Подборка «французы» — 49 цитат

Собрали 49 цитат на тему «французы» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Илона втолкнула рыцаря в ванную и прикрыла дверь. – Эй! – влезла она почти в ту же секунду. – Не забудь раздеться. А то я в одном фильме видела, как французский рыцарь сунулся в воду прямо в рубахе и в штанах. – Франки всегда отличались недалеким умом, – подтвердил рыжий рыцарь.

   Илона втолкнула рыцаря в ванную и прикрыла дверь. – Эй! – влезла она почти в ту же секунду. – Не забудь раздеться. А то я в одном фильме видела, как французский рыцарь сунулся в воду прямо в рубахе и в штанах. – Франки всегда отличались недалеким умом, – подтвердил рыжий рыцарь.

   — Андрей Белянин · книга
2. «

   — Ну, он очень милый. Очень красивый, обаятельный. <...> Такой, знаешь... настоящий француз. — Ты имеешь в виду, хам? — Нет... — Извращенец? — Декстер! — Везде носит с собой длинный батон и ездит на велосипеде?

   — Ну, он очень милый. Очень красивый, обаятельный. <...> Такой, знаешь... настоящий француз. — Ты имеешь в виду, хам? — Нет... — Извращенец? — Декстер! — Везде носит с собой длинный батон и ездит на велосипеде?

   — Дэвид Николс · книга
3. «

   Только французы ценят красивых женщин и способны выражать свои чувства в бриллиантах.

   Только французы ценят красивых женщин и способны выражать свои чувства в бриллиантах.

   — Барбара Картленд · книга
4. «

   Французская поговорка гласит, что нет на свете героя, который оставался бы таковым в глазах своего лакея.

   Французская поговорка гласит, что нет на свете героя, который оставался бы таковым в глазах своего лакея.

   — Уильям Теккерей · книга
5. «

   Де-Грие был как все французы, то есть веселый и любезный, когда это надо и выгодно, и нестерпимо скучный, когда быть веселым и любезным переставала необходимость. Француз редко натурально любезен; он любезен всегда как бы по приказу, из расчета. Если, например, видит необходимость быть фантастичным, оригинальным, по-необыденнее, то фантазия его, самая глупая и неестественная, слагается из заранее принятых и давно уже опошлившихся форм. Натуральный же француз состоит из самой мещанской, мелкой, обыденной положительности, — одним словом, скучнейшее существо в мире. По-моему, только новички и особенно русские барышни прельщаются французами. Всякому же порядочному существу тотчас же заметна и нестерпима эта казенщина раз установившихся форм салонной любезности, развязности и веселости.

   Де-Грие был как все французы, то есть веселый и любезный, когда это надо и выгодно, и нестерпимо скучный, когда быть веселым и любезным переставала необходимость. Француз редко натурально любезен; он любезен всегда как бы по приказу, из расчета. Если, например, видит необходимость быть фантастичным, оригинальным, по-необыденнее, то фантазия его, самая глупая и неестественная, слагается из заранее принятых и давно уже опошлившихся форм. Натуральный же француз состоит из самой мещанской, мелкой, обыденной положительности, — одним словом, скучнейшее существо в мире. По-моему, только новички и особенно русские барышни прельщаются французами. Всякому же порядочному существу тотчас же заметна и нестерпима эта казенщина раз установившихся форм салонной любезности, развязности и веселости.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
6. «

   Страстный человек похож на самого себя, а не на кого-либо другого, и это источник всяких насмешек во Франции.

   Страстный человек похож на самого себя, а не на кого-либо другого, и это источник всяких насмешек во Франции.

   — Стендаль · книга
7. «

   До меня дошло, что я только что получил важный урок, который пригодится для дальнейшей жизни в Париже: не надо пытаться понравиться всем и каждому — это так по-английски. Наоборот, ты должен показать, что тебе глубоко наплевать на чужое мнение. И только в этом случае ты получишь желаемое. Пытаясь расположить людей к себе, я, оказывается, все делал не так. Если во Франции ты чересчур часто улыбаешься, тебе сочтут умственно отсталым.

   До меня дошло, что я только что получил важный урок, который пригодится для дальнейшей жизни в Париже: не надо пытаться понравиться всем и каждому — это так по-английски. Наоборот, ты должен показать, что тебе глубоко наплевать на чужое мнение. И только в этом случае ты получишь желаемое. Пытаясь расположить людей к себе, я, оказывается, все делал не так. Если во Франции ты чересчур часто улыбаешься, тебе сочтут умственно отсталым.

   — Стефан Кларк · книга
8. «

   Эти люди, падающие ниц перед золотой монетой или перед малейшим намеком на милость короля или министра, как беспощадны они к ошибкам, которые совершаются не из любви к деньгам!

   Эти люди, падающие ниц перед золотой монетой или перед малейшим намеком на милость короля или министра, как беспощадны они к ошибкам, которые совершаются не из любви к деньгам!

   — Стендаль · книга
9. «

   Типично французское равнодушие. Они не желают тебе зла, но ты почему-то по их милости подыхаешь.

   Типично французское равнодушие. Они не желают тебе зла, но ты почему-то по их милости подыхаешь.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Известная испокон веков французская традиция: лучший способ усмирить врага — пойти ему навстречу.

    Известная испокон веков французская традиция: лучший способ усмирить врага — пойти ему навстречу.

    — Стефан Кларк · книга
11. «

    — Знаешь, в отличие от курения, доказано, что шоколад очень полезен. — Вам, американцам, вечно нужна причина для всего. Еда для удовольствия.

    — Знаешь, в отличие от курения, доказано, что шоколад очень полезен. — Вам, американцам, вечно нужна причина для всего. Еда для удовольствия.

