280 цитат про «евреи» для вдохновения

280 цитат про «евреи»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Никогда еврей не поверит в божественность другого еврея.

   Никогда еврей не поверит в божественность другого еврея.

   — Генрих Гейне
2. «

   Итак положите сии слова Мои в сердце ваше и в душу вашу, и навяжите их в знак на руку свою, и да будут они повязкою над глазами вашими; и учите им сыновей своих, говоря о них, когда ты сидишь в доме твоем, и когда идешь дорогою, и когда ложишься, и когда встаешь; и напиши их на косяках дома твоего и на воротах твоих...

   Итак положите сии слова Мои в сердце ваше и в душу вашу, и навяжите их в знак на руку свою, и да будут они повязкою над глазами вашими; и учите им сыновей своих, говоря о них, когда ты сидишь в доме твоем, и когда идешь дорогою, и когда ложишься, и когда встаешь; и напиши их на косяках дома твоего и на воротах твоих...

   — Библия. Ветхий Завет. Второзаконие · книга
3. «

   Вы знаете, в чем проблема немецких евреев? У них чисто немецкий шарм и чисто еврейская скромность...

   Вы знаете, в чем проблема немецких евреев? У них чисто немецкий шарм и чисто еврейская скромность...

   — Хаим Вейцман
4. «

   Сны в эмиграции — твой дом, обитель, отрада.

   Сны в эмиграции — твой дом, обитель, отрада.

   — Эфраим Баух · книга
5. «

   Покупка нескольких автоматов была поручена ЗбигневуЯворскому — моему незабываемому хозяину с улицы Фалата К несчастью, он нарвался на тех, кто был хуже немцсв, — на украинцев. Взяв деньги и пообещав отдать оружие во дворе Сельскохозяйственной академии, они завели его туда и застрелили.

   Покупка нескольких автоматов была поручена ЗбигневуЯворскому — моему незабываемому хозяину с улицы Фалата К несчастью, он нарвался на тех, кто был хуже немцсв, — на украинцев. Взяв деньги и пообещав отдать оружие во дворе Сельскохозяйственной академии, они завели его туда и застрелили.

   — Владислав Шпильман · книга
6. «

   Талмуд не является религиозной книгой, призванной подготовить к вечности, это всего лишь практическое руководство по удобной жизни в нынешнем мире.

   Талмуд не является религиозной книгой, призванной подготовить к вечности, это всего лишь практическое руководство по удобной жизни в нынешнем мире.

   — Адольф Гитлер · книга
7. «

   И сказали сыны Израилевы: скажите, как происходило это зло? Левит, муж оной убитой женщины, отвечал и сказал: я с наложницею моею пришёл ночевать в Гиву Вениаминову; и восстали на меня жители Гивы и окружили из-за меня дом ночью; меня намеревались убить, и наложницу мою замучили, так что она умерла; я взял наложницу мою, разрезал её и послал её во все области владения Израилева, ибо они сделали беззаконное и срамное дело в Израиле; вот, все вы, сыны Израилевы, рассмотрите это дело и решите здесь. И восстал весь народ, как один человек, и сказал: не пойдём никто в шатёр свой и не возвратимся никто в дом свой; и вот что мы сделаем ныне с Гивою: пойдём на неё по жребию и возьмём по десяти человек из ста от всех колен Израилевых, по сто от тысячи и по тысяче от тьмы, чтоб они принесли съестных припасов для народа, который пойдёт против Гивы Вениаминовой, наказать её за срамное дело, которое она сделала в Израиле. И собрались все Израильтяне против города единодушно, как один человек. И послали колена Израилевы во всё колено Вениаминово сказать: какое это гнусное дело сделано у вас! Выдайте развращённых оных людей, которые в Гиве; мы умертвим их и искореним зло из Израиля.

