691 цитата про «гордость» — коротко и по делу

691 цитата про «гордость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   В один прекрасный день я сделаю что-нибудь хорошее и ты будешь гордиться мной.

   В один прекрасный день я сделаю что-нибудь хорошее и ты будешь гордиться мной.

   — Энни Ньютон · фильм
2. «

   У достоинства поднята голова, у гордости поднят нос.

   У достоинства поднята голова, у гордости поднят нос.

   — Олег Сергеевич Кривченко · книга
3. «

   Гордостью сыт не будешь.

   Гордостью сыт не будешь.

   — Тору Коно · аниме
4. «

   Немножко гордости успеху не вредит.

   Немножко гордости успеху не вредит.

   — Жан-Батист Мольер · книга
5. «

   Наша собственная гордость помогает нам распознать ее в других; вообще же повадки гордецов выдают их с головой.

   Наша собственная гордость помогает нам распознать ее в других; вообще же повадки гордецов выдают их с головой.

   — Пьер Карле де Шамблен де Мариво · книга
6. «

   — Стойте! Кто пойдёт за ним, навеки потеряет моё уважение. — А? Это еще почему? — Что бы ни было в прошлом, первый шаг должен делать не ты, Луффи. — Зоро. — Я его не прощу, пока он сам не придёт и не извинится. — Зоро! — Ну знаешь, не слишком ли ты. — Молчать! Не так важно что они с Луффи не поделили и кто из них прав, вызвав кого-то на дуэль, будь добр принять итог. После поражения он сам решил уйти, все понимают? Он может и быть идиотом, но он наш капитан, ничего хорошего не ждёт ту команду, члены которой не уважают своего капитана. Слушай сюда! Можешь и дальше забавляться сколько тебе влезет, но если ты позволишь кому-то топтать свою гордость, знай, что я тут же уйду из команды! — А? Это же ничего не решит?! — Хочет этот идиот вернуться, отлично пусть возвращается. Но если он не понял, что к чему и захочет сделать вид, будто ничего и не было, тогда я сам его прогоню! Пускай останется на этом острове. — Не горячись Зори, конечно, он насовершал ошибок, но поговорить мы можем и после того как он... [перебивает речь Нами тем что достаёт свою катану, втыкает её в пол] — Уход из команды — это не какой то мелкий проступок! — Но ведь... — Нами-сан, мне мерзко это говорить, но сейчас он прав. — Какое после случившегося к нему может быть доверие? Так что так: не извинится первым делом — на наш корабль ему дорога закрыта. Мы не дети, играющие в пиратов.

   — Стойте! Кто пойдёт за ним, навеки потеряет моё уважение. — А? Это еще почему? — Что бы ни было в прошлом, первый шаг должен делать не ты, Луффи. — Зоро. — Я его не прощу, пока он сам не придёт и не извинится. — Зоро! — Ну знаешь, не слишком ли ты. — Молчать! Не так важно что они с Луффи не поделили и кто из них прав, вызвав кого-то на дуэль, будь добр принять итог. После поражения он сам решил уйти, все понимают? Он может и быть идиотом, но он наш капитан, ничего хорошего не ждёт ту команду, члены которой не уважают своего капитана. Слушай сюда! Можешь и дальше забавляться сколько тебе влезет, но если ты позволишь кому-то топтать свою гордость, знай, что я тут же уйду из команды! — А? Это же ничего не решит?! — Хочет этот идиот вернуться, отлично пусть возвращается. Но если он не понял, что к чему и захочет сделать вид, будто ничего и не было, тогда я сам его прогоню! Пускай останется на этом острове. — Не горячись Зори, конечно, он насовершал ошибок, но поговорить мы можем и после того как он... [перебивает речь Нами тем что достаёт свою катану, втыкает её в пол] — Уход из команды — это не какой то мелкий проступок! — Но ведь... — Нами-сан, мне мерзко это говорить, но сейчас он прав. — Какое после случившегося к нему может быть доверие? Так что так: не извинится первым делом — на наш корабль ему дорога закрыта. Мы не дети, играющие в пиратов.

   — Ророноа Зоро · аниме
7. «

   Кто полон гордости и любит лишь себя, от других ничего хорошего не дождется.

   Кто полон гордости и любит лишь себя, от других ничего хорошего не дождется.

   — Яромир Слушны · книга
8. «

   Гордость. Пострадала моя гордость, а не разбитое сердце. Я в него не влюблена. Я не предъявляю на него никаких прав. И не хочу, чтобы он чего-то требовал от меня. Мы просто друзья, знакомые вот уже много лет. Просто уязвлённая гордость. Вот и всё. Это могло быть правдой, вот только ощущалось всё совершенно иначе.

