23 цитаты «избранные» на каждый день

Собрали 23 цитаты на тему «избранные» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Какой же смысл этой привилегированности в будущем, когда даже Иерусалим сделается домом молитвы для всех народов? Смысл тот, что господство будет тогда принадлежать евреям и им же, как господам мира, будут принадлежать все блага или богатства земные, ибо царство Мессии представляется евреям не иначе как в земном, вещественном образе.

   Какой же смысл этой привилегированности в будущем, когда даже Иерусалим сделается домом молитвы для всех народов? Смысл тот, что господство будет тогда принадлежать евреям и им же, как господам мира, будут принадлежать все блага или богатства земные, ибо царство Мессии представляется евреям не иначе как в земном, вещественном образе.

   — Иван Сергеевич Аксаков · книга
2. «

   — А если молот будет в лифте? — Он поднимется. — Но лифт не достоин.

   — А если молот будет в лифте? — Он поднимется. — Но лифт не достоин.

   — Стив Роджерс / Капитан Америка · фильм
3. «

   Разве когда-то действительно избранный, народ еврейский не продолжает признавать себя и теперь народом избранным, веруя в то же время во всемирное торжество «еврейского единобожия?» А что может значить теперь признание себя народом избранным? По христианскому учению, с явлением Спасителя на земле в среде еврейской, «под зраком» еврея исполнилось обетование, данное некогда Израилю, упразднилось избранничество еврейского народа – призванием всех народов.

   Разве когда-то действительно избранный, народ еврейский не продолжает признавать себя и теперь народом избранным, веруя в то же время во всемирное торжество «еврейского единобожия?» А что может значить теперь признание себя народом избранным? По христианскому учению, с явлением Спасителя на земле в среде еврейской, «под зраком» еврея исполнилось обетование, данное некогда Израилю, упразднилось избранничество еврейского народа – призванием всех народов.

   — Иван Сергеевич Аксаков · книга
4. «

   Но евреи остались по ту сторону Голгофы и отреклись от Христа, мечтая, в племенной гордости, удержать чаемое ими исполнение обетования Божьего – исключительно за собой, в свою специальную пользу, и в качестве «избранного племени» получить внешнее всемирное владычество.

   Но евреи остались по ту сторону Голгофы и отреклись от Христа, мечтая, в племенной гордости, удержать чаемое ими исполнение обетования Божьего – исключительно за собой, в свою специальную пользу, и в качестве «избранного племени» получить внешнее всемирное владычество.

   — Иван Сергеевич Аксаков · книга
5. «

   Внизу гнул шею ужас, который может быть благородным, и страх, который всегда низок. Вверху шумели бури страстей, героизма, самопожертвования, ярости, а внизу притаилась мрачная толпа безликих. Дно этого собрания именовалось «Равниной». Сюда скатывалось все шаткое, все колеблющееся, все маловеры, все выжидатели, все соглядатаи, и каждый кого-нибудь боялся. Гора была местом избранных; Равнина была толпой.

   Внизу гнул шею ужас, который может быть благородным, и страх, который всегда низок. Вверху шумели бури страстей, героизма, самопожертвования, ярости, а внизу притаилась мрачная толпа безликих. Дно этого собрания именовалось «Равниной». Сюда скатывалось все шаткое, все колеблющееся, все маловеры, все выжидатели, все соглядатаи, и каждый кого-нибудь боялся. Гора была местом избранных; Равнина была толпой.

   — Виктор Гюго · книга
6. «

   Лишние люди борются с лишними людьми за право быть лишними.

   Лишние люди борются с лишними людьми за право быть лишними.
7. «

   В мире ничего не изменится, пока лишние борются против лишних, а избранные против избранных.

   В мире ничего не изменится, пока лишние борются против лишних, а избранные против избранных.
8. «

   ..воздвигнет Господь из недр еврейского народа Спасителя, или Мессию. Мы, христиане, почитаем это обетование уже исполненным; евреи же продолжают ожидать исполнения; этим ожиданием живут и до сих пор; только в этом ожидании и коренится для них причина их бытия как народа, как нации; только в нем и почерпнули они ту изумительную нравственную силу, с которой перенесли, рассеянные по всему миру, долгий ряд веков – преследований, гонений и мук. Если бы они в течение этого периода времени уступили и отреклись от «религии своих отцов», они бы давно исчезли в массе племен, среди которых теперь обитают. Но эта «религия отцов» для верующего еврея (а неверующий еврей-аномалия) не есть личный мистический союз с Богом, а союз народный. Верующие евреи не могут в прошлом не признавать своего народа «избранным», потому что он таким действительно был – это исповедуют и христиане: разница в том, что евреи продолжают почитать свой народ «избранным».

   ..воздвигнет Господь из недр еврейского народа Спасителя, или Мессию. Мы, христиане, почитаем это обетование уже исполненным; евреи же продолжают ожидать исполнения; этим ожиданием живут и до сих пор; только в этом ожидании и коренится для них причина их бытия как народа, как нации; только в нем и почерпнули они ту изумительную нравственную силу, с которой перенесли, рассеянные по всему миру, долгий ряд веков – преследований, гонений и мук. Если бы они в течение этого периода времени уступили и отреклись от «религии своих отцов», они бы давно исчезли в массе племен, среди которых теперь обитают. Но эта «религия отцов» для верующего еврея (а неверующий еврей-аномалия) не есть личный мистический союз с Богом, а союз народный. Верующие евреи не могут в прошлом не признавать своего народа «избранным», потому что он таким действительно был – это исповедуют и христиане: разница в том, что евреи продолжают почитать свой народ «избранным».

