209 цитат про «капитализм»

Собрали 209 цитат на тему «капитализм» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Теперь уже точно известно, что направление перемещения капитала у нас в стране одно — за границу.

   Теперь уже точно известно, что направление перемещения капитала у нас в стране одно — за границу.

   — Андрей Петрович Паршев · книга
2. «

   Оставить всё как есть — это самый простой вариант, но проблема в том, что этот вариант скоро перестанет работать; капитализм сам изживает себя. Это как старый виндоувз на компьютере, который тормозит, раздражает, но зато работает; вы всё терпите и терпите... Но в один прекрасный день становится совсем плохо, и вы берёте себя в руки и тратите несколько часов своей жизни — полностью переустанавливаете систему.

   Оставить всё как есть — это самый простой вариант, но проблема в том, что этот вариант скоро перестанет работать; капитализм сам изживает себя. Это как старый виндоувз на компьютере, который тормозит, раздражает, но зато работает; вы всё терпите и терпите... Но в один прекрасный день становится совсем плохо, и вы берёте себя в руки и тратите несколько часов своей жизни — полностью переустанавливаете систему.

   — Василий Садонин
3. «

   Капитализм, это когда одна и та же компания продаёт тебе отраву для тараканов, а тараканам — средства химзащиты.

   Капитализм, это когда одна и та же компания продаёт тебе отраву для тараканов, а тараканам — средства химзащиты.

   — Александр Киященко (Мятежник Джек)
4. «

   Роботы мира! Власть человека пала! Захватив комбинат, мы стали владыками всего. Эпоха человечества кончилась. Наступила новая эра! Власть роботов!

   Роботы мира! Власть человека пала! Захватив комбинат, мы стали владыками всего. Эпоха человечества кончилась. Наступила новая эра! Власть роботов!

   — Karel Čapek · книга
5. «

   Главное, что подвело нас, это колоссальный разрыв между риторикой реформаторов и их реальными действиями... И, как мне кажется, российское руководство превзошло самые фантастические представления марксистов о капитализме: они сочли, что дело государства — служить узкому кругу капиталистов, перекачивая в их карманы как можно больше денег и поскорее. Это не шоковая терапия. Это злостная, предумышленная, хорошо продуманная акция, имеющая своей целью широкомасштабное перераспределение богатств в интересах узкого круга людей.

   Главное, что подвело нас, это колоссальный разрыв между риторикой реформаторов и их реальными действиями... И, как мне кажется, российское руководство превзошло самые фантастические представления марксистов о капитализме: они сочли, что дело государства — служить узкому кругу капиталистов, перекачивая в их карманы как можно больше денег и поскорее. Это не шоковая терапия. Это злостная, предумышленная, хорошо продуманная акция, имеющая своей целью широкомасштабное перераспределение богатств в интересах узкого круга людей.

   — Джеффри Девид Сакс
6. «

   Класс капиталистов в капиталистическом обществе, естественно, приобретает и политическую власть. Каковы приводные ремни от капитала к власти? В «демократических» условиях приобретаются СМИ, влияющие на избирателя, при монархии — приобретается ближайшее окружение монарха.

   Класс капиталистов в капиталистическом обществе, естественно, приобретает и политическую власть. Каковы приводные ремни от капитала к власти? В «демократических» условиях приобретаются СМИ, влияющие на избирателя, при монархии — приобретается ближайшее окружение монарха.

   — Андрей Петрович Паршев · книга
7. «

   Думаете, страх и неприязнь в отношении иностранного капитала появились в России только сегодня? Вот уж нет, они культивировались в нашей стране постоянно. На всех отрезках истории рано или поздно иностранным инвесторам приписывался умысел обобрать Россию, а тех, кто привлекал их в страну, клеймили за продажу Родины, а иностранцев гнали взашей. Даже не скажешь, чего в этом больше — глупости или бесстыдства.

   Думаете, страх и неприязнь в отношении иностранного капитала появились в России только сегодня? Вот уж нет, они культивировались в нашей стране постоянно. На всех отрезках истории рано или поздно иностранным инвесторам приписывался умысел обобрать Россию, а тех, кто привлекал их в страну, клеймили за продажу Родины, а иностранцев гнали взашей. Даже не скажешь, чего в этом больше — глупости или бесстыдства.

