135 цитат по теме «гордыня» без воды

Собрали 135 цитат на тему «гордыня» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Гордость представляется мне весьма распространенным недостатком. Во всех прочитанных мной книгах говорится, что человеческая природа ей очень подвержена. Весьма немногие среди нас не лелеют в своей душе чувства самодовольства, связанного с какой-то действительной или мнимой чертой характера, которая выделила бы их среди окружающих. Гордость и тщеславие — разные вещи, хотя этими словами часто пользуются как синонимами. Человек может быть гордым, не будучи тщеславным. Гордость скорее связана с нашим собственным о себе мнением, тщеславие же – с мнением других людей, которое нам бы хотелось, чтобы они составили о нас.

   Гордость представляется мне весьма распространенным недостатком. Во всех прочитанных мной книгах говорится, что человеческая природа ей очень подвержена. Весьма немногие среди нас не лелеют в своей душе чувства самодовольства, связанного с какой-то действительной или мнимой чертой характера, которая выделила бы их среди окружающих. Гордость и тщеславие — разные вещи, хотя этими словами часто пользуются как синонимами. Человек может быть гордым, не будучи тщеславным. Гордость скорее связана с нашим собственным о себе мнением, тщеславие же – с мнением других людей, которое нам бы хотелось, чтобы они составили о нас.

   — Джейн Остин · книга
2. «

   Жестокость – изнанка обиды. Ненависть – изнанка слабости. Жалость – изнанка взгляда в зеркало. Агрессия – тыл гордыни. Теперь возьмем всё это – плюс многое другое – разделим на бумажные жребии, бросим в шляпу, встряхнем, хорошенько перемешаем и начнем тянуть билетики в другом порядке. Думаете, что-то изменится? Ничего подобного. От перемены мест слагаемых, даже если слагаются не числа, а чувства… Банальность – изнанка мудрости.

   Жестокость – изнанка обиды. Ненависть – изнанка слабости. Жалость – изнанка взгляда в зеркало. Агрессия – тыл гордыни. Теперь возьмем всё это – плюс многое другое – разделим на бумажные жребии, бросим в шляпу, встряхнем, хорошенько перемешаем и начнем тянуть билетики в другом порядке. Думаете, что-то изменится? Ничего подобного. От перемены мест слагаемых, даже если слагаются не числа, а чувства… Банальность – изнанка мудрости.

   — Генри Лайон Олди · книга
3. «

   Это аристократы, мальчик. Они собаку съели на том, чтобы не видеть и не замечать того, что у них под самым носом.

   Это аристократы, мальчик. Они собаку съели на том, чтобы не видеть и не замечать того, что у них под самым носом.

   — Терри Пратчетт · книга
4. «

   И хоть смелость сама по себе не являлась грехом, порой она опасно граничила с гордыней.

   И хоть смелость сама по себе не являлась грехом, порой она опасно граничила с гордыней.

   — Крис Бохджалян · книга
5. «

   — Знаешь, какой у меня любимый грех? — Какой у вас любимый грех? — У всех вожделение или гнев. Они самые привлекательные. — Ну, вожделение… На нём легко обжечься. — Гордыня. Гордыня – вот самое худшее. Она проникает в тебя, потому что не ощущается грехом. Что плохого в том, чтобы гордиться собой? Гордиться хорошо проделанной работой. — Начинаешь к этому привыкать, не замечаешь, когда работа сделана не хорошо.

   — Знаешь, какой у меня любимый грех? — Какой у вас любимый грех? — У всех вожделение или гнев. Они самые привлекательные. — Ну, вожделение… На нём легко обжечься. — Гордыня. Гордыня – вот самое худшее. Она проникает в тебя, потому что не ощущается грехом. Что плохого в том, чтобы гордиться собой? Гордиться хорошо проделанной работой. — Начинаешь к этому привыкать, не замечаешь, когда работа сделана не хорошо.

   — преподобный Андерсен · сериал
6. «

   Когда-то люди попытались соорудить башню, которая достала бы до облаков; за гордыню бог покарал их раздором, заставив говорить на разных наречиях. Великое здание, которое они возводили, разрушилось. Бог самодовольно ухмыльнулся и закурил.

   Когда-то люди попытались соорудить башню, которая достала бы до облаков; за гордыню бог покарал их раздором, заставив говорить на разных наречиях. Великое здание, которое они возводили, разрушилось. Бог самодовольно ухмыльнулся и закурил.

   — Дмитрий Глуховский · книга
7. «

   Непосильного Бог не даёт, непосильным только гордыня навъючивает... Непосильное только у беса, а Господь только посильное дает.

   Непосильного Бог не даёт, непосильным только гордыня навъючивает... Непосильное только у беса, а Господь только посильное дает.

   — Алексей Иванов · книга
8. «

   Два петуха затеяли драку. Побеждённый спрятался в укромном местечке, а победитель взлетел на высокую крышу и закукарекал во всё горло, хвастаясь своей победой. Гордеца заметил орёл. Он камнем упал на крышу, ударил петуха крылом, схватил его и унёс. Не спеши хвалиться достигнутым.

   Два петуха затеяли драку. Побеждённый спрятался в укромном местечке, а победитель взлетел на высокую крышу и закукарекал во всё горло, хвастаясь своей победой. Гордеца заметил орёл. Он камнем упал на крышу, ударил петуха крылом, схватил его и унёс. Не спеши хвалиться достигнутым.

   — Виктория Частникова · книга
9. «

   Как смеют боги противостоять мне?! Не припоминаю, чтобы давал им разрешение.

   Как смеют боги противостоять мне?! Не припоминаю, чтобы давал им разрешение.

   — Взяткер Позолот · фильм
10. «

    Я всегда уважал в тебе твой attitude: oooh, that's the boy that I want. Не мужчины выбирали тебя — ты их. Потому что у тебя были глаза. И достоинство. Не их ущемленная гордыня лысых обезьян, но достоинство, ты выбирала себе людей не «ой, мамочки, кажется, я нравлюсь! Значит, он нравится мне». Ты просто выбирала лучшего И добивалась его.

    Я всегда уважал в тебе твой attitude: oooh, that's the boy that I want. Не мужчины выбирали тебя — ты их. Потому что у тебя были глаза. И достоинство. Не их ущемленная гордыня лысых обезьян, но достоинство, ты выбирала себе людей не «ой, мамочки, кажется, я нравлюсь! Значит, он нравится мне». Ты просто выбирала лучшего И добивалась его.

    — Франц Вертфоллен · книга
11. «

    Дурак спесивится против ниже себя.

    Дурак спесивится против ниже себя.

    — Русские пословицы и поговорки
12. «

    Подумайте, как бренно все земное! Есть божества, казнящие гордыню!

    Подумайте, как бренно все земное! Есть божества, казнящие гордыню!

    — Фридрих Шиллер · книга
13. «

    Все наши беды – от гордости. Когда она (гордыня) не получает корма, подпитки, то кажется, что все тебя обидеть норовят. Становишься придирчивым, мелочным, обидчивым. И далее по схеме: «тоска-уныние-отчаяние-гнев-неверие».

    Все наши беды – от гордости. Когда она (гордыня) не получает корма, подпитки, то кажется, что все тебя обидеть норовят. Становишься придирчивым, мелочным, обидчивым. И далее по схеме: «тоска-уныние-отчаяние-гнев-неверие».

    — Игумен Валериан (Головченко)
14. «

    Много сокровенного открыто ему, но он возгордился своим знанием и вознесся над всеми.

    Много сокровенного открыто ему, но он возгордился своим знанием и вознесся над всеми.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
15. «

    Гордыня — это ваша лень. Она рождается там, где вы отпихиваете от себя необходимость взаимодействовать с реальностью.

    Гордыня — это ваша лень. Она рождается там, где вы отпихиваете от себя необходимость взаимодействовать с реальностью.

    — Франц Вертфоллен
16. «

    Было время, когда он полюбил всех своих друзей. А потом это чувство ушло. Неужели одно только подозрение в том, что он лучше и умнее других, могло сотворить с ним такое?

    Было время, когда он полюбил всех своих друзей. А потом это чувство ушло. Неужели одно только подозрение в том, что он лучше и умнее других, могло сотворить с ним такое?

    — Фредерик
17. «

    «Я потеряла всех. Я проиграла. Не колдуну – себе». С самого начала она считала, что борется за справедливость. За ту жизнь, которую заслужила страданиями. «Я ни разу не сдалась. Шла к своей цели. Вот только… Всегда ошибалась в выборе антагониста». Сначала противником стала Лючия. Потом – Десмонд. Но сейчас она понимала: всё это время врагом была её самонадеянность. Гордыня, не позволявшая остановиться. Корысть, заставлявшая постоянно желать большего. Зависть, что всегда вела в ловушку, из которой уже не оставалось выхода. «Я слепа». Ведь именно так всё и началось. Не с великой цели. Не с благородного намерения. А с эгоистичного желания получить сказочную и беззаботную жизнь. Произошедшее после изменило её. Научило видеть глубже и дальше. Сделало сильнее.

    «Я потеряла всех. Я проиграла. Не колдуну – себе». С самого начала она считала, что борется за справедливость. За ту жизнь, которую заслужила страданиями. «Я ни разу не сдалась. Шла к своей цели. Вот только… Всегда ошибалась в выборе антагониста». Сначала противником стала Лючия. Потом – Десмонд. Но сейчас она понимала: всё это время врагом была её самонадеянность. Гордыня, не позволявшая остановиться. Корысть, заставлявшая постоянно желать большего. Зависть, что всегда вела в ловушку, из которой уже не оставалось выхода. «Я слепа». Ведь именно так всё и началось. Не с великой цели. Не с благородного намерения. А с эгоистичного желания получить сказочную и беззаботную жизнь. Произошедшее после изменило её. Научило видеть глубже и дальше. Сделало сильнее.

    — Элиза Вебб · игра
18. «

    Человеку с действительно выдающимися данными и в голову не придет что-то кому-то доказывать, завидовать или пытаться над кем-то возвыситься. Ему это просто незачем.

    Человеку с действительно выдающимися данными и в голову не придет что-то кому-то доказывать, завидовать или пытаться над кем-то возвыситься. Ему это просто незачем.

    — Олег Рой · книга
19. «

    Краса с умом соединившись, Пошли войною на меня; Сраженье дать я им решившись, Кругом в броню облек себя! В такой, я размышлял, одежде Их стрелы не опасны мне, И, погруженный в сей надежде, Победу представлял себе!.. Как вдруг Наташенька явилась, Исчезла храбрость, задрожал! В оковы броня превратилась! И я любовью запылал.

    Краса с умом соединившись, Пошли войною на меня; Сраженье дать я им решившись, Кругом в броню облек себя! В такой, я размышлял, одежде Их стрелы не опасны мне, И, погруженный в сей надежде, Победу представлял себе!.. Как вдруг Наташенька явилась, Исчезла храбрость, задрожал! В оковы броня превратилась! И я любовью запылал.

    — Кондратий Федорович Рылеев
20. «

    Убей свою гордыню или же она убьёт тебя.

    Убей свою гордыню или же она убьёт тебя.