422 коротких цитаты по теме «короли»

422 цитаты про «короли»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Еще с тех пор, когда Генрих был смышленым ребенком, она мечтала о власти и славе для него. Эта мечта глубоко укоренилась в ее душе, но была задавлена огромным чувством страха. Годы, проведенные при дворе Эдварда, показали ей, какими ужасами обрастает власть и насколько грязной в конечном счете выглядит слава.

   Еще с тех пор, когда Генрих был смышленым ребенком, она мечтала о власти и славе для него. Эта мечта глубоко укоренилась в ее душе, но была задавлена огромным чувством страха. Годы, проведенные при дворе Эдварда, показали ей, какими ужасами обрастает власть и насколько грязной в конечном счете выглядит слава.

   — Роберта Джеллис · книга
2. «

   — Всю жизнь я страшился чужих войн, презирал силу и богатство, полученные ценой жизни поданных. Но ты оказался иным. — Ты доказал, что борешься за правду и справедливость.

   — Всю жизнь я страшился чужих войн, презирал силу и богатство, полученные ценой жизни поданных. Но ты оказался иным. — Ты доказал, что борешься за правду и справедливость.

   — Тристан · сериал
3. «

   Не нужно клянчить корону, чтобы обрести власть. Истинный правитель берёт всё, что пожелает.

   Не нужно клянчить корону, чтобы обрести власть. Истинный правитель берёт всё, что пожелает.

   — Сахн-Азал / Мордекайзер (Sahn-Uzal / Mordekaiser) · игра
4. «

   От Бога король, от короля закон.

   От Бога король, от короля закон.

   — Латинские пословицы и поговорки
5. «

   Если честно, я боялась короны. Только дураки считают, что корона — это великолепно! Это власть, деньги, слава, возможность воровать всласть… хотя последнее — это уже о демократической системе правления. Там принято тащить все, что косо лежит. Не свое ж, государственное. Вот и прут вагонами. А надо — чтобы свое. Королю у себя воровать попросту глупо. Это же все его — земли, деньги, люди… Что тут своруешь? Ночной горшок из золота на верхушке башни спрячешь? Так умные короли не делают. А глупые в королях здесь не засиживаются. И, читая сказки, я с улыбкой думаю о героях, которые получили корону — и не сбежали от такого подарочка до ближайшей границы.

   Если честно, я боялась короны. Только дураки считают, что корона — это великолепно! Это власть, деньги, слава, возможность воровать всласть… хотя последнее — это уже о демократической системе правления. Там принято тащить все, что косо лежит. Не свое ж, государственное. Вот и прут вагонами. А надо — чтобы свое. Королю у себя воровать попросту глупо. Это же все его — земли, деньги, люди… Что тут своруешь? Ночной горшок из золота на верхушке башни спрячешь? Так умные короли не делают. А глупые в королях здесь не засиживаются. И, читая сказки, я с улыбкой думаю о героях, которые получили корону — и не сбежали от такого подарочка до ближайшей границы.

   — Галина Гончарова · книга
6. «

   Короля можно поставить на колени только на плахе.

   Короля можно поставить на колени только на плахе.

   — Ирмата Арьяр · книга
7. «

   Ведь в те времена считалось, что привязанности принцев и принцесс должны направляться заранее по пути, выгодному их коронованным родителям и воспитателям.

   Ведь в те времена считалось, что привязанности принцев и принцесс должны направляться заранее по пути, выгодному их коронованным родителям и воспитателям.

   — Генри Райдер Хаггард · книга
8. «

   — Потому что короли, как мальчики, так и пьяные олухи, могут позвать других сильных мужчин с мечами. — Значит, этим другим воинам и принадлежит власть. Или нет? Откуда они берут свои мечи? И опять-таки почему повинуются чьим-то приказам? — Варис улыбнулся. — Одни говорят, что власть заключается в знании. Другие — что её посылают боги. Третьи — что она даётся по закону.

   — Потому что короли, как мальчики, так и пьяные олухи, могут позвать других сильных мужчин с мечами. — Значит, этим другим воинам и принадлежит власть. Или нет? Откуда они берут свои мечи? И опять-таки почему повинуются чьим-то приказам? — Варис улыбнулся. — Одни говорят, что власть заключается в знании. Другие — что её посылают боги. Третьи — что она даётся по закону.

