117 цитат на тему «космос» для размышлений

Тема «космос» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 117 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Он сказал: «Поехали!», Он взмахнул рукой. Словно вдоль по Питерской, Питерской, Пронёсся над Землёй…

   Он