275 афоризмов на тему «книги, литература» со смыслом»

Собрали 275 цитат на тему «книги, литература» со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Один мой профессор любил говорить, что в литературе всего десять сюжетов. Я считаю, что он был неправ. Сюжет всего один: «Кто я такой?»

   Один мой профессор любил говорить, что в литературе всего десять сюжетов. Я считаю, что он был неправ. Сюжет всего один: «Кто я такой?»

   — Мисс Риттер · фильм
2. «

   Книги просвещают душу, поднимают и укрепляют человека, пробуждают в нем лучшие стремления, острят его ум и смягчают сердце.

   Книги просвещают душу, поднимают и укрепляют человека, пробуждают в нем лучшие стремления, острят его ум и смягчают сердце.

   — Уильям Теккерей
3. «

   «Мне больно, терпеть не могу, я сгораю. Я падал перед Ним на колени и рыдал, впервые эти слёзы мне давали облегчение, они спасали меня. Этому я научился здесь, Господь подсказал. Без долгой исповеди моя душа замирала, становилась бесчувственной, сухой»

   «Мне больно, терпеть не могу, я сгораю. Я падал перед Ним на колени и рыдал, впервые эти слёзы мне давали облегчение, они спасали меня. Этому я научился здесь, Господь подсказал. Без долгой исповеди моя душа замирала, становилась бесчувственной, сухой»

   — Владимир Болтунов · книга
4. «

   Библиотека — это не просто склад книг, а уютное пространство, где мы строим свои собственные миры.

   Библиотека — это не просто склад книг, а уютное пространство, где мы строим свои собственные миры.

   — Бекнур Кисиков · книга
5. «

   Если у книги нет заголовка, не значит, что у нее нет названия.

   Если у книги нет заголовка, не значит, что у нее нет названия.

   — Ками Гарсия · книга
6. «

   «Проблема многих людей сегодня, что они судят о России исключительно из своих внутренних убеждений, вплетая свои нереализованные желания в непонятую ими действительность. У России есть душа, и она прекрасна, для многих она ещё не открыта, вот почему она порой кажется жестокой. Убери эту мнимую жестокость, и в нашу жизнь тут же войдут смута, раздоры и вражда»

   «Проблема многих людей сегодня, что они судят о России исключительно из своих внутренних убеждений, вплетая свои нереализованные желания в непонятую ими действительность. У России есть душа, и она прекрасна, для многих она ещё не открыта, вот почему она порой кажется жестокой. Убери эту мнимую жестокость, и в нашу жизнь тут же войдут смута, раздоры и вражда»

   — Владимир Болтунов · книга
7. «

   Философия и литература — это «Тысяча и одна ночь» Запада.

   Философия и литература — это «Тысяча и одна ночь» Запада.

   — Анатоль Франс
8. «

   «Почему жизнь человека не прямолинейна, всегда тупики и крутые повороты, как не попасть в тёмный коридор? Что делать на перекрёстке, если он на самом опасном пути? Если перекрёсток добра и зла, и это высшая стадия принятия решения? Что выбрать — соблазн или правду?»

   «Почему жизнь человека не прямолинейна, всегда тупики и крутые повороты, как не попасть в тёмный коридор? Что делать на перекрёстке, если он на самом опасном пути? Если перекрёсток добра и зла, и это высшая стадия принятия решения? Что выбрать — соблазн или правду?»

   — Владимир Болтунов · книга
9. «

   Мне нравится одиночество. Иногда я отключаю телефон и ухожу в подполье дня на четыре. Я люблю читать. Это почти как секс — ты должен идти до конца или ничего не получится.

   Мне нравится одиночество. Иногда я отключаю телефон и ухожу в подполье дня на четыре. Я люблю читать. Это почти как секс — ты должен идти до конца или ничего не получится.

   — Квентин Тарантино
10. «

    Библиотеки — это раки, где хранятся останки великих святых.

    Библиотеки — это раки, где хранятся останки великих святых.

    — Фрэнсис Бэкон
11. «

    Есть ли здравомыслие и сколько у него будет союзников? Как стать прямодушным, не доведя это до фальши? Как не скатиться к лести или хитрости в желании обыграть человека?

    Есть ли здравомыслие и сколько у него будет союзников? Как стать прямодушным, не доведя это до фальши? Как не скатиться к лести или хитрости в желании обыграть человека?

