100 цитат про «Жизненные цитаты на тему «история»»

Тема «Жизненные цитаты на тему «история»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 100 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Уже давно во всем идет неуклонное падение. Как злобно, неохотно отворял нам дверь швейцар! Поголовно у всех лютое отвращение ко всякому труду.

   Уже давно во всем идет неуклонное падение. Как злобно, неохотно отворял нам дверь швейцар! Поголовно у всех лютое отвращение ко всякому труду.

   — Иван Алексеевич Бунин · книга
2. «

   История — это хроника войн, а войны — это хроники страданий, написанные слезами матерей.

   История — это хроника войн, а войны — это хроники страданий, написанные слезами матерей.

   — Хирон · фильм
3. «

   Иным отведен был в истории целый параграф, Мне — фраза одна от заглавной до многоточия.. А округ меня шабаш дам и фанерных графов, Что души свои ради бренной строки опорочили.

   Иным отведен был в истории целый параграф, Мне — фраза одна от заглавной до многоточия.. А округ меня шабаш дам и фанерных графов, Что души свои ради бренной строки опорочили.

   — Марина Матисс
4. «

   Первым из парадного вышел Гейгер. Выпуская всех остальных, он держал дверь за шуруп. Стал рассказывать, что бывал в разных странах, и что повсюду там – несмотря на войны и революции – на входных дверях сохранялись старые ручки. Довольно долго держался вроде бы и Петербург. До ручек дело дошло относительно недавно, когда их стали свинчивать на металлолом. По словам Гейгера, исчезновение ручек стало зримым концом нормальной жизни. Началом постепенного, но неуклонного одичания.

   Первым из парадного вышел Гейгер. Выпуская всех остальных, он держал дверь за шуруп. Стал рассказывать, что бывал в разных странах, и что повсюду там – несмотря на войны и революции – на входных дверях сохранялись старые ручки. Довольно долго держался вроде бы и Петербург. До ручек дело дошло относительно недавно, когда их стали свинчивать на металлолом. По словам Гейгера, исчезновение ручек стало зримым концом нормальной жизни. Началом постепенного, но неуклонного одичания.

   — Евгений Водолазкин · книга
5. «

   Учите историю, в ней таятся ответы на все актуальные вопросы. Все уже однажды случалось.

   Учите историю, в ней таятся ответы на все актуальные вопросы. Все уже однажды случалось.

   — Янина Гурова
6. «

   Тому, кто не помнит уроков истории, суждено на себе испытать её повторение.

   Тому, кто не помнит уроков истории, суждено на себе испытать её повторение.

   — Энн Бенсон · книга
7. «

   ... одна из самых отличительных черт революций – бешеная жажда игры, лицедейства, позы, балагана. В человеке просыпается обезьяна.

   ... одна из самых отличительных черт революций – бешеная жажда игры, лицедейства, позы, балагана. В человеке просыпается обезьяна.

   — Иван Алексеевич Бунин · книга
8. «

   …даже самые блестящие планы бессильны перед ходом истории.

   …даже самые блестящие планы бессильны перед ходом истории.

   — Содзи Симада · книга
9. «

   История человечества может предстать в искажённом виде только потому, что раньше люди не могли достаточно бережно хранить документы.

   История человечества может предстать в искажённом виде только потому, что раньше люди не могли достаточно бережно хранить документы.

   — Тур Хейердал
10. «

    История постоянно разрушает. Разрушает для того, чтобы вновь готовить следующий промежуточный результат. В истории, похоже, понятия «созидание» и «разрушение» имеют одинаковый смысл.

    История постоянно разрушает. Разрушает для того, чтобы вновь готовить следующий промежуточный результат. В истории, похоже, понятия «созидание» и «разрушение» имеют одинаковый смысл.

    — Юкио Мисима · книга
11. «

    История всегда упрощена, между ней и реальностью такая же разница, как между вещью и ее фотографией. Она плоская, ты не можешь рассмотреть ее со всех сторон и множество важных моментов остается за кадром.

    История всегда упрощена, между ней и реальностью такая же разница, как между вещью и ее фотографией. Она плоская, ты не можешь рассмотреть ее со всех сторон и множество важных моментов остается за кадром.
12. «

    — Он слишком хорош для этой фигни, явно с историей. — Мы все слишком хороши для этой фигни, и у нас у всех своя история.

    — Он слишком хорош для этой фигни, явно с историей. — Мы все слишком хороши для этой фигни, и у нас у всех своя история.

    — Стюарт · фильм
13. «

    Мужчина в тени каучуковых деревьев, на котором танцевали солнечные монетки, повернул голову, не опуская её дочь на землю, и встретился взглядом с Амму. Столетия вместились в один неуловимый миг. История дала промашку, была поймана врасплох.

    Мужчина в тени каучуковых деревьев, на котором танцевали солнечные монетки, повернул голову, не опуская её дочь на землю, и встретился взглядом с Амму. Столетия вместились в один неуловимый миг. История дала промашку, была поймана врасплох.

    — Арундати Рой · книга
14. «

    Ни одна минута истории не похожа на другую; ни одну человеческую идею или событие нельзя судить вне их собственной эпохи.

    Ни одна минута истории не похожа на другую; ни одну человеческую идею или событие нельзя судить вне их собственной эпохи.

    — Фидель Кастро
15. «

    История оправдывает победителей, говоря всем и каждому в отдельности, какими плохими были проигравшие.

    История оправдывает победителей, говоря всем и каждому в отдельности, какими плохими были проигравшие.

    — Джон Кинг · книга
16. «

    Ход истории определяют мельчайшие, часто нераспознанные ошибки.

    Ход истории определяют мельчайшие, часто нераспознанные ошибки.

    — Джон Ирвинг · книга
17. «

    «Хожу без работы, пошел в совет депутатов просить места – мест, говорят, нету, а вот тебе два ордера на право обыска, можешь отлично поживиться. Я их послал куда подале, я честный человек…»

    «Хожу без работы, пошел в совет депутатов просить места – мест, говорят, нету, а вот тебе два ордера на право обыска, можешь отлично поживиться. Я их послал куда подале, я честный человек…»

    — Иван Алексеевич Бунин · книга
18. «

    — Кто-то сказал: жизнь — это всего лишь одна история. Дни проходящие мимо тебя незаменимы и никогда больше не вернуться. Первая страница называется «сегодня». — ...каждый кадр соединяется... — ...они склеиваются и превращаются в одну историю. Одна минута... — ...одна секунда. — ...прямо сейчас, даже в этот момент...

    — Кто-то сказал: жизнь — это всего лишь одна история. Дни проходящие мимо тебя незаменимы и никогда больше не вернуться. Первая страница называется «сегодня». — ...каждый кадр соединяется... — ...они склеиваются и превращаются в одну историю. Одна минута... — ...одна секунда. — ...прямо сейчас, даже в этот момент...

    — Мио Аида · аниме
19. «

    Каждое событие человеческой жизни, — повторял Торп, — имеет свою историю. Для каждого чувства, для каждой тайны, для каждой временной точки прошлого имеется свое повествование, цель которого — растолковать суть.

    Каждое событие человеческой жизни, — повторял Торп, — имеет свою историю. Для каждого чувства, для каждой тайны, для каждой временной точки прошлого имеется свое повествование, цель которого — растолковать суть.

    — Мишель Ричмонд · книга
20. «

    В эти трудные времена растут ряды анархистов. Их цель — дезорганизовать управление страной посредством террористических актов и убийства государственных деятелей. Они считают, что, если будет нарушено нормальное функционирование органов власти, народ станет управлять в утопическом обществе. Хотя мои симпатии на стороне рабочих, я не одобряю насилие. И я вижу, что эти анархисты намеренно взывают к не той толпе. Те, кто сейчас веселится, — не выгнанные с заводов рабочие, страдающие от того, что голодают их дети, а буржуа, которые каждый день едят мясо и пьют за столом вино. Радикалы объявились здесь не для просвещения народа, а для того, чтобы сеять смуту.

    В эти трудные времена растут ряды анархистов. Их цель — дезорганизовать управление страной посредством террористических актов и убийства государственных деятелей. Они считают, что, если будет нарушено нормальное функционирование органов власти, народ станет управлять в утопическом обществе. Хотя мои симпатии на стороне рабочих, я не одобряю насилие. И я вижу, что эти анархисты намеренно взывают к не той толпе. Те, кто сейчас веселится, — не выгнанные с заводов рабочие, страдающие от того, что голодают их дети, а буржуа, которые каждый день едят мясо и пьют за столом вино. Радикалы объявились здесь не для просвещения народа, а для того, чтобы сеять смуту.

    — Кэрол МакКлири · книга