   И сказали сыны Израилевы: скажите, как происходило это зло? Левит, муж оной убитой женщины, отвечал и сказал: я с наложницею моею пришёл ночевать в Гиву Вениаминову; и восстали на меня жители Гивы и окружили из-за меня дом ночью; меня намеревались убить, и наложницу мою замучили, так что она умерла; я взял наложницу мою, разрезал её и послал её во все области владения Израилева, ибо они сделали беззаконное и срамное дело в Израиле; вот, все вы, сыны Израилевы, рассмотрите это дело и решите здесь. И восстал весь народ, как один человек, и сказал: не пойдём никто в шатёр свой и не возвратимся никто в дом свой; и вот что мы сделаем ныне с Гивою: пойдём на неё по жребию и возьмём по десяти человек из ста от всех колен Израилевых, по сто от тысячи и по тысяче от тьмы, чтоб они принесли съестных припасов для народа, который пойдёт против Гивы Вениаминовой, наказать её за срамное дело, которое она сделала в Израиле. И собрались все Израильтяне против города единодушно, как один человек. И послали колена Израилевы во всё колено Вениаминово сказать: какое это гнусное дело сделано у вас! Выдайте развращённых оных людей, которые в Гиве; мы умертвим их и искореним зло из Израиля.

   — Библия. Ветхий Завет. Книга Судей · книга
8. «

   Быть может, не простая случайность, что первый представитель психоанализа был евреем. Для того, чтобы приобщиться к психоанализу, нужна была порядочная степень готовности примириться с участью одиночества в оппозиции, с участью, которая еврею ближе, чем кому-нибудь другому.

   Быть может, не простая случайность, что первый представитель психоанализа был евреем. Для того, чтобы приобщиться к психоанализу, нужна была порядочная степень готовности примириться с участью одиночества в оппозиции, с участью, которая еврею ближе, чем кому-нибудь другому.

   — Зигмунд Фрейд · книга
9. «

   А вчера позвал меня и говорит: хочешь, я прочитаю тебе одну еврейскую притчу? И прочитал про какого-то ребе Зусю, которому надо было вернуть долг к утру, а денег не было. Ученики заволновались, откуда добыть денег, а ребе был спокоен. Он взял лист бумаги и написал двадцать пять способов, которыми могут прийти деньги. И на отдельной записке ещё двадцать шестой. Наутро деньги откуда-то пришли. Тогда ученики прочитали весь список из двадцати пяти возможных способов, но в нём не оказалось того случая, благодаря которому пришли деньги. Тогда реб Зуся открыл отдельную бумажку — там написано: Бог не нуждается в советах ребе Зуси...

   А вчера позвал меня и говорит: хочешь, я прочитаю тебе одну еврейскую притчу? И прочитал про какого-то ребе Зусю, которому надо было вернуть долг к утру, а денег не было. Ученики заволновались, откуда добыть денег, а ребе был спокоен. Он взял лист бумаги и написал двадцать пять способов, которыми могут прийти деньги. И на отдельной записке ещё двадцать шестой. Наутро деньги откуда-то пришли. Тогда ученики прочитали весь список из двадцати пяти возможных способов, но в нём не оказалось того случая, благодаря которому пришли деньги. Тогда реб Зуся открыл отдельную бумажку — там написано: Бог не нуждается в советах ребе Зуси...

   — Людмила Улицкая · книга
10. «

    Еда, одежда и лекарство – это то, на чём всегда можно было заработать.

    Еда, одежда и лекарство – это то, на чём всегда можно было заработать.

    — Мойша · сериал
11. «

    Народная, — надо думать, еврейская, — мудрость гласит: «Евреи вообще-то неглупые люди. Возьми восемь первых попавшихся, и все они будут, как на подбор — таланты да умники и, может быть, даже гении. Но девятый будет — дурак. И уж это будет такой дурак, такой феноменальный осел и идиот, каких белый свет еще не видывал!»