   Гордость. Пострадала моя гордость, а не разбитое сердце. Я в него не влюблена. Я не предъявляю на него никаких прав. И не хочу, чтобы он чего-то требовал от меня. Мы просто друзья, знакомые вот уже много лет. Просто уязвлённая гордость. Вот и всё. Это могло быть правдой, вот только ощущалось всё совершенно иначе.

   — Робин Хобб · книга
9. «

   Видимо, понадобятся сотни лет, чтобы такие новоиспеченные амазонки поняли, что мужчина уязвим только тогда, когда затронута его гордость, но уж коли она затронута, как бы лицемерно ни уверяли его в наилучших намерениях, он становится чувствительным и хрупким, как Шалтай-Болгай.

   Видимо, понадобятся сотни лет, чтобы такие новоиспеченные амазонки поняли, что мужчина уязвим только тогда, когда затронута его гордость, но уж коли она затронута, как бы лицемерно ни уверяли его в наилучших намерениях, он становится чувствительным и хрупким, как Шалтай-Болгай.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
10. «

    У меня нет ложной скромности, которая представляет собой лишь утонченную гордыню. И потому я совершенно искренне говорю, что нахожу в себе очень мало таких качеств, которыми могла бы нравиться. Да будь у меня избыток их, я и то не считала бы, что имею достаточно их.

    У меня нет ложной скромности, которая представляет собой лишь утонченную гордыню. И потому я совершенно искренне говорю, что нахожу в себе очень мало таких качеств, которыми могла бы нравиться. Да будь у меня избыток их, я и то не считала бы, что имею достаточно их.

    — Джейн Остин · книга
11. «

    Ни один небесный охотник не должен окончить свои дни, став жертвой другого охотника. Лучше умереть, гордо паря на крыльях ветра, чем быть навечно пришпиленным к земле!

    Ни один небесный охотник не должен окончить свои дни, став жертвой другого охотника. Лучше умереть, гордо паря на крыльях ветра, чем быть навечно пришпиленным к земле!

    — Кристофер Паолини · книга
12. «

    Несомненно, восхищение в моих глазах должно было польстить гордости художницы.

    Несомненно, восхищение в моих глазах должно было польстить гордости художницы.

    — Энн Бронте · книга
13. «

    — ... Вы только что говорили о моем голосе. Именно с его помощью я рассчитываю выбраться отсюда. Я каждый день беру уроки, и учитель клянется, что обеспечит мне триумфальные выступления на самых больших европейских сценах. Он говорит, что я могу стать певицей века! — с наивной гордостью закончила Марианна. Бофор помотал плечами: — В театре? И это в театре вы надеетесь найти свою свободу и положение, достойное вас? Да будь у вас голос, как у самого архангела Гавриила, я попросил бы не забывать, кто вы есть, — Строго сказал Язон, — Дочь маркиза Д. Ассельна на подмостках! Что это, наконец, безумие или недомыслие? — Ни то, ни другое! — закричала она вне себя. — Я хочу быть свободной! Разве вы не понимаете, что нет больше Марианны д. Ассельна, что она умерла, умерла осенним вечером... и это вы ее убили! Что вы теперь говорите о моем имени, о моих родителях? Вы думали о них в ту ночь, когда выиграли меня за карточным столом, как лежалый товар, как рабыню, которой можно распоряжаться по своей прихоти? Вы осквернили той ночью имя маркиза д. Ассельна, отдавшего жизнь за веру и короля. А дочь его показалась вам достойной такого же унижения как матросская девка! Слезы ярости и отчаяния брызнули у нее из глаз. Перед неистовством этой атаки Язон отступил. Несмотря на загар, он заметно побледнел и теперь с какой-то бессильной тоской вглядывался в это страдальческое лицо. — Я не знал! — шептал он. — Памятью моей матери клянусь, что я не знал! Как я мог знать? — Что знать? — Кем вы были в действительности! Я не был знаком с вами! Что мне было известно о вас? Ваше имя, ваше происхождение... — Мое состояние! — злобно бросила Марианна.