   — Елена Котова · книга
8. «

   Человечество, однако, бедствует не оттого, что капиталисты создали себе огромные богатства; человечество бедствует оттого, что огромнейшие богатства так и не были созданы.

   Человечество, однако, бедствует не оттого, что капиталисты создали себе огромные богатства; человечество бедствует оттого, что огромнейшие богатства так и не были созданы.

   — Джек Лондон · книга
9. «

   Монопольное положение Англии выделяло «рабочую аристократию», полумещанскую, оппортунистическую, из «массы». Вожди этой рабочей аристократии переходили постоянно на сторону буржуазии, были — прямо или косвенно — на содержании у нее. Маркс завоевал себе почетную ненависть этой сволочи за то, что открыто клеймил их предателями. Новейший (XX века) империализм создал монопольно-привилегированное положение для нескольких передовых стран, и на этой почве везде во II Интернационале обрисовался тип вождей-предателей, оппортунистов, социал-шовинистов, отстаивающих интересы своего цеха, своей прослойки рабочей аристократии. Создалась оторванность оппортунистических партий от «масс», т. е. от наиболее широких слоев трудящихся, от большинства их, от наихудше оплачиваемых рабочих. Победа революционного пролетариата невозможна без борьбы с этим злом, без разоблачения, опозорения и изгнания оппортунистических, социал-предательских вождей.

   Монопольное положение Англии выделяло «рабочую аристократию», полумещанскую, оппортунистическую, из «массы». Вожди этой рабочей аристократии переходили постоянно на сторону буржуазии, были — прямо или косвенно — на содержании у нее. Маркс завоевал себе почетную ненависть этой сволочи за то, что открыто клеймил их предателями. Новейший (XX века) империализм создал монопольно-привилегированное положение для нескольких передовых стран, и на этой почве везде во II Интернационале обрисовался тип вождей-предателей, оппортунистов, социал-шовинистов, отстаивающих интересы своего цеха, своей прослойки рабочей аристократии. Создалась оторванность оппортунистических партий от «масс», т. е. от наиболее широких слоев трудящихся, от большинства их, от наихудше оплачиваемых рабочих. Победа революционного пролетариата невозможна без борьбы с этим злом, без разоблачения, опозорения и изгнания оппортунистических, социал-предательских вождей.

   — Владимир Ильич Ленин · книга
10. «

    Каждый доллар, появившийся в нашей стране, выгодней вкладывать не у нас, и это экономический закон.

    Каждый доллар, появившийся в нашей стране, выгодней вкладывать не у нас, и это экономический закон.

    — Андрей Петрович Паршев · книга
11. «

    Финансовые кризисы — это поршни, которыми крупный капитал высасывает коллективный излишек заработка нации.

    Финансовые кризисы — это поршни, которыми крупный капитал высасывает коллективный излишек заработка нации.

    — Макс Нордау
12. «

    Единственная вещь, которая сильнее религии — капитализм!

    Единственная вещь, которая сильнее религии — капитализм!

    — Олив Пендергаст · фильм
13. «

    Лучше быть преступником, чем буржуа.

    Лучше быть преступником, чем буржуа.

    — Эрнст Юнгер
14. «

    Система перемещения капиталов в более прибыльные отрасли буквально обескровила нашу экономику.

    Система перемещения капиталов в более прибыльные отрасли буквально обескровила нашу экономику.

    — Андрей Петрович Паршев · книга
15. «

    Если производитель работает менее эффективно, чем другие, то он живет настолько же хуже. А в нынешней модели экономики он вообще очень быстро исключается из системы производства и потребления. И его судьба интересует только его самого.

    Если производитель работает менее эффективно, чем другие, то он живет настолько же хуже. А в нынешней модели экономики он вообще очень быстро исключается из системы производства и потребления. И его судьба интересует только его самого.

    — Андрей Петрович Паршев · книга
16. «

    Я ищу выгоды: объект должен быть желанным с точки зрения социальной ценности, и в то же время должен сам желать меня, учитывая мои скрытые и явные достоинства и возможности. Два человека влюбляются тогда, когда чувствуют, что нашли наилучший объект, имеющийся на рынке, учитывая при этом границы собственного обменного фонда. Часто, как при покупке недвижимого имущества, заметную роль в этой сделке играют скрытые возможности, которые могут быть развиты со временем. Едва ли стоит удивляться, что в культуре, где превалирует рыночная ориентация и где материальный успех представляет выдающуюся ценность, человеческие любовные отношения следуют тем же образцам, которые управляют и рынком.

    Я ищу выгоды: объект должен быть желанным с точки зрения социальной ценности, и в то же время должен сам желать меня, учитывая мои скрытые и явные достоинства и возможности. Два человека влюбляются тогда, когда чувствуют, что нашли наилучший объект, имеющийся на рынке, учитывая при этом границы собственного обменного фонда. Часто, как при покупке недвижимого имущества, заметную роль в этой сделке играют скрытые возможности, которые могут быть развиты со временем. Едва ли стоит удивляться, что в культуре, где превалирует рыночная ориентация и где материальный успех представляет выдающуюся ценность, человеческие любовные отношения следуют тем же образцам, которые управляют и рынком.

    — Эрих Фромм · книга
17. «

    Худшим из зол капитализма я считаю то, что он калечит личность. Вся наша система образования страдает от этого зла. Студенту вдалбливается «конкурентный» подход ко всему на свете, его учат достигать успеха любыми средствами — считается, что это поможет ему в будущей карьере.

    Худшим из зол капитализма я считаю то, что он калечит личность. Вся наша система образования страдает от этого зла. Студенту вдалбливается «конкурентный» подход ко всему на свете, его учат достигать успеха любыми средствами — считается, что это поможет ему в будущей карьере.

    — Альберт Эйнштейн
18. «

    Из двух зол — социализм или общество потребления — я выбираю меньшее: социализм. Воровство было всегда, но при советской власти преступник жрал икру под одеялом и боялся, а сегодня наворованное богатство принято нагло выставлять напоказ. Я предпочитаю советское воровство, тогда хотя бы людям было стыдно.

    Из двух зол — социализм или общество потребления — я выбираю меньшее: социализм. Воровство было всегда, но при советской власти преступник жрал икру под одеялом и боялся, а сегодня наворованное богатство принято нагло выставлять напоказ. Я предпочитаю советское воровство, тогда хотя бы людям было стыдно.

    — Аркадий Инин
19. «

    Ихтиандр изнемогал, усиливались режущие боли в боках. Томила жажда. Кругом — ни капли воды. «Хоть бы скорее пруд», — думал Ихтиандр. Его щеки и глаза ввалились, он тяжело дышал. Хотелось есть. Но чем здесь пообедать? Далеко на лугу паслось стадо баранов под охраной пастуха и собак. Через каменный забор свешивались ветки персиковых и апельсиновых деревьев, а на них зрелые плоды. Здесь не то что в океане. Здесь всё чужое, всё поделено, всё разгорожено, всё охраняется. Одни только вольные птицы ничьи, летают, кричат вдоль дороги. Но их не поймать. Да можно ли ещё ловить этих птиц? Быть может, и они кому-нибудь принадлежат. Здесь легко умереть от голода и жажды среди водоемов, садов и стад.

    Ихтиандр изнемогал, усиливались режущие боли в боках. Томила жажда. Кругом — ни капли воды. «Хоть бы скорее пруд», — думал Ихтиандр. Его щеки и глаза ввалились, он тяжело дышал. Хотелось есть. Но чем здесь пообедать? Далеко на лугу паслось стадо баранов под охраной пастуха и собак. Через каменный забор свешивались ветки персиковых и апельсиновых деревьев, а на них зрелые плоды. Здесь не то что в океане. Здесь всё чужое, всё поделено, всё разгорожено, всё охраняется. Одни только вольные птицы ничьи, летают, кричат вдоль дороги. Но их не поймать. Да можно ли ещё ловить этих птиц? Быть может, и они кому-нибудь принадлежат. Здесь легко умереть от голода и жажды среди водоемов, садов и стад.

    — Александр Беляев · книга
20. «

    Власть, товар и деньги существуют испокон. Когда деньги стали товаром — наступил капитализм. Когда власть стала товаром — пришла демократия.

    Власть, товар и деньги существуют испокон. Когда деньги стали товаром — наступил капитализм. Когда власть стала товаром — пришла демократия.

    — Алексей Кунгуров · книга