   — Иван Сергеевич Аксаков · книга
9. «

   Избран, выделен и предпочтен всякий, кто вместо того, чтобы ломать голову над вопросом «Что я здесь делаю?», решит сделать хоть что-нибудь или пробудит в сердце своем воодушевление.

   Избран, выделен и предпочтен всякий, кто вместо того, чтобы ломать голову над вопросом «Что я здесь делаю?», решит сделать хоть что-нибудь или пробудит в сердце своем воодушевление.

   — Пауло Коэльо · книга
10. «

    ЭШЛИ: Я скажу это вам один раз, сеньорита Фернандес. Если вы серьезно хотите Вертфоллена и всей великосветской жизни, которая идет вместе с ним, всей той «дерзости», неконформизма и необычности, о которых заявляли мне на наших сеансах. По крайней мере, на которые вы претендовали в сравнении с большинством, вы же все равно чувствовали себя «иной», «избранной», если угодно, как все подростки, так вот чтоб по-настоящему ею стать, а не облупиться из гадкого утенка в не менее гадкую утку, как все люди, нужно работать, дорогая моя...

    ЭШЛИ: Я скажу это вам один раз, сеньорита Фернандес. Если вы серьезно хотите Вертфоллена и всей великосветской жизни, которая идет вместе с ним, всей той «дерзости», неконформизма и необычности, о которых заявляли мне на наших сеансах. По крайней мере, на которые вы претендовали в сравнении с большинством, вы же все равно чувствовали себя «иной», «избранной», если угодно, как все подростки, так вот чтоб по-настоящему ею стать, а не облупиться из гадкого утенка в не менее гадкую утку, как все люди, нужно работать, дорогая моя...

    — Франц Вертфоллен
11. «

    Что это за избранность, за которую нужно бороться?

    Что это за избранность, за которую нужно бороться?
12. «

    Недостаточно того, что ты избранный, что тебя когда-то избрали. Чтобы быть на самом деле избранным, ты должен избрать себя сам.

    Недостаточно того, что ты избранный, что тебя когда-то избрали. Чтобы быть на самом деле избранным, ты должен избрать себя сам.
13. «

    Танцуй! Давай наслаждение людям через бешеную скорость! Вся эта паранойя насчет медленной эволюции — чушь собачья! Странные люди встречаются и оказываются избранными. Это ли не искусство?! Именно искусство стимулирует идти прогресс вперед.

    Танцуй! Давай наслаждение людям через бешеную скорость! Вся эта паранойя насчет медленной эволюции — чушь собачья! Странные люди встречаются и оказываются избранными. Это ли не искусство?! Именно искусство стимулирует идти прогресс вперед.

    — Мэнди Слэйд · фильм
14. «

    Ради бессмертия избранных должны умереть миллионы обычных.

    Ради бессмертия избранных должны умереть миллионы обычных.

    — Филипп Уайс (Philippe Weis) · фильм
15. «

    — Неужели всегда нужно уходить? — Нужно безошибочно чувствовать, что шагнул на новую ступеньку жизни. Если хочешь задержаться на прежней — утратишь и радость, и разумение. И окажешься под угрозой Божьего удара. — Больно бьёт твой Господь. — Только избранных.

    — Неужели всегда нужно уходить? — Нужно безошибочно чувствовать, что шагнул на новую ступеньку жизни. Если хочешь задержаться на прежней — утратишь и радость, и разумение. И окажешься под угрозой Божьего удара. — Больно бьёт твой Господь. — Только избранных.

    — Пауло Коэльо · книга
16. «

    Жизнь Избранных всегда находилась под угрозой.

    Жизнь Избранных всегда находилась под угрозой.

    — Анхель де Куатье · книга
17. «

    ... Течение истории всегда курировались избранными...

    ... Течение истории всегда курировались избранными...

    — Дневник Антонио Редгрейва · игра
18. «

    Два живота, две жизни человеку предназначены Богом избранным человекам: временная, земная, и вечная – небесная. Эта жизнь дана нам независимо от нас, будущая же, вечная, без нас, без нашей веры и желания, без добрых дел – никому не может быть дана.

    Два живота, две жизни человеку предназначены Богом избранным человекам: временная, земная, и вечная – небесная. Эта жизнь дана нам независимо от нас, будущая же, вечная, без нас, без нашей веры и желания, без добрых дел – никому не может быть дана.

    — Иоанн Кронштадтский
19. «

    Кто-то был первым, а кто-то вторым, а я хотел быть за чертой, Там, где кончается розовый дым, и где я останусь с тобой...

    Кто-то был первым, а кто-то вторым, а я хотел быть за чертой, Там, где кончается розовый дым, и где я останусь с тобой...
20. «

    Это право младенцев и богов, и всех беззащитных и избранных: они берут нашу радость и разбивают её вдребезги, а мы потом утешаемся осколками.

    Это право младенцев и богов, и всех беззащитных и избранных: они берут нашу радость и разбивают её вдребезги, а мы потом утешаемся осколками.

    — Этель Лилиан Войнич · книга