11 цитат про «изнасилование» для вдохновения

Тема «изнасилование» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 11 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Ей просто страшно. Она хочет видеться с внуком и делать вид, что все как раньше? Она хочет верить, что дочь была счастлива в браке? Это гораздо лучше, чем понимать, что она не спасла ее. И пока она прячет голову в песок, а вы не хотите давать показания, человек, который нас изнасиловал — все еще свободен, успешен, счастлив. Знает, что сделал это дважды, да бог знает сколько раз, и не попался. Сколько женщин, Кэтрин, сколько жизней вы позволите ему разбить?

   Ей просто страшно. Она хочет видеться с внуком и делать вид, что все как раньше? Она хочет верить, что дочь была счастлива в браке? Это гораздо лучше, чем понимать, что она не спасла ее. И пока она прячет голову в песок, а вы не хотите давать показания, человек, который нас изнасиловал — все еще свободен, успешен, счастлив. Знает, что сделал это дважды, да бог знает сколько раз, и не попался. Сколько женщин, Кэтрин, сколько жизней вы позволите ему разбить?

   — Лора Нильсен · сериал
2. «

   — Она смогла поговорить об этом? — Нет, ей еще очень больно. Я не уверена, что она вообще сможет. Может, она когда-нибудь скажет папе. — Ужасно, когда внутри тебя находятся такие слова и приходится говорить их другому.

   — Она смогла поговорить об этом? — Нет, ей еще очень больно. Я не уверена, что она вообще сможет. Может, она когда-нибудь скажет папе. — Ужасно, когда внутри тебя находятся такие слова и приходится говорить их другому.

   — Роджер Маккензи · сериал
3. «

   Если же кто в поле встретится с отроковицею обрученною и, схватив ее, ляжет с нею, то должно предать смерти только мужчину, лежавшего с нею, а отроковице ничего не делай; на отроковице нет преступления смертного: ибо это то же, как если бы кто восстал на ближнего своего и убил его; ибо он встретился с нею в поле, и хотя отроковица обрученная кричала, но некому было спасти ее.

   Если же кто в поле встретится с отроковицею обрученною и, схватив ее, ляжет с нею, то должно предать смерти только мужчину, лежавшего с нею, а отроковице ничего не делай; на отроковице нет преступления смертного: ибо это то же, как если бы кто восстал на ближнего своего и убил его; ибо он встретился с нею в поле, и хотя отроковица обрученная кричала, но некому было спасти ее.

   — Библия. Ветхий Завет. Второзаконие · книга
4. «

   Что: прикажете коршуну жрать незабудки? Шакалу сделаться кроликом? Или, по-вашему, волк сам себе добровольно выдернуть должен клыки? Чем вам не нравятся правые? Чем не нравятся левые? Отчего с таким изумлением вы, как кретины, уставились в телевизионный экран! Ах, вы узрели неправду в очередной передаче! <...> В нынешнем мире воров меньше, чем обворованных. Кто рукоплещет взломщикам? Кто возводит убийц в почётные граждане? Кто исступленно жаждет, чтобы его околпачили и обобрали, как следует?

   Что: прикажете коршуну жрать незабудки? Шакалу сделаться кроликом? Или, по-вашему, волк сам себе добровольно выдернуть должен клыки? Чем вам не нравятся правые? Чем не нравятся левые? Отчего с таким изумлением вы, как кретины, уставились в телевизионный экран! Ах, вы узрели неправду в очередной передаче! <...> В нынешнем мире воров меньше, чем обворованных. Кто рукоплещет взломщикам? Кто возводит убийц в почётные граждане? Кто исступленно жаждет, чтобы его околпачили и обобрали, как следует?

   — Ганс Магнус Энценсбергер
5. «

   I am a big man, (yes, I am). And I have a big gun, Got me a big old Dick, and I I like to have fun. Held against your forehead I'll make you suck it. Maybe I'll put a hole in your head, You know, just for the fuck of it.

   I am a big man, (yes, I am). And I have a big gun, Got me a big old Dick, and I I like to have fun. Held against your forehead I'll make you suck it. Maybe I'll put a hole in your head, You know, just for the fuck of it.
6. «

   Эта девушка вынуждена была вернуться, потому что полдюжины мерзавцев испортили ей жизнь. Полдюжины — это примерно, потому что некоторые законы математики усложняются, когда тебя насилуют, оставляя после себя подарок. Идеальная бомба — ты хочешь о ней забыть, а она растет. Сегодня тебе больно, завтра больнее, а потом еще хуже... Чья это бомба? Чья? У нее твои глаза.