    — Владимир Болтунов · книга
12. «

    «Смирение для меня — видеть только свои грехи и недостатки, принимая без всяких условностей происходящее. Надо всё принимать, не замечать за другими ничего злого и недостойного, уметь чувствовать, спокойно принимая всё, что пошлёт нам жизнь. Трудно, сложно — я принимаю»

    «Смирение для меня — видеть только свои грехи и недостатки, принимая без всяких условностей происходящее. Надо всё принимать, не замечать за другими ничего злого и недостойного, уметь чувствовать, спокойно принимая всё, что пошлёт нам жизнь. Трудно, сложно — я принимаю»

    — Владимир Болтунов · книга
13. «

    «Что надо искать в литературе? Мне нужна глубина, та, в которой открыто сердце, нараспашку. Только в этом появится моё полное доверие к автору. Надо видеть душу человека и его сердце, метания в поиске и возможные страдания, потери и, конечно, обретение себя»

    «Что надо искать в литературе? Мне нужна глубина, та, в которой открыто сердце, нараспашку. Только в этом появится моё полное доверие к автору. Надо видеть душу человека и его сердце, метания в поиске и возможные страдания, потери и, конечно, обретение себя»

    — Владимир Болтунов · книга
14. «

    Человеческий ум нуждается в новых идеях. Иначе он не сможет работать, так же как автомобильный двигатель без бензина. А книги — самый богатый источник идей.

    Человеческий ум нуждается в новых идеях. Иначе он не сможет работать, так же как автомобильный двигатель без бензина. А книги — самый богатый источник идей.

    — Элиф Шафак · книга
15. «

    Искусство есть побег от личного чувства.

    Искусство есть побег от личного чувства.

    — Умберто Эко · книга
16. «

    Книги — это друзья, бесстрастные, но верные.

    Книги — это друзья, бесстрастные, но верные.

    — Виктор Гюго · книга
17. «

    Писатель живет до тех пор, пока читают его книги.

    Писатель живет до тех пор, пока читают его книги.

    — Еврейские пословицы и поговорки
18. «

    «После предательства моя душа как будто умирает. Почему это происходит опять со мной? Меня тоже предавали и делали это очень близкие мне люди. Моя опора внутри сыплется на мелкие кусочки, которые я не имею сил собрать в скором времени. Боль в душе нестерпима, почвы больше нет, всё рушится во мне в одно мгновение. От боли и отчаяния моя душа кричит в глубоком одиноком молчании»

    «После предательства моя душа как будто умирает. Почему это происходит опять со мной? Меня тоже предавали и делали это очень близкие мне люди. Моя опора внутри сыплется на мелкие кусочки, которые я не имею сил собрать в скором времени. Боль в душе нестерпима, почвы больше нет, всё рушится во мне в одно мгновение. От боли и отчаяния моя душа кричит в глубоком одиноком молчании»

    — Владимир Болтунов · книга
19. «

    «Моя душа разорвалась на части, мне было плохо как никогда, мне казалось, что я сейчас умру. Такой любви и боли моё сердце ещё не знало, я готов был ради неё отдать свою жизнь, и сейчас рухнули все мои мечты, надежды и желания. Всё в моей душе в этот момент потухло, в неё поселилась злость. Я ушёл с болью и обидой за наше несовершенство с ней»

    «Моя душа разорвалась на части, мне было плохо как никогда, мне казалось, что я сейчас умру. Такой любви и боли моё сердце ещё не знало, я готов был ради неё отдать свою жизнь, и сейчас рухнули все мои мечты, надежды и желания. Всё в моей душе в этот момент потухло, в неё поселилась злость. Я ушёл с болью и обидой за наше несовершенство с ней»

    — Владимир Болтунов · книга
20. «

    Один бог знает, какое страдание перенес автор, какой горький опыт остался у него за плечами, какие сердечные боли терзали его, и все лишь для того, чтобы его книга часок-другой поразвлекала случайного читателя или помогла ему разогнать дорожную скуку. А ведь если судить по рецензиям, многие из этих книг превосходно написаны, авторами вложено в них немало мыслей, а некоторые — плод неустанного труда целой жизни. Из всего этого я делаю вывод, что удовлетворения писатель должен искать только в самой работе и в освобождении от груза своих мыслей, оставаясь равнодушным ко всему привходящему — у хуле и хвале, к успеху и провалу.

    Один бог знает, какое страдание перенес автор, какой горький опыт остался у него за плечами, какие сердечные боли терзали его, и все лишь для того, чтобы его книга часок-другой поразвлекала случайного читателя или помогла ему разогнать дорожную скуку. А ведь если судить по рецензиям, многие из этих книг превосходно написаны, авторами вложено в них немало мыслей, а некоторые — плод неустанного труда целой жизни. Из всего этого я делаю вывод, что удовлетворения писатель должен искать только в самой работе и в освобождении от груза своих мыслей, оставаясь равнодушным ко всему привходящему — у хуле и хвале, к успеху и провалу.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга