210 цитат про «границы» — коротко и по делу

Собрали 210 цитат на тему «границы» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Когда ты женат, ты не устанавливаешь границы для любви.

   Когда ты женат, ты не устанавливаешь границы для любви.

   — Гербер · фильм
2. «

   Ни один враг не осмелится переступить мои границы, не заплатив соответствующей мзды!

   Ни один враг не осмелится переступить мои границы, не заплатив соответствующей мзды!

   — Михаил Успенский · книга
3. «

   У всех есть свои границы и чтобы узнать их, нужно выйти за пределы. Суть гонки в том, чтобы испытать на прочность свой характер, навыки и свой страх. В том чтобы соединиться с машиной, единственная задача в который перерабатывать бензин в адреналин. И сделав это, вы уже не сможете отказаться.

   У всех есть свои границы и чтобы узнать их, нужно выйти за пределы. Суть гонки в том, чтобы испытать на прочность свой характер, навыки и свой страх. В том чтобы соединиться с машиной, единственная задача в который перерабатывать бензин в адреналин. И сделав это, вы уже не сможете отказаться.
4. «

   0001545. Бережный человек — это который не теряет берега.

   0001545. Бережный человек — это который не теряет берега.
5. «

   Границы есть только у нравственности и человечности. У бесчеловечности и безнравственности их нет.

   Границы есть только у нравственности и человечности. У бесчеловечности и безнравственности их нет.

   — Стас Карпов · сериал
6. «

   Кажется, иногда с осознанностью надо завязывать, иначе можно осознать, что еще не готов быть счастливым.

   Кажется, иногда с осознанностью надо завязывать, иначе можно осознать, что еще не готов быть счастливым.

   — Лариса Парфентьева · книга
7. «

   Малую цену имеет оружие вне страны, если нет благоразумия дома.

   Малую цену имеет оружие вне страны, если нет благоразумия дома.

   — Марк Туллий Цицерон
8. «

   …Границы, воздвигаемые между людьми и системами, вовсе не так неприступны, как кажется.

   …Границы, воздвигаемые между людьми и системами, вовсе не так неприступны, как кажется.

   — Эндрю Ридкер · книга
9. «

   Кирей зачем ты сужаешь границы наслаждения? Кто сказал, что трагедия и страдания не могут принести удовольствие?

   Кирей зачем ты сужаешь границы наслаждения? Кто сказал, что трагедия и страдания не могут принести удовольствие?

   — Гильгамеш · аниме
10. «

    Госграницы для цыган понятие условное.

    Госграницы для цыган понятие условное.

    — Александр Невзоров · книга
11. «

    — Как тебе удаётся всегда оставаться на грани? — Я просто об этом не думаю.

    — Как тебе удаётся всегда оставаться на грани? — Я просто об этом не думаю.

    — сержант Сэндборн · фильм
12. «

    Есть моменты в жизни, когда ты знаешь, что вышел за свои границы. Твоя старая жизнь кончилась. Ван Лун был моей границей. Я получил свой шанс.

    Есть моменты в жизни, когда ты знаешь, что вышел за свои границы. Твоя старая жизнь кончилась. Ван Лун был моей границей. Я получил свой шанс.

    — Эдди Морра · фильм
13. «

    Границы очень важны.

    Границы очень важны.

    — кавказец · сериал
14. «

    Чувства – они ведь всегда про «сейчас», а не про характер. Если вы злитесь, это ничего не говорит о том, какой вы человек, но может многое рассказать о происходящем. Возможно, нарушаются ваши границы. Или обесценивается то, что вам дорого. Или вы настолько долго не отдыхали, что тело переключилось в режим боевой готовности и теперь реагирует командой «Враг!» даже на малейшее движение тени ветки.

    Чувства – они ведь всегда про «сейчас», а не про характер. Если вы злитесь, это ничего не говорит о том, какой вы человек, но может многое рассказать о происходящем. Возможно, нарушаются ваши границы. Или обесценивается то, что вам дорого. Или вы настолько долго не отдыхали, что тело переключилось в режим боевой готовности и теперь реагирует командой «Враг!» даже на малейшее движение тени ветки.

    — Ольга Примаченко · книга
15. «

    — В следующий раз успевать будем. Что, Константин Петрович, обалдеть можно? — Это граница, нам ещё ко многому предстоит привыкнуть. И ещё к большему научиться. Я думаю.

    — В следующий раз успевать будем. Что, Константин Петрович, обалдеть можно? — Это граница, нам ещё ко многому предстоит привыкнуть. И ещё к большему научиться. Я думаю.

    — Константин Петрович Федоров · сериал
16. «

    Я почувствовал себя впервые человеком, объём ответственности которого ограничен какими-то рамками.

    Я почувствовал себя впервые человеком, объём ответственности которого ограничен какими-то рамками.

    — Михаил Булгаков · книга
17. «

    Человек должен знать пределы дозволенного.

    Человек должен знать пределы дозволенного.

    — Гарри Каллахан · фильм
18. «

    Виновный, невинный. Добро, зло. Жизнь, смерть. Как тени сгущаются над Ривердейл. Границы, разделяющие эти противоположности, размываются и искажаются.

    Виновный, невинный. Добро, зло. Жизнь, смерть. Как тени сгущаются над Ривердейл. Границы, разделяющие эти противоположности, размываются и искажаются.

    — Джагхед · сериал
19. «

    Егор всегда честно признавал, ну, не при всех, а для себя самого, что он не храбрец. Но и трусом, пожалуй, тоже не был. Были вещи, которых можно и нужно бояться: шпана, маньяки, террористы, катастрофы, пожары, войны, смертельные болезни. Все в одной куче, и все одинаково далеко. Все это реально существовало и в то же время оставалось за гранью повседневного. Соблюдай простые правила, не броди по ночам, не лезь в чужие районы, мой руки перед едой, не прыгай на рельсы. Можно бояться неприятностей и в то же время понимать, что шанс в них влипнуть весьма невелик.

    Егор всегда честно признавал, ну, не при всех, а для себя самого, что он не храбрец. Но и трусом, пожалуй, тоже не был. Были вещи, которых можно и нужно бояться: шпана, маньяки, террористы, катастрофы, пожары, войны, смертельные болезни. Все в одной куче, и все одинаково далеко. Все это реально существовало и в то же время оставалось за гранью повседневного. Соблюдай простые правила, не броди по ночам, не лезь в чужие районы, мой руки перед едой, не прыгай на рельсы. Можно бояться неприятностей и в то же время понимать, что шанс в них влипнуть весьма невелик.

    — Сергей Лукьяненко · книга
20. «

    Да что же это такое, в конце концов! За что стоит драться, за что вправе я драться, когда стою на рубеже, посредине, между Светом и Тьмой? У меня соседи — вампиры! Они никогда — во всяком случае, Костя, — никогда не убивали. Они приличные люди с точки зрения людей. Если смотреть по их деяниям — они куда честнее шефа или Ольги. Где же грань? Где оправдание? Где прощение? Я не знаю ответа. Я ничего не в силах сказать, даже себе самому. Я уже плыву по инерции, на старых убеждениях и догмах. Как могут они сражаться постоянно, мои товарищи, оперативники Дозора? Какие объяснения дают своим поступкам? Тоже не знаю. Но их решения мне не помогут. Тут каждый сам за себя, как в громких лозунгах Темных. И самое неприятное: я чувствовал, что, если не пойму, не смогу нащупать этот рубеж, я обречен.

    Да что же это такое, в конце концов! За что стоит драться, за что вправе я драться, когда стою на рубеже, посредине, между Светом и Тьмой? У меня соседи — вампиры! Они никогда — во всяком случае, Костя, — никогда не убивали. Они приличные люди с точки зрения людей. Если смотреть по их деяниям — они куда честнее шефа или Ольги. Где же грань? Где оправдание? Где прощение? Я не знаю ответа. Я ничего не в силах сказать, даже себе самому. Я уже плыву по инерции, на старых убеждениях и догмах. Как могут они сражаться постоянно, мои товарищи, оперативники Дозора? Какие объяснения дают своим поступкам? Тоже не знаю. Но их решения мне не помогут. Тут каждый сам за себя, как в громких лозунгах Темных. И самое неприятное: я чувствовал, что, если не пойму, не смогу нащупать этот рубеж, я обречен.

    — Сергей Лукьяненко · книга