   Эта девушка вынуждена была вернуться, потому что полдюжины мерзавцев испортили ей жизнь. Полдюжины — это примерно, потому что некоторые законы математики усложняются, когда тебя насилуют, оставляя после себя подарок. Идеальная бомба — ты хочешь о ней забыть, а она растет. Сегодня тебе больно, завтра больнее, а потом еще хуже... Чья это бомба? Чья? У нее твои глаза.

   — Ариана Мендоса / Анхелис · сериал
7. «

   Изнасилования происходят, потому что насильники выбирают насиловать. Точка. Никто не заслуживает того, чтобы быть жертвой такого мерзкого решения.

   Изнасилования происходят, потому что насильники выбирают насиловать. Точка. Никто не заслуживает того, чтобы быть жертвой такого мерзкого решения.

   — Вагатве Сара Ванжуки
8. «

   Можно было сказать, что я ставила ему в упрек то, что он великолепен, умен, чувствителен, и то, что он мне нравится. — Ханна, вы очень красивая, однако мой долг... Я не дала ему закончить, бросилась к нему, прижалась губами к его губам. О Гретхен, что это был за поцелуй! У меня было такое впечатление, что мое тело раскрылось, что я готова полностью поглотить этого мужчину, чтобы он пребывал во мне. <...> Калгари крепко обхватил меня своими сильными руками, я ответила на его объятие, мы перенеслись на канапе. Тут он выказал еще большую силу, да такую, что я оторвалась от него, чтобы крикнуть: — Тише!... Да выпустите вы меня, ради бога! И тут я поняла, что он вовсе не держит меня в своих объятиях, а барахтается и то, что я принимала за дикую страсть, было всего лишь его сопротивлением. Неожиданно мне стала ясна картина происходящего: я насиловала мужчину.

   Можно было сказать, что я ставила ему в упрек то, что он великолепен, умен, чувствителен, и то, что он мне нравится. — Ханна, вы очень красивая, однако мой долг... Я не дала ему закончить, бросилась к нему, прижалась губами к его губам. О Гретхен, что это был за поцелуй! У меня было такое впечатление, что мое тело раскрылось, что я готова полностью поглотить этого мужчину, чтобы он пребывал во мне. <...> Калгари крепко обхватил меня своими сильными руками, я ответила на его объятие, мы перенеслись на канапе. Тут он выказал еще большую силу, да такую, что я оторвалась от него, чтобы крикнуть: — Тише!... Да выпустите вы меня, ради бога! И тут я поняла, что он вовсе не держит меня в своих объятиях, а барахтается и то, что я принимала за дикую страсть, было всего лишь его сопротивлением. Неожиданно мне стала ясна картина происходящего: я насиловала мужчину.

   — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
9. «

   Девочку изнасиловали. Найдено тело — скрюченные пальцы впились в грязь. Комкаю газету, пальцы впились в газету. Запах типографской краски: Господи, как навязчиво существуют сегодня вещи!

   Девочку изнасиловали. Найдено тело — скрюченные пальцы впились в грязь. Комкаю газету, пальцы впились в газету. Запах типографской краски: Господи, как навязчиво существуют сегодня вещи!

   — Жан-Поль Сартр · книга
10. «

    — Как вы смеете задавать мне такие вопросы и грубо обращаться со мной? — Чего, чего, чего? Грубо? Я с вами грубо? — Силой ворвались в мой дом, командуете тут! — Я грубо? Я вас что, насиловал? — Пока нет, но впереди ночь.

    — Как вы смеете задавать мне такие вопросы и грубо обращаться со мной? — Чего, чего, чего? Грубо? Я с вами грубо? — Силой ворвались в мой дом, командуете тут! — Я грубо? Я вас что, насиловал? — Пока нет, но впереди ночь.

    — Кэти Хейл · фильм
11. «

    Есть один феномен, ужасный феномен. Жертвы насилия выживают, им удаётся уйти, только для того, чтобы снова оказаться обиженными кем‑то ещё. И, слушая эти истории, я думаю: “Боже, эти бедные люди, самые несчастные на планете”. Но дело не в удаче. Это вывернутый наизнанку закон природы. Потому что в детстве их заставляют вступать в сексуальные отношения. Их дрессируют быть жертвами… И вот что я не могу не повторять: ничего из этого жертва не контролирует. Ни в чём из этого жертва не виновата.

    Есть один феномен, ужасный феномен. Жертвы насилия выживают, им удаётся уйти, только для того, чтобы снова оказаться обиженными кем‑то ещё. И, слушая эти истории, я думаю: “Боже, эти бедные люди, самые несчастные на планете”. Но дело не в удаче. Это вывернутый наизнанку закон природы. Потому что в детстве их заставляют вступать в сексуальные отношения. Их дрессируют быть жертвами… И вот что я не могу не повторять: ничего из этого жертва не контролирует. Ни в чём из этого жертва не виновата.

    — Райя Гудвин · сериал