   — Джордж Мартин · книга
9. «

   Король превосходит своих подданных только на высоту своей короны, а когда у тебя голова не покрыта, поверь мне, Генрих, ты такого же роста, как и все остальные люди, и даже пониже кое-кого из них.

   Король превосходит своих подданных только на высоту своей короны, а когда у тебя голова не покрыта, поверь мне, Генрих, ты такого же роста, как и все остальные люди, и даже пониже кое-кого из них.

   — Александр Дюма · книга
10. «

    – Сир Барристан, – позвала она, – я поняла, какое качество больше всего необходимо королю. – Смелость, ваше величество? – Нет, – улыбнулась Дени, – железные ягодицы. Я всё время вынуждена сидеть.

    – Сир Барристан, – позвала она, – я поняла, какое качество больше всего необходимо королю. – Смелость, ваше величество? – Нет, – улыбнулась Дени, – железные ягодицы. Я всё время вынуждена сидеть.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    Посмотри на них! Или король правит министрами, или они им. Только власть удержит страну, а пока власть в их руках. Пора показать им, кто ты есть.

    Посмотри на них! Или король правит министрами, или они им. Только власть удержит страну, а пока власть в их руках. Пора показать им, кто ты есть.

    — королева Анна Австрийская · сериал
12. «

    — Ты думаешь, надо ехать? — Неважно, что я думаю. — Если я не вернусь, кто станет королем Камелота? На карту поставлена не только моя жизнь. — А какой король нужен Камелоту? Тот, кто рискует жизнью ради слуги, или тот, кто слушает папу?

    — Ты думаешь, надо ехать? — Неважно, что я думаю. — Если я не вернусь, кто станет королем Камелота? На карту поставлена не только моя жизнь. — А какой король нужен Камелоту? Тот, кто рискует жизнью ради слуги, или тот, кто слушает папу?

    — Артур Пендрагон · сериал
13. «

    — Я король Франции и делаю то, что мне по душе. — Вы король и должны уметь жертвовать собой. Вы не можете вести себя как обыкновенный влюбленный. <...> — Ну а будь я совсем не готов к самопожертвованию во славу Франции, что бы вы сказали? — Я даже не осмеливаюсь сказать, сир, что бы я сказал. Но вы конечно достойны трона, древнего и славного трона Франции, этого обширного королевства, которое так высоко, что его интересы выше интересов короля! Запомните это, Франция — это единственное, что выше вас!

    — Я король Франции и делаю то, что мне по душе. — Вы король и должны уметь жертвовать собой. Вы не можете вести себя как обыкновенный влюбленный. <...> — Ну а будь я совсем не готов к самопожертвованию во славу Франции, что бы вы сказали? — Я даже не осмеливаюсь сказать, сир, что бы я сказал. Но вы конечно достойны трона, древнего и славного трона Франции, этого обширного королевства, которое так высоко, что его интересы выше интересов короля! Запомните это, Франция — это единственное, что выше вас!

    — Анри (брат-близнец короля) · фильм
14. «

    Я опешила оттого, что на моих глазах жизнь опровергла незыблемые правила грамматики. На всех языках, которые я знаю, слово «король» – мужского рода. А я за эти дни убедилась, что король не всегда мужчина. Это открытие немного ошеломило меня.

    Я опешила оттого, что на моих глазах жизнь опровергла незыблемые правила грамматики. На всех языках, которые я знаю, слово «король» – мужского рода. А я за эти дни убедилась, что король не всегда мужчина. Это открытие немного ошеломило меня.

    — Борис Андреевич Лавренёв · книга
15. «

    И вообще один король — это выгоднее, чем все парламенты мира, вместе взятые и где поглубже утопленные. Почему? Потому что это — его государство, его хозяйство. В его интересах, чтобы оно было сильным, ухоженным, уютным. А для всяких там депутатов — это всего лишь временная кормушка. Вот и воруют…

    И вообще один король — это выгоднее, чем все парламенты мира, вместе взятые и где поглубже утопленные. Почему? Потому что это — его государство, его хозяйство. В его интересах, чтобы оно было сильным, ухоженным, уютным. А для всяких там депутатов — это всего лишь временная кормушка. Вот и воруют…

    — Галина Гончарова · книга
16. «

    — Не место короля здесь — Место короля там, где он больше всего нужен

    — Не место короля здесь — Место короля там, где он больше всего нужен

    — Элронд · сериал
17. «

    Роланд Добрый был не лучшим и не худшим из тех, кто управлял страной. Он всегда пытался не причинять никому слишком большого зла и преуспел в этом. Еще он пытался вершить великие дела, но в этом, к сожалению не преуспел.