    Народная, — надо думать, еврейская, — мудрость гласит: «Евреи вообще-то неглупые люди. Возьми восемь первых попавшихся, и все они будут, как на подбор — таланты да умники и, может быть, даже гении. Но девятый будет — дурак. И уж это будет такой дурак, такой феноменальный осел и идиот, каких белый свет еще не видывал!»

    — Борис Стругацкий · книга
12. «

    Недавно, друзья, я сделал себе операцию. Операцию на нос и выравнял перегородку, убрал немного горбинку. Официально эта операция называется ринопластика. <...> Мне теперь многие друзья говорят: зачем убрал горбинку, ты от этого стал меньше евреем! Но я с этим не согласен. Если от еврея что-то отрезать, он не становится меньше евреем.

    Недавно, друзья, я сделал себе операцию. Операцию на нос и выравнял перегородку, убрал немного горбинку. Официально эта операция называется ринопластика. <...> Мне теперь многие друзья говорят: зачем убрал горбинку, ты от этого стал меньше евреем! Но я с этим не согласен. Если от еврея что-то отрезать, он не становится меньше евреем.

    — Дмитрий Романов
13. «

    Англичане не антисемиты, потому что мы не считаем себя глупее евреев.

    Англичане не антисемиты, потому что мы не считаем себя глупее евреев.

    — Уинстон Черчилль
14. «

    Я недавно с еврейским раввином читал V главу Матфея. Почти при всяком изречении раввин говорил: это есть в Библии, это есть в Талмуде, и указывал мне в Библии и Талмуде весьма близкие изречения к изречениям Нагорной проповеди. Но когда мы дошли до стиха о непротивлении злу, он не сказал: «И это есть в Талмуде», а только спросил с усмешкой: «И христиане исполняют это? Подставляют другую щеку?» Мне нечего было отвечать, тем более, что я знал, что в это самое время христиане не только не подставляли щеки, но били евреев по подставленной щеке.

    Я недавно с еврейским раввином читал V главу Матфея. Почти при всяком изречении раввин говорил: это есть в Библии, это есть в Талмуде, и указывал мне в Библии и Талмуде весьма близкие изречения к изречениям Нагорной проповеди. Но когда мы дошли до стиха о непротивлении злу, он не сказал: «И это есть в Талмуде», а только спросил с усмешкой: «И христиане исполняют это? Подставляют другую щеку?» Мне нечего было отвечать, тем более, что я знал, что в это самое время христиане не только не подставляли щеки, но били евреев по подставленной щеке.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
15. «

    — Кстати, Симен, шо вы сегодня фантазируете себе — кто выиграет: вы или сильнейший? — Вы знаете, Лёня, сдаётся мне, шо под эти звуки, впервые в истории шахмат, мы проиграем оба.

    — Кстати, Симен, шо вы сегодня фантазируете себе — кто выиграет: вы или сильнейший? — Вы знаете, Лёня, сдаётся мне, шо под эти звуки, впервые в истории шахмат, мы проиграем оба.

    — Роман Постовалов
16. «

    ...вот, стряслась беда, стоит этакий осиротелый второй гильдии купец перед ямой, все пропало и больше незачем жить. Стоит перед ямой и мысленно предъявляет Богу счет за потраву и убытки; такой сердитый стоит — вот-вот подымет оба кулака и начнет ругаться, прямо в небо. А за соседним памятником сидит на корточках Сатана и ждет именно этого: чтобы начал ругаться. Чтобы признал, открыто и раз навсегда: ты, Господи, извини за выражение, просто самодур и хам, и еще бессердечный в придачу, убирайся вон, знать тебя не хочу! Сатана только этого и ждет: как только дождется — сейчас снимет копию, полетит в рай и доложит Богу: «Ну что, получил в ухо? И еще от кого: от еврея — от твоего собственного уполномоченного и прокуриста! Подавай в отставку, старик: теперь я директор». Вот чего ждет Сатана; и тот второгильдейский купец, стоя над могилой, это все чувствует. Чувствует и спрашивает себя: неужели так-таки и порадовать Сатану? Сделать черта на свете хозяином? Нет, уж это извините. Я ему покажу. — И тут он, понимаете, начинает ставить Господу пятерки с плюсом, одну за другою; без всякого смысла — на что смысл? Лишь бы черта обидеть, унизить, уничтожить до конца. Иными словами: ты, Сатана, не вмешивайся. Какие у меня там с Богом счеты — это наше дело, мы с ним давно компаньоны, как-нибудь поладим; а ты не суйся. — Та же мысль, понимаете, что у «Йова»: еврей с Богом компаньоны.

