я слышал эту «притчу» и меня занимает то, что ты выбрал именно её, проводя параллели с собой... К тому же, история учит нас, что любое единство недолговечно. Идеальный мир одного человека не может устроить всех остальных. — Такое идеологическое разногласие как раз и не позволяет злу вырождаться. Не согласен? — Это всё равно, что спорить, верю ли я, что ветер нуждается в воздухе. Ты ещё молод, вот поживёшь ещё столько же, тогда и сможешь изложить мудрые умозаключения. — Взгляни и удостоверься, что я тот шанс на спасение. — ... Я вижу лишь оторванного от реальности юношу. Разум его отуманен книгами, которые он не правильно истолковывает. Мы никогда не придём к общему мнению. Мы закончили? — В мире согласных нет места для конфликта. Всегда существует несколько способов уладить разногласие. [После этих слов подходит к мыслителю и, пинком, сбрасываем его с обрыва и идёт к джипу с солдатами, где сидит лейтенант с пурпурным ирокезом] — Эти люди просто идиоты, им никогда не постигнуть ваших идей, генерал! — Пираты такие же люди, как ты и я, Толо. Они просто слишком упрямы, чтобы понять, к чему приводят их действия. — Д-да, конечно! Простите, если я сморозил глупость, генерал! Мне не стоило открывать рот, я не имею права осквернять вашу речь своими мыслями. — Довольно, Толо. Теперь прочти мне то сообщение от агента.

    — Генерал Хром · игра
16. «

    Вселенная – это единое нематериальное информационное поле, в котором все взаимосвязано и которое потенциально является всем, но фактически – ничем.

    Вселенная – это единое нематериальное информационное поле, в котором все взаимосвязано и которое потенциально является всем, но фактически – ничем.

    — Джо Диспенза · книга
17. «

    Меня зовут Карл Франц. Как и вы, я был рождён в этом мире бесконечных войн и ужасов. В сердце которого была страна людей — Империя, последний оплот надежды и отваги. В ней царила трусость, её раздирала жадность. Она была слабой и уязвимой. Всегда в обороне... Теперь этому конец. Теперь мы объединимся перед лицом Зла, бросившего нам вызов! Идите за мной, и мы прогоним эту тьму! Даю вам слово императора!

    Меня зовут Карл Франц. Как и вы, я был рождён в этом мире бесконечных войн и ужасов. В сердце которого была страна людей — Империя, последний оплот надежды и отваги. В ней царила трусость, её раздирала жадность. Она была слабой и уязвимой. Всегда в обороне... Теперь этому конец. Теперь мы объединимся перед лицом Зла, бросившего нам вызов! Идите за мной, и мы прогоним эту тьму! Даю вам слово императора!

    — император Карл Франц · игра
18. «

    В необходимом — единение, в сомнительном — свобода, во всём — любовь.

    В необходимом — единение, в сомнительном — свобода, во всём — любовь.

    — Аврелий Августин
19. «

    Одно племя. Один народ. Один Фрельйорд.

    Одно племя. Один народ. Один Фрельйорд.

    — Эш (Ashe) · игра
20. «

    Берегите братство и единство, как зеницу ока своего.

    Берегите братство и единство, как зеницу ока своего.

    — Иосип Броз Тито