590 цитат про «гордость», которые стоит перечитать

590 цитат про «гордость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Я много ездил, много повидал: пока только европейцы гордятся собой, большая часть мира себя стесняется.

   Я много ездил, много повидал: пока только европейцы гордятся собой, большая часть мира себя стесняется.

   — Орхан Памук · книга
2. «

   Надія (перша поезія Лесі Українки) Ні долі, ні волі у мене нема, Зосталася тільки надія одна: Надія вернутись ще раз на Вкраїну, Поглянути ще раз на рідну країну, Поглянути ще раз на синій Дніпро, – Там жити чи вмерти, мені все одно; Поглянути ще раз на степ, могилки, Востаннє згадати палкії гадки… Ні долі, ні волі у мене нема, Зосталася тільки надія одна.

   Надія (перша поезія Лесі Українки) Ні долі, ні волі у мене нема, Зосталася тільки надія одна: Надія вернутись ще раз на Вкраїну, Поглянути ще раз на рідну країну, Поглянути ще раз на синій Дніпро, – Там жити чи вмерти, мені все одно; Поглянути ще раз на степ, могилки, Востаннє згадати палкії гадки… Ні долі, ні волі у мене нема, Зосталася тільки надія одна.
3. «

   Служить я буду госпоже своей, Чего б она не пожелала, И там, где речь идет о ней, Нет места гордости моей.

   Служить я буду госпоже своей, Чего б она не пожелала, И там, где речь идет о ней, Нет места гордости моей.

   — Лорел Гамильтон · книга
4. «

   Есть три разряда людей: высокомерные, гордые и другие. Других я еще никогда не встречал.

   Есть три разряда людей: высокомерные, гордые и другие. Других я еще никогда не встречал.

   — Огюст Детёф
5. «

   Каждый имеет гордость, от которой никогда не отступит и которая познается лишь в битве!

   Каждый имеет гордость, от которой никогда не отступит и которая познается лишь в битве!

   — Хибари Кёя · аниме
6. «

   Уколы ревности заедают таблетками гордости.

   Уколы ревности заедают таблетками гордости.
7. «

   — ... Вы только что говорили о моем голосе. Именно с его помощью я рассчитываю выбраться отсюда. Я каждый день беру уроки, и учитель клянется, что обеспечит мне триумфальные выступления на самых больших европейских сценах. Он говорит, что я могу стать певицей века! — с наивной гордостью закончила Марианна. Бофор помотал плечами: — В театре? И это в театре вы надеетесь найти свою свободу и положение, достойное вас? Да будь у вас голос, как у самого архангела Гавриила, я попросил бы не забывать, кто вы есть, — Строго сказал Язон, — Дочь маркиза Д. Ассельна на подмостках! Что это, наконец, безумие или недомыслие? — Ни то, ни другое! — закричала она вне себя. — Я хочу быть свободной! Разве вы не понимаете, что нет больше Марианны д. Ассельна, что она умерла, умерла осенним вечером... и это вы ее убили! Что вы теперь говорите о моем имени, о моих родителях? Вы думали о них в ту ночь, когда выиграли меня за карточным столом, как лежалый товар, как рабыню, которой можно распоряжаться по своей прихоти? Вы осквернили той ночью имя маркиза д. Ассельна, отдавшего жизнь за веру и короля. А дочь его показалась вам достойной такого же унижения как матросская девка! Слезы ярости и отчаяния брызнули у нее из глаз. Перед неистовством этой атаки Язон отступил. Несмотря на загар, он заметно побледнел и теперь с какой-то бессильной тоской вглядывался в это страдальческое лицо. — Я не знал! — шептал он. — Памятью моей матери клянусь, что я не знал! Как я мог знать? — Что знать? — Кем вы были в действительности! Я не был знаком с вами! Что мне было известно о вас? Ваше имя, ваше происхождение... — Мое состояние! — злобно бросила Марианна.

   — ... Вы только что говорили о моем голосе. Именно с его помощью я рассчитываю выбраться отсюда. Я каждый день беру уроки, и учитель клянется, что обеспечит мне триумфальные выступления на самых больших европейских сценах. Он говорит, что я могу стать певицей века! — с наивной гордостью закончила Марианна. Бофор помотал плечами: — В театре? И это в театре вы надеетесь найти свою свободу и положение, достойное вас? Да будь у вас голос, как у самого архангела Гавриила, я попросил бы не забывать, кто вы есть, — Строго сказал Язон, — Дочь маркиза Д. Ассельна на подмостках! Что это, наконец, безумие или недомыслие? — Ни то, ни другое! — закричала она вне себя. — Я хочу быть свободной! Разве вы не понимаете, что нет больше Марианны д. Ассельна, что она умерла, умерла осенним вечером... и это вы ее убили! Что вы теперь говорите о моем имени, о моих родителях? Вы думали о них в ту ночь, когда выиграли меня за карточным столом, как лежалый товар, как рабыню, которой можно распоряжаться по своей прихоти? Вы осквернили той ночью имя маркиза д. Ассельна, отдавшего жизнь за веру и короля. А дочь его показалась вам достойной такого же унижения как матросская девка! Слезы ярости и отчаяния брызнули у нее из глаз. Перед неистовством этой атаки Язон отступил. Несмотря на загар, он заметно побледнел и теперь с какой-то бессильной тоской вглядывался в это страдальческое лицо. — Я не знал! — шептал он. — Памятью моей матери клянусь, что я не знал! Как я мог знать? — Что знать? — Кем вы были в действительности! Я не был знаком с вами! Что мне было известно о вас? Ваше имя, ваше происхождение... — Мое состояние! — злобно бросила Марианна.

   — Жюльетта Бенцони · книга
8. «

   Он, видимо, готов был умереть скорее, чем признаться, что ему трудно.

   Он, видимо, готов был умереть скорее, чем признаться, что ему трудно.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
9. «

   И, облаку заразному подобна, гнилая Пошлость, подлой Скуки дочь, со всех сторон ползет на Человека, окутывая едкой серой пылью и мозг его, и сердце, и глаза. И Человек теряет сам себя, перерожденный слабостью своею в животное без Гордости и Мысли...

   И, облаку заразному подобна, гнилая Пошлость, подлой Скуки дочь, со всех сторон ползет на Человека, окутывая едкой серой пылью и мозг его, и сердце, и глаза. И Человек теряет сам себя, перерожденный слабостью своею в животное без Гордости и Мысли...

   — Максим Горький · книга
10. «

    Почему о своей гордости и чести человек вспоминает только «на дне»?! Почему именно в миг падения, когда надо рвать на себе волосы и сгорать со стыда, ощущая собственную ничтожность?

    Почему о своей гордости и чести человек вспоминает только «на дне»?! Почему именно в миг падения, когда надо рвать на себе волосы и сгорать со стыда, ощущая собственную ничтожность?

    — Анхель де Куатье · книга
11. «

    Видимо, понадобятся сотни лет, чтобы такие новоиспеченные амазонки поняли, что мужчина уязвим только тогда, когда затронута его гордость, но уж коли она затронута, как бы лицемерно ни уверяли его в наилучших намерениях, он становится чувствительным и хрупким, как Шалтай-Болгай.

    Видимо, понадобятся сотни лет, чтобы такие новоиспеченные амазонки поняли, что мужчина уязвим только тогда, когда затронута его гордость, но уж коли она затронута, как бы лицемерно ни уверяли его в наилучших намерениях, он становится чувствительным и хрупким, как Шалтай-Болгай.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
12. «

    Когда встречаются два гордых человека — это ***ец.

    Когда встречаются два гордых человека — это ***ец.
13. «

    Что был ты, человек, с Природою один? Ничтожный раб её, живущий боязнью. Лишь в обществе ты стал Природы властелин И в первый раз взглянул на небо горделиво....

    Что был ты, человек, с Природою один? Ничтожный раб её, живущий боязнью. Лишь в обществе ты стал Природы властелин И в первый раз взглянул на небо горделиво....

    — Николай Михайлович Карамзин
14. «

    Как часто люди гордятся такими качествами, которых другие не замечают в них!

    Как часто люди гордятся такими качествами, которых другие не замечают в них!

    — Уильям Теккерей
15. «

    Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

    Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

    — Жорж Санд
16. «

    Начало греха — гордость. Кротостью прославляй душу твою и воздавай ей честь по достоинству.

    Начало греха — гордость. Кротостью прославляй душу твою и воздавай ей честь по достоинству.

    — Иисус, сын Сирахов · книга
17. «

    То, чем мы гордимся, и то, чего надо стыдиться, — две стороны одной медали.

    То, чем мы гордимся, и то, чего надо стыдиться, — две стороны одной медали.

    — Нацуо Кирино · книга
18. «

    Все наши беды – от гордости. Когда она (гордыня) не получает корма, подпитки, то кажется, что все тебя обидеть норовят. Становишься придирчивым, мелочным, обидчивым. И далее по схеме: «тоска-уныние-отчаяние-гнев-неверие».

    Все наши беды – от гордости. Когда она (гордыня) не получает корма, подпитки, то кажется, что все тебя обидеть норовят. Становишься придирчивым, мелочным, обидчивым. И далее по схеме: «тоска-уныние-отчаяние-гнев-неверие».

    — Игумен Валериан (Головченко)
19. «

    Лев умрёт за любовь, Но не признается в слабости. Он отдаст всё, что есть у него, А гордость останется.

    Лев умрёт за любовь, Но не признается в слабости. Он отдаст всё, что есть у него, А гордость останется.
20. «

    Глупо постоянно цепляться за собственную гордость.

    Глупо постоянно цепляться за собственную гордость.

    — Тору Коно · аниме