    — Жак Клеман · фильм
12. «

    Я подумал, что только французы способны достичь оргазма, слушая самих себя.

    Я подумал, что только французы способны достичь оргазма, слушая самих себя.

    — Стефан Кларк · книга
13. «

    Трудно вырвать деньги у француза. Трудней, чем у еврея. Еврей видит сделку, а француз — только деньги, с которыми надо расстаться.

    Трудно вырвать деньги у француза. Трудней, чем у еврея. Еврей видит сделку, а француз — только деньги, с которыми надо расстаться.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    Вот перечень того, что обычно подаётся в полдень в неком парижском заведении. Прочтите и попробуйте отгадать, кто всё это ест. Понедельник. Свекольный салат с гренками, кускус из баранины, подслащённый йогурт, фрукты по сезону. Вторник. Салат из моркови с лимонным соком, жареная свинина с горчичным соусом, горох, сыр грюйер, творог с фруктами в сиропе. Среда. Салат латук и авокадо, жареный бифштекс с чечевицей, сыр сен-нектер, фруктовый коктейль. Четверг. Картофельный салат с эстрагоном, карри из индейки с зелёным горошком, пиренейский сыр, фрукты по сезону. Пятница. Салат из моркови, капусты и сладкой кукурузы, треска в голландском соусе, рис с овощами, камамбер, шоколадный крем. Ну и кто же всё это ест? Завсегдатаи ресторана с menu fixe? Работники одного из парижских музеев? Персонал Эр Франс? А вот и нет! Это меню школьных столовых.

    Вот перечень того, что обычно подаётся в полдень в неком парижском заведении. Прочтите и попробуйте отгадать, кто всё это ест. Понедельник. Свекольный салат с гренками, кускус из баранины, подслащённый йогурт, фрукты по сезону. Вторник. Салат из моркови с лимонным соком, жареная свинина с горчичным соусом, горох, сыр грюйер, творог с фруктами в сиропе. Среда. Салат латук и авокадо, жареный бифштекс с чечевицей, сыр сен-нектер, фруктовый коктейль. Четверг. Картофельный салат с эстрагоном, карри из индейки с зелёным горошком, пиренейский сыр, фрукты по сезону. Пятница. Салат из моркови, капусты и сладкой кукурузы, треска в голландском соусе, рис с овощами, камамбер, шоколадный крем. Ну и кто же всё это ест? Завсегдатаи ресторана с menu fixe? Работники одного из парижских музеев? Персонал Эр Франс? А вот и нет! Это меню школьных столовых.

    — Стефан Кларк · книга
15. «

    Француз считает себя человеком несчастнейшим и, пожалуй, совершенно смешным, когда бывает вынужден проводить время в уединении.

    Француз считает себя человеком несчастнейшим и, пожалуй, совершенно смешным, когда бывает вынужден проводить время в уединении.

    — Стендаль · книга
16. «

    К этому времени я многое понял и смог себе объяснить, в чем причина своеобразного отношения французов к работе. Рабочие дни и для меня стали лишними, втиснутыми в промежуток между выходными. Пятничные послеобеденные часы были не более чем непродолжительным отрезком времени, следующим сразу за ланчем, проведенным у компьютера в поисках лучших путей выезда из города с учетом уже наметившихся пробок.

    К этому времени я многое понял и смог себе объяснить, в чем причина своеобразного отношения французов к работе. Рабочие дни и для меня стали лишними, втиснутыми в промежуток между выходными. Пятничные послеобеденные часы были не более чем непродолжительным отрезком времени, следующим сразу за ланчем, проведенным у компьютера в поисках лучших путей выезда из города с учетом уже наметившихся пробок.

    — Стефан Кларк · книга
17. «

    «Вместе» – вот основополагающее слово и идея. Смысл совместных трапез не столько в еде, сколько в единении. Хотя еда как таковая важна и доставляет немалое удовольствие, самым важным все-таки является процесс совместного накрывания на стол, совместные посиделки, совместное трапезничанье и совместная уборка.

    «Вместе» – вот основополагающее слово и идея. Смысл совместных трапез не столько в еде, сколько в единении. Хотя еда как таковая важна и доставляет немалое удовольствие, самым важным все-таки является процесс совместного накрывания на стол, совместные посиделки, совместное трапезничанье и совместная уборка.

    — Даниэла Постель-Виней · книга
18. «

    А раз забастовки являются своего рода народной забавой французов, каждый решил присоединиться к бастующим учителям — работники почты, продавцы, водители грузовиков, актеры, служащие ресторанов, занятые в раскрытии устричных раковин, работники сыроварен, закройщики жилеток для официантов, формовщики багетов, работники ферм по изготовлению сосисок и представители любой отрасли французской промышленности, какая только могла прийти вам в голову.

    А раз забастовки являются своего рода народной забавой французов, каждый решил присоединиться к бастующим учителям — работники почты, продавцы, водители грузовиков, актеры, служащие ресторанов, занятые в раскрытии устричных раковин, работники сыроварен, закройщики жилеток для официантов, формовщики багетов, работники ферм по изготовлению сосисок и представители любой отрасли французской промышленности, какая только могла прийти вам в голову.

    — Стефан Кларк · книга
19. «

    Француженки понимают, что время не бесконечно и удовольствие не любит ждать.

    Француженки понимают, что время не бесконечно и удовольствие не любит ждать.

    — Дебра Оливье · книга
20. «

    Французов совершенно необоснованно обвиняют в волокитстве. Глупо предполагать, что с одной стороны пролива живут галантные кавалеры, а с другой – сплошь неуклюжие увальни.

    Французов совершенно необоснованно обвиняют в волокитстве. Глупо предполагать, что с одной стороны пролива живут галантные кавалеры, а с другой – сплошь неуклюжие увальни.

    — Дафна дю Морье · книга