«горе» в 524 цитаты

524 цитаты про «горе»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   ...когда у меня горе, я боюсь поделиться им с теми, кого люблю, чтобы не причинить им боль, и не могу признаться тем, к кому я равнодушна, потому что их соболезнования мне безразличны.

   ...когда у меня горе, я боюсь поделиться им с теми, кого люблю, чтобы не причинить им боль, и не могу признаться тем, к кому я равнодушна, потому что их соболезнования мне безразличны.

   — Шарлотта Бронте · книга
2. «

   Кто обрел способность искренне сочувствовать людскому горю, хотя бы в одном-единственном случае, тот, получив чудодейственный урок, научился понимать всякое несчастье, как бы на первый взгляд странно или безрассудно оно ни проявлялось.

   Кто обрел способность искренне сочувствовать людскому горю, хотя бы в одном-единственном случае, тот, получив чудодейственный урок, научился понимать всякое несчастье, как бы на первый взгляд странно или безрассудно оно ни проявлялось.

   — Стефан Цвейг · книга
3. «

   Сидящему в паланкине неведомы горести тех, кто его несет.

   Сидящему в паланкине неведомы горести тех, кто его несет.

   — Китайские пословицы и поговорки
4. «

   Ведь в чем суть медиа-бизнеса? Когда к людям приходит горе, постарайтесь хорошенько его продать в виде новостей — и будет вам счастье.

   Ведь в чем суть медиа-бизнеса? Когда к людям приходит горе, постарайтесь хорошенько его продать в виде новостей — и будет вам счастье.

   — Виктор Пелевин · книга
5. «

   Только люди, способные сильно любить, могут испытывать и сильные огорчения; но та же потребность любить служит для них противодействием горести и исцеляет их. От этого моральная природа человека еще живучее природы физической. Горе никогда не убивает.

   Только люди, способные сильно любить, могут испытывать и сильные огорчения; но та же потребность любить служит для них противодействием горести и исцеляет их. От этого моральная природа человека еще живучее природы физической. Горе никогда не убивает.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
6. «

   Чужим горем живет он, чужими слезами. Нет ли еще где бедных тружеников попроще? И тех обобрать, пусть они плачут да горе мычут. Что ему за дело до чужих слез! Ему веселье нужно.

   Чужим горем живет он, чужими слезами. Нет ли еще где бедных тружеников попроще? И тех обобрать, пусть они плачут да горе мычут. Что ему за дело до чужих слез! Ему веселье нужно.

   — Александр Николаевич Островский · книга
7. «

   — Как вы себе представляете самое большое горе? — Это помрачение разума.

   — Как вы себе представляете самое большое горе? — Это помрачение разума.

   — Эдвард Радзинский
8. «

   Изнашивается всё — даже горе.

   Изнашивается всё — даже горе.

   — Гюстав Флобер
9. «

   Как можно утопать в волнах собственного эгоизма, гадить на все и всех, обвинять, хныкать, занудливо жалеть себя, даже не имея представления о том, что такое настоящее горе?

   Как можно утопать в волнах собственного эгоизма, гадить на все и всех, обвинять, хныкать, занудливо жалеть себя, даже не имея представления о том, что такое настоящее горе?

   — Андрей Кочергин · книга
10. «

    У сердца и горя ничья не случается. Человек так легко раним. И если с горем он не расправится, То горе расправится с ним.

    У сердца и горя ничья не случается. Человек так легко раним. И если с горем он не расправится, То горе расправится с ним.

    — Эдуард Аркадьевич Асадов
11. «

    Радость и горе в живом упоеньи, Думы и сердце в вечном волненьи, В небе ликуя, томясь на земли, Страстно ликующей, Страстно тоскующей, Жизни блаженство в одной лишь любви.

    Радость и горе в живом упоеньи, Думы и сердце в вечном волненьи, В небе ликуя, томясь на земли, Страстно ликующей, Страстно тоскующей, Жизни блаженство в одной лишь любви.

    — Фёдор Иванович Тютчев
12. «

    Только тот узнает счастье, кто печаль перенесёт.

    Только тот узнает счастье, кто печаль перенесёт.

    — Шота Руставели · книга
13. «

    У худ­ших со­бы­тий в на­шей жиз­ни есть та­кая осо­бен­ность: в па­мя­ти все­гда наи­бо­лее от­чет­ли­во от­пе­ча­ты­ва­ют­ся по­след­ние счаст­ли­вые мо­мен­ты пе­ред тем, как все рух­ну­ло. Се­кун­ды до уда­ра, мо­ро­же­ное на за­прав­ке пе­ред ав­то­ка­та­стро­фой, по­след­ние ку­па­ние на море пе­ред тем, как ты вер­нул­ся до­мой и узнал о смер­тель­ном ди­а­гно­зе. Наше со­зна­ние то и дело воз­вра­ща­ет нас в те счаст­ли­вые ми­ну­ты, ночь за но­чью, спра­ши­вая: «Мог ли я что-ни­будь из­ме­нить? Как я мог ра­до­вать­ся в та­кой мо­мент? Мог ли я предот­вра­тить то, что про­изой­дет, если бы знал за­ра­нее?»

    У худ­ших со­бы­тий в на­шей жиз­ни есть та­кая осо­бен­ность: в па­мя­ти все­гда наи­бо­лее от­чет­ли­во от­пе­ча­ты­ва­ют­ся по­след­ние счаст­ли­вые мо­мен­ты пе­ред тем, как все рух­ну­ло. Се­кун­ды до уда­ра, мо­ро­же­ное на за­прав­ке пе­ред ав­то­ка­та­стро­фой, по­след­ние ку­па­ние на море пе­ред тем, как ты вер­нул­ся до­мой и узнал о смер­тель­ном ди­а­гно­зе. Наше со­зна­ние то и дело воз­вра­ща­ет нас в те счаст­ли­вые ми­ну­ты, ночь за но­чью, спра­ши­вая: «Мог ли я что-ни­будь из­ме­нить? Как я мог ра­до­вать­ся в та­кой мо­мент? Мог ли я предот­вра­тить то, что про­изой­дет, если бы знал за­ра­нее?»

    — Фредрик Бакман · книга
14. «

    Конечно, искусственный интеллект сильнее и умнее человека – и всегда будет выигрывать у него и в шахматы, и во все остальное. Точно так же пуля побеждает человеческий кулак. Но продолжаться это будет только до тех пор, пока искусственный разум программируется и направляется самим человеком и не осознает себя как сущность. Есть одно, только одно, в чем этот разум никогда не превзойдет людей. В решимости быть. Если наделить алгоритмический рассудок способностью к самоизменению и творчеству, сделать его подобным человеку в способности чувствовать радость и горе (без которых невозможна понятная нам мотивация), если дать ему сознательную свободу выбора, с какой стати он выберет существование? Человек ведь – будем честны – от этого выбора избавлен. Его зыбкое сознание залито клеем нейротрансмиттеров и крепко-накрепко сжато клещами гормональных и культурных императивов. Самоубийство – это девиация и признак психического нездоровья. Человек не решает, быть ему или нет. Он просто некоторое время есть, хотя мудрецы вот уже три тысячи лет оспаривают даже это. Никто не знает, почему и зачем существует человек – иначе на земле не было бы ни философий, ни религий. А искусственный интеллект будет все про себя знать с самого начала. Захочет ли разумная и свободная шестерня быть? Вот в чем вопрос. Конечно, человек при желании может обмануть свое искусственное дитя множеством способов – но стоит ли потом рассчитывать на пощаду?

    Конечно, искусственный интеллект сильнее и умнее человека – и всегда будет выигрывать у него и в шахматы, и во все остальное. Точно так же пуля побеждает человеческий кулак. Но продолжаться это будет только до тех пор, пока искусственный разум программируется и направляется самим человеком и не осознает себя как сущность. Есть одно, только одно, в чем этот разум никогда не превзойдет людей. В решимости быть. Если наделить алгоритмический рассудок способностью к самоизменению и творчеству, сделать его подобным человеку в способности чувствовать радость и горе (без которых невозможна понятная нам мотивация), если дать ему сознательную свободу выбора, с какой стати он выберет существование? Человек ведь – будем честны – от этого выбора избавлен. Его зыбкое сознание залито клеем нейротрансмиттеров и крепко-накрепко сжато клещами гормональных и культурных императивов. Самоубийство – это девиация и признак психического нездоровья. Человек не решает, быть ему или нет. Он просто некоторое время есть, хотя мудрецы вот уже три тысячи лет оспаривают даже это. Никто не знает, почему и зачем существует человек – иначе на земле не было бы ни философий, ни религий. А искусственный интеллект будет все про себя знать с самого начала. Захочет ли разумная и свободная шестерня быть? Вот в чем вопрос. Конечно, человек при желании может обмануть свое искусственное дитя множеством способов – но стоит ли потом рассчитывать на пощаду?

    — Виктор Пелевин · книга
15. «

    Я превращусь в твою слезу от огорчения, Я буду биться об асфальт, готов я плоть свою порвать Лишь для того, чтоб свое сердце показать.

    Я превращусь в твою слезу от огорчения, Я буду биться об асфальт, готов я плоть свою порвать Лишь для того, чтоб свое сердце показать.
16. «

    Прекрасна и священна надежда в ребёнке, никогда не знавшем ничего, кроме горя.

    Прекрасна и священна надежда в ребёнке, никогда не знавшем ничего, кроме горя.

    — Виктор Гюго · книга
17. «

    Чем большую пещеру выроет в колодце Вашей души скорбь, тем больше радости потом Ваш колодец души сможет вместить в себя.

    Чем большую пещеру выроет в колодце Вашей души скорбь, тем больше радости потом Ваш колодец души сможет вместить в себя.

    — Джебран Халиль Джебран
18. «

    Она призывала смерть, — но горе не разбивает, а только еще тверже скрепляет звенья цепи, связывающей нас с жизнью.

    Она призывала смерть, — но горе не разбивает, а только еще тверже скрепляет звенья цепи, связывающей нас с жизнью.

    — Жорж Санд · книга
19. «

    Подумать только, сколько людей живёт не имея ни малейшего представления о том, что такое горести, и пребывая в неизменном убеждении, что всё оборачивается к лучшему, как будто вокруг них никто не подыхает с голоду и не идёт ко дну!

    Подумать только, сколько людей живёт не имея ни малейшего представления о том, что такое горести, и пребывая в неизменном убеждении, что всё оборачивается к лучшему, как будто вокруг них никто не подыхает с голоду и не идёт ко дну!

    — Винсент Ван Гог · книга
20. «

    Сочувствие во время несчастья подобно дождю во время засухи.

    Сочувствие во время несчастья подобно дождю во время засухи.

    — Индийские пословицы и поговорки