    Роланд Добрый был не лучшим и не худшим из тех, кто управлял страной. Он всегда пытался не причинять никому слишком большого зла и преуспел в этом. Еще он пытался вершить великие дела, но в этом, к сожалению не преуспел.

    — Стивен Кинг · книга
18. «

    — Убей его, он убил моего брата! — Да. А твой отец убил его отца. Ты теперь король, Эрик, король! Ты должен быть мудрым.

    — Убей его, он убил моего брата! — Да. А твой отец убил его отца. Ты теперь король, Эрик, король! Ты должен быть мудрым.

    — Эрик X Кнутссон · фильм
19. «

    — Тебе больше нечего сказать? — с изрядной прохладой осведомился Его Величество. — Вообще-то… есть, — я с долей сожаления посмотрела на свои ноги, где на правой пятке прилип нехилый такой комок грязи, и дернула ногой. — Я думаю, что вам живется весьма нелегко. Тащить на себе такую тяжесть… Блин. Не отцепляется. — Толкая ее, как тяжелое бревно… Вот сволочь! Намертво прилипла! — Пихая вперед, ругаясь на дураков, которые бесконечно мешаются под ногами… Нет, ну надо, какая зараза! И где я успела так извозиться?! — Потея, сдирая в кровь руки… Уф! Я, наконец, с раздражением отряхнула каблук и придирчиво изучила второй сапог. Но он, слава богу, оказался в порядке. — …и все для того, чтобы неудобная, неподъемная и неповоротливая махина под названием «государство» хоть немного, но сдвинулась с места. Хоть чуть-чуть, но стала лучше. Медленно, постепенно, мучительно долго. Ведь у вас, если подумать, адская работа. И неблагодарная, к тому же: держать на себе небосвод очень трудно. Особенно, если стоишь на вершине совсем один, устало утираешь пот со лба, проклинаешь все на свете, но все же стоишь, держишь… просто потому, что больше некому отдать эту трудную ношу. И при этом каждый миг понимаешь, что тебе не только никто не поможет, но еще, что особенно грустно, даже не поймет…

    — Тебе больше нечего сказать? — с изрядной прохладой осведомился Его Величество. — Вообще-то… есть, — я с долей сожаления посмотрела на свои ноги, где на правой пятке прилип нехилый такой комок грязи, и дернула ногой. — Я думаю, что вам живется весьма нелегко. Тащить на себе такую тяжесть… Блин. Не отцепляется. — Толкая ее, как тяжелое бревно… Вот сволочь! Намертво прилипла! — Пихая вперед, ругаясь на дураков, которые бесконечно мешаются под ногами… Нет, ну надо, какая зараза! И где я успела так извозиться?! — Потея, сдирая в кровь руки… Уф! Я, наконец, с раздражением отряхнула каблук и придирчиво изучила второй сапог. Но он, слава богу, оказался в порядке. — …и все для того, чтобы неудобная, неподъемная и неповоротливая махина под названием «государство» хоть немного, но сдвинулась с места. Хоть чуть-чуть, но стала лучше. Медленно, постепенно, мучительно долго. Ведь у вас, если подумать, адская работа. И неблагодарная, к тому же: держать на себе небосвод очень трудно. Особенно, если стоишь на вершине совсем один, устало утираешь пот со лба, проклинаешь все на свете, но все же стоишь, держишь… просто потому, что больше некому отдать эту трудную ношу. И при этом каждый миг понимаешь, что тебе не только никто не поможет, но еще, что особенно грустно, даже не поймет…

    — Александра Лисина · книга
20. «

    ...народ унаследовал убеждение, что все люди, не обладающие титулом и длинной родословной, как бы щедро ни наградила их природа, ничуть не выше животных, клопов, насекомых; в то время как я унаследовал убеждение, что человекоподобные вороны, рядящиеся в павлиньи перья наследственных достоинств и незаслуженных титулов, годны только на то, чтобы над ними посмеяться.

    ...народ унаследовал убеждение, что все люди, не обладающие титулом и длинной родословной, как бы щедро ни наградила их природа, ничуть не выше животных, клопов, насекомых; в то время как я унаследовал убеждение, что человекоподобные вороны, рядящиеся в павлиньи перья наследственных достоинств и незаслуженных титулов, годны только на то, чтобы над ними посмеяться.

    — Марк Твен · книга