    — ... Вы только что говорили о моем голосе. Именно с его помощью я рассчитываю выбраться отсюда. Я каждый день беру уроки, и учитель клянется, что обеспечит мне триумфальные выступления на самых больших европейских сценах. Он говорит, что я могу стать певицей века! — с наивной гордостью закончила Марианна. Бофор помотал плечами: — В театре? И это в театре вы надеетесь найти свою свободу и положение, достойное вас? Да будь у вас голос, как у самого архангела Гавриила, я попросил бы не забывать, кто вы есть, — Строго сказал Язон, — Дочь маркиза Д. Ассельна на подмостках! Что это, наконец, безумие или недомыслие? — Ни то, ни другое! — закричала она вне себя. — Я хочу быть свободной! Разве вы не понимаете, что нет больше Марианны д. Ассельна, что она умерла, умерла осенним вечером... и это вы ее убили! Что вы теперь говорите о моем имени, о моих родителях? Вы думали о них в ту ночь, когда выиграли меня за карточным столом, как лежалый товар, как рабыню, которой можно распоряжаться по своей прихоти? Вы осквернили той ночью имя маркиза д. Ассельна, отдавшего жизнь за веру и короля. А дочь его показалась вам достойной такого же унижения как матросская девка! Слезы ярости и отчаяния брызнули у нее из глаз. Перед неистовством этой атаки Язон отступил. Несмотря на загар, он заметно побледнел и теперь с какой-то бессильной тоской вглядывался в это страдальческое лицо. — Я не знал! — шептал он. — Памятью моей матери клянусь, что я не знал! Как я мог знать? — Что знать? — Кем вы были в действительности! Я не был знаком с вами! Что мне было известно о вас? Ваше имя, ваше происхождение... — Мое состояние! — злобно бросила Марианна.

    — Жюльетта Бенцони · книга
14. «

    Главное не возгордиться собой, Когда ты большого успеха достиг, И не забывать кто был рядом с тобой, И помнить, что достижение – миг.

    Главное не возгордиться собой, Когда ты большого успеха достиг, И не забывать кто был рядом с тобой, И помнить, что достижение – миг.
15. «

    Глупо, когда один человек считает себя лучше других людей, но еще глупее, когда целый народ считает себя лучше других народов. А каждый народ, большинство каждого народа живет в этом ужасном, глупом и зловредном суеверии.

    Глупо, когда один человек считает себя лучше других людей, но еще глупее, когда целый народ считает себя лучше других народов. А каждый народ, большинство каждого народа живет в этом ужасном, глупом и зловредном суеверии.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
16. «

    Я много ездил, много повидал: пока только европейцы гордятся собой, большая часть мира себя стесняется.

    Я много ездил, много повидал: пока только европейцы гордятся собой, большая часть мира себя стесняется.

    — Орхан Памук · книга
17. «

    Я почувствовал прилив гордости. Вот оно. То, ради чего я хотел стать учителем. Ради осознания того, что в твоих силах сделать мир хотя бы чуть-чуть лучше.

    Я почувствовал прилив гордости. Вот оно. То, ради чего я хотел стать учителем. Ради осознания того, что в твоих силах сделать мир хотя бы чуть-чуть лучше.

    — Мэтт Хейг · книга
18. «

    ...бедность и гордость часто идут рука об руку.

    ...бедность и гордость часто идут рука об руку.

    — Шарлотта Бронте · книга
19. «

    Настоящая любовь к ближнему обнаруживается тогда, когда человек от всего сердца – а не только потому, что так нужно, ибо Бог так заповедует, – молится за врагов, прощает их и любит, ведь, по сути, наши враги – это наши благодетели. Кто нас искушает, кто осуждает, создает всякие неприятные ситуации, – тот, с одной стороны, есть орудие диавола, а с другой, – Иисуса. Святые отцы говорят, что враги – это калёное железо, которым Господь выжигает наш эгоизм и гордость, врачует нас. Человек действует по злобе, а мы дикую маслину прививаем к доброй и получаем плод полезный для жизни. Вот почему так благотворны для нас действия наших врагов!

    Настоящая любовь к ближнему обнаруживается тогда, когда человек от всего сердца – а не только потому, что так нужно, ибо Бог так заповедует, – молится за врагов, прощает их и любит, ведь, по сути, наши враги – это наши благодетели. Кто нас искушает, кто осуждает, создает всякие неприятные ситуации, – тот, с одной стороны, есть орудие диавола, а с другой, – Иисуса. Святые отцы говорят, что враги – это калёное железо, которым Господь выжигает наш эгоизм и гордость, врачует нас. Человек действует по злобе, а мы дикую маслину прививаем к доброй и получаем плод полезный для жизни. Вот почему так благотворны для нас действия наших врагов!

    — Архимандрит Ефрем Мораитис
20. «

    Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.

    Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.

    — Рюноскэ Акутагава · книга