139 фраз на тему «эволюция» для дневника

139 цитат про «эволюция»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Все мы можем сколько угодно заниматься спортом, есть полезное, есть вредное, выучивать языки, набирать сообщения большим пальцем — но в следующем поколении родится младенец, который ничего этого не знает. Потому что приобретенные признаки не наследуются.

   Все мы можем сколько угодно заниматься спортом, есть полезное, есть вредное, выучивать языки, набирать сообщения большим пальцем — но в следующем поколении родится младенец, который ничего этого не знает. Потому что приобретенные признаки не наследуются.

   — Илья Колмановский
2. «

   Организм, который научился размножаться и не умирать. Как изобретательно.

   Организм, который научился размножаться и не умирать. Как изобретательно.

   — Джерико Свейн · игра
3. «

   Много лет тому назад, в 1887 году, Макс Мюллер [...] заметил, что наши предки две тысячи лет назад были почти дальтониками, как почти все животные сегодня. Ксенофонт знал только три цвета радуги — пурпурный, красный и желтый, даже Аристотель говорит только о трехцветной радуге, а Демокрит знал не более, чем четыре цвета — черный, белый, красный и желтый. Гомер, по-видимому, представлял, что море имеет тот же цвет, что и вино. [...] Нет сомнения в том, что через тысячу лет человек будет видеть ослепительную Вселенную с дюжиной цветов, которые не существуют для нас.

   Много лет тому назад, в 1887 году, Макс Мюллер [...] заметил, что наши предки две тысячи лет назад были почти дальтониками, как почти все животные сегодня. Ксенофонт знал только три цвета радуги — пурпурный, красный и желтый, даже Аристотель говорит только о трехцветной радуге, а Демокрит знал не более, чем четыре цвета — черный, белый, красный и желтый. Гомер, по-видимому, представлял, что море имеет тот же цвет, что и вино. [...] Нет сомнения в том, что через тысячу лет человек будет видеть ослепительную Вселенную с дюжиной цветов, которые не существуют для нас.

   — Колин Уилсон · книга
4. «

   Разрушения подталкивают эволюцию. Страх есть движущая сила прогресса. Стоит показать нам глотку или зубы, как мы уже тут как тут, как пионеры на пути развития, которое неизбежно.

   Разрушения подталкивают эволюцию. Страх есть движущая сила прогресса. Стоит показать нам глотку или зубы, как мы уже тут как тут, как пионеры на пути развития, которое неизбежно.

   — Агаф т’Ххлг · игра
5. «

   Зло, каким бы сильным оно ни казалось на первый взгляд, к эволюции не способно...

   Зло, каким бы сильным оно ни казалось на первый взгляд, к эволюции не способно...

   — Николай Викторович Левашов · книга
6. «

   Не бывает знаний без боли. И качественных эволюций без сотрясания основ.

   Не бывает знаний без боли. И качественных эволюций без сотрясания основ.
7. «

   — Вау! Что это такое? — Это тоже существа Гримм, дорогуша. — Выглядит потрясающе! Давайте завалим их? — Боюсь, твоя пушка только разозлит Гримм такого размера. — Но что если они атакуют нас? — Не волнуйся — эти гиганты не подойдут к нам. Не все Гримм безмозглы, Руби. Даже может быть, что не все они всё ещё безмозглые. Существа, которых ты видишь, на столько превосходят побеждённых тобой особей, что наверняка прожили уже не одну сотню лет. Между убийствами людей и атаками границ они делали одну и ту же важную вещь — учились. Приспособились осознавать, что умрут, если нападут на крупные приграничные поселения. То, чего им не хватает в силе, они восполняют в воле. Они знают, что убийство одного человека привлечёт других... — Тогда почему они так близко к городу? Что они здесь делают? — Ждут.