    ...вот, стряслась беда, стоит этакий осиротелый второй гильдии купец перед ямой, все пропало и больше незачем жить. Стоит перед ямой и мысленно предъявляет Богу счет за потраву и убытки; такой сердитый стоит — вот-вот подымет оба кулака и начнет ругаться, прямо в небо. А за соседним памятником сидит на корточках Сатана и ждет именно этого: чтобы начал ругаться. Чтобы признал, открыто и раз навсегда: ты, Господи, извини за выражение, просто самодур и хам, и еще бессердечный в придачу, убирайся вон, знать тебя не хочу! Сатана только этого и ждет: как только дождется — сейчас снимет копию, полетит в рай и доложит Богу: «Ну что, получил в ухо? И еще от кого: от еврея — от твоего собственного уполномоченного и прокуриста! Подавай в отставку, старик: теперь я директор». Вот чего ждет Сатана; и тот второгильдейский купец, стоя над могилой, это все чувствует. Чувствует и спрашивает себя: неужели так-таки и порадовать Сатану? Сделать черта на свете хозяином? Нет, уж это извините. Я ему покажу. — И тут он, понимаете, начинает ставить Господу пятерки с плюсом, одну за другою; без всякого смысла — на что смысл? Лишь бы черта обидеть, унизить, уничтожить до конца. Иными словами: ты, Сатана, не вмешивайся. Какие у меня там с Богом счеты — это наше дело, мы с ним давно компаньоны, как-нибудь поладим; а ты не суйся. — Та же мысль, понимаете, что у «Йова»: еврей с Богом компаньоны.

    — Владимир Евгеньевич Жаботинский · книга
17. «

    ..многим евреям, пусть ограбленным и хлебнувшим лиха, удавалось добраться до России. У моего коллеги всего лишь украли вещи и деньги, избили и прогнали прочь. Мы сочувствовали бедняге, но нам казалось, что для него было бы лучше, если бы он поступил так же, как мы. В основе нашего решения была не логика, а, как ни пафосно это прозвучит, наша привязанность к Варшаве.

    ..многим евреям, пусть ограбленным и хлебнувшим лиха, удавалось добраться до России. У моего коллеги всего лишь украли вещи и деньги, избили и прогнали прочь. Мы сочувствовали бедняге, но нам казалось, что для него было бы лучше, если бы он поступил так же, как мы. В основе нашего решения была не логика, а, как ни пафосно это прозвучит, наша привязанность к Варшаве.

    — Владислав Шпильман · книга
18. «

    В этой стране нет места для обоих народов. Единственным решением является Палестина без арабов. Здесь не должна остаться ни одна деревня, ни одно племя.

    В этой стране нет места для обоих народов. Единственным решением является Палестина без арабов. Здесь не должна остаться ни одна деревня, ни одно племя.

    — Сионизм перед судом истории · фильм
19. «

    Не надевай одежды, сделанной из разных веществ, из шерсти и льна вместе.

    Не надевай одежды, сделанной из разных веществ, из шерсти и льна вместе.

    — Библия. Ветхий Завет. Второзаконие · книга
20. «

    Из всех видов мракобесия, которые ожесточают человеческий нрав, нет ничего глупее антисемитизма.

    Из всех видов мракобесия, которые ожесточают человеческий нрав, нет ничего глупее антисемитизма.

    — Дэвид Ллойд Джордж