   — Вау! Что это такое? — Это тоже существа Гримм, дорогуша. — Выглядит потрясающе! Давайте завалим их? — Боюсь, твоя пушка только разозлит Гримм такого размера. — Но что если они атакуют нас? — Не волнуйся — эти гиганты не подойдут к нам. Не все Гримм безмозглы, Руби. Даже может быть, что не все они всё ещё безмозглые. Существа, которых ты видишь, на столько превосходят побеждённых тобой особей, что наверняка прожили уже не одну сотню лет. Между убийствами людей и атаками границ они делали одну и ту же важную вещь — учились. Приспособились осознавать, что умрут, если нападут на крупные приграничные поселения. То, чего им не хватает в силе, они восполняют в воле. Они знают, что убийство одного человека привлечёт других... — Тогда почему они так близко к городу? Что они здесь делают? — Ждут.

   — Руби Роуз (Ruby Rose) · мультфильм
8. «

   Мы создали мир, который сами уже не понимаем. Здесь интуиция больше не является надежным компасом. Мир, насыщенный сложностями, нестабилен. Мы пытаемся сориентироваться в нем с помощью мозга, который был сформирован для решения других задач — для задач каменного века. У эволюции не было возможности приспособить наш мозг к резкому скачку в цивилизационном развитии. В то время как внешний мир за последние десять тысяч лет радикально изменился, наше «программное обеспечение», как и «жесткий диск», остались такими же, как во времена, когда вокруг резвились мамонты.

   Мы создали мир, который сами уже не понимаем. Здесь интуиция больше не является надежным компасом. Мир, насыщенный сложностями, нестабилен. Мы пытаемся сориентироваться в нем с помощью мозга, который был сформирован для решения других задач — для задач каменного века. У эволюции не было возможности приспособить наш мозг к резкому скачку в цивилизационном развитии. В то время как внешний мир за последние десять тысяч лет радикально изменился, наше «программное обеспечение», как и «жесткий диск», остались такими же, как во времена, когда вокруг резвились мамонты.

   — Рольф Добелли · книга
9. «

   Всё возможно. Что в одно время волшебство, в другое — наука.

   Всё возможно. Что в одно время волшебство, в другое — наука.

   — биолог Гарри · фильм
10. «

    ... Ради бога, не перебивайте меня, вы сначала подумайте. Вот представьте, что завтра в двенадцать часов вы берете своей рукой револьвер. Ради бога, не перебивайте меня. Хорошо. Предположим, что вы берете… и вставляете дуло в рот. Нет, вставляете. Хорошо. Предположим, что вы вставляете. Вот вставляете. Вставили. И как только вы вставили, возникает секунда. Подойдемте к секунде по-философски. Что такое секунда? Тик-так. Да, тик-так. И стоит между тиком и таком стена. Да, стена, то есть дуло револьвера. Понимаете? Так вот дуло. Здесь тик. Здесь так. И вот тик, молодой человек, это еще все, а вот так, молодой человек, это уже ничего. Ни-че-го. По­нимаете? Почему? Потому что тут есть собачка. Подойдите к собачке по-философски. Вот подходите. Подошли. Нажимае­те. И тогда раздается пиф-паф. И вот пиф – это еще тик, а вот паф – это уже так. И вот все, что касается тика и пифа, я понимаю, а вот все, что касается така и пафа, – совершенно не понимаю. Тик – и вот я еще и с собой, и с женою, и с тещею, с солнцем, с воздухом и водой, это я понимаю. Так – и вот я уже без жены… хотя я без жены – это я понимаю тоже, я без тещи… ну, это я даже совсем хорошо понимаю, но вот я без себя – это я совершенно не понимаю. Как же я без себя? Понимаете, я? Лично я. Подсекальников. Че-ло-век. Подойдем к человеку по-философски. Дарвин нам доказал на языке сухих цифр, что человек есть клетка. Ради бога, не перебивайте меня. Человек есть клетка. И томится в этой клетке душа. Это я понимаю. Вы стреляете, разбиваете выстрелом клетку, и тогда из нее вылетает душа. Вылетает. Летит. Ну, конечно, летит и кричит: «Осанна! Осанна!» Ну, конечно, ее подзывает Бог. Спрашивает: «Ты чья»? – «Подсекальникова». – «Ты страдала?» – «Я страдала». – «Ну, пойди же попляши». И душа начинает плясать и петь. (Поет.) «Слава в вышних Богу и на земле мир и в человецех благоволение». Это я понимаю. Ну а если клетка пустая? Если души нет? Что тогда? Как тогда? Как, по-вашему?

    ... Ради бога, не перебивайте меня, вы сначала подумайте. Вот представьте, что завтра в двенадцать часов вы берете своей рукой револьвер. Ради бога, не перебивайте меня. Хорошо. Предположим, что вы берете… и вставляете дуло в рот. Нет, вставляете. Хорошо. Предположим, что вы вставляете. Вот вставляете. Вставили. И как только вы вставили, возникает секунда. Подойдемте к секунде по-философски. Что такое секунда? Тик-так. Да, тик-так. И стоит между тиком и таком стена. Да, стена, то есть дуло револьвера. Понимаете? Так вот дуло. Здесь тик. Здесь так. И вот тик, молодой человек, это еще все, а вот так, молодой человек, это уже ничего. Ни-че-го. По­нимаете? Почему? Потому что тут есть собачка. Подойдите к собачке по-философски. Вот подходите. Подошли. Нажимае­те. И тогда раздается пиф-паф. И вот пиф – это еще тик, а вот паф – это уже так. И вот все, что касается тика и пифа, я понимаю, а вот все, что касается така и пафа, – совершенно не понимаю. Тик – и вот я еще и с собой, и с женою, и с тещею, с солнцем, с воздухом и водой, это я понимаю. Так – и вот я уже без жены… хотя я без жены – это я понимаю тоже, я без тещи… ну, это я даже совсем хорошо понимаю, но вот я без себя – это я совершенно не понимаю. Как же я без себя? Понимаете, я? Лично я. Подсекальников. Че-ло-век. Подойдем к человеку по-философски. Дарвин нам доказал на языке сухих цифр, что человек есть клетка. Ради бога, не перебивайте меня. Человек есть клетка. И томится в этой клетке душа. Это я понимаю. Вы стреляете, разбиваете выстрелом клетку, и тогда из нее вылетает душа. Вылетает. Летит. Ну, конечно, летит и кричит: «Осанна! Осанна!» Ну, конечно, ее подзывает Бог. Спрашивает: «Ты чья»? – «Подсекальникова». – «Ты страдала?» – «Я страдала». – «Ну, пойди же попляши». И душа начинает плясать и петь. (Поет.) «Слава в вышних Богу и на земле мир и в человецех благоволение». Это я понимаю. Ну а если клетка пустая? Если души нет? Что тогда? Как тогда? Как, по-вашему?

    — Николай Эрдман · книга
11. «

    Но пробитые черепа прямоходящих двуногих существ, не принадлежащих к той линии, что привела к человеку, свидетельствуют, что наши предки убивали во множестве даже в Эдеме. Цивилизация получила свое развитие не от Авеля, а от Каина, его убийцы.

    Но пробитые черепа прямоходящих двуногих существ, не принадлежащих к той линии, что привела к человеку, свидетельствуют, что наши предки убивали во множестве даже в Эдеме. Цивилизация получила свое развитие не от Авеля, а от Каина, его убийцы.

    — Карл Саган · книга
12. «

    Большое всегда берет начало в малом. Так происходит со всем – живым и неодушевленным. Иногда это ведет к процветанию и прогрессу, в иных обстоятельствах может стать началом конца.

    Большое всегда берет начало в малом. Так происходит со всем – живым и неодушевленным. Иногда это ведет к процветанию и прогрессу, в иных обстоятельствах может стать началом конца.

    — Ника Остожева · книга
13. «

    Мы всегда должны следовать здравому смыслу... Никто и никогда не должен тебе указывать, что думать и во что верить... Будь голоден к знаниям, и ты будешь постоянно эволюционировать! Это сделает тебя свободным! И ты будешь дорожить каждой секундой своей жизни!

    Мы всегда должны следовать здравому смыслу... Никто и никогда не должен тебе указывать, что думать и во что верить... Будь голоден к знаниям, и ты будешь постоянно эволюционировать! Это сделает тебя свободным! И ты будешь дорожить каждой секундой своей жизни!

    — Великий Волшебник (The Great Wizard) · игра
14. «

    История человека — это история его контроля над окружающей средой.

    История человека — это история его контроля над окружающей средой.

    — Энтони Бёрджесс · книга
15. «

    Эволюция отсеивает слабых. Ради выживания вида. Если ты не лучше всех, то должен понять намек и освободить место для сильного.

    Эволюция отсеивает слабых. Ради выживания вида. Если ты не лучше всех, то должен понять намек и освободить место для сильного.

    — Фредрик Бакман · книга
16. «

    Природа, по-видимому, поощряет взаимное сотрудничество и взаимную координацию целей. Быть необходимым для тех, с кем разделяешь среду обитания, – вот стратегия, которая обеспечивает успешное размножение и непрерывное выживание. Это стратегия, при которой коммуникация и чувствительность к обработке сигналов имеет первостепенное значение. Все это – искусство языка.

    Природа, по-видимому, поощряет взаимное сотрудничество и взаимную координацию целей. Быть необходимым для тех, с кем разделяешь среду обитания, – вот стратегия, которая обеспечивает успешное размножение и непрерывное выживание. Это стратегия, при которой коммуникация и чувствительность к обработке сигналов имеет первостепенное значение. Все это – искусство языка.

    — Теренс МакКена · книга
17. «

    Почему у птиц и людей настолько различающаяся анатомия, если и те и другие перемещаются на двух задних конечностях? Потому что эволюция способна работать только с уже сформировавшимися ранее структурами. Мы не созданы с чистого листа. Мы модифицированные человекообразные обезьяны, и, по сравнению с птицами, являемся двуногими лишь очень короткий период времени.

    Почему у птиц и людей настолько различающаяся анатомия, если и те и другие перемещаются на двух задних конечностях? Потому что эволюция способна работать только с уже сформировавшимися ранее структурами. Мы не созданы с чистого листа. Мы модифицированные человекообразные обезьяны, и, по сравнению с птицами, являемся двуногими лишь очень короткий период времени.

    — Джереми Десильва · книга
18. «

    Я представил себе наших далёких предков, сидящих вокруг костра и тупо уставившихся на огонь. В их приплюснутых черепах вяло шевелились примитивные мысли. А далеко ли мы ушли от них?! Наш мозг развивался вовсе не для создания богатств внутреннего мира, а лишь для борьбы за богатства мира внешнего.

    Я представил себе наших далёких предков, сидящих вокруг костра и тупо уставившихся на огонь. В их приплюснутых черепах вяло шевелились примитивные мысли. А далеко ли мы ушли от них?! Наш мозг развивался вовсе не для создания богатств внутреннего мира, а лишь для борьбы за богатства мира внешнего.

    — Александр Александрович Зиновьев · книга
19. «

    Основные психологические черты не меняются за тысячу двести лет, даже если эволюционируют некоторые внешние признаки.

    Основные психологические черты не меняются за тысячу двести лет, даже если эволюционируют некоторые внешние признаки.

    — Жерар Клейн · книга
20. «

    Для меня нет никакого сомнения в том, что человечество в процессе своей эволюции прекратит поедать животных так же, как когда-то дикие племена перестали поедать друг друга, когда они вошли в контакт с более развитыми.

    Для меня нет никакого сомнения в том, что человечество в процессе своей эволюции прекратит поедать животных так же, как когда-то дикие племена перестали поедать друг друга, когда они вошли в контакт с более развитыми.

    — Генри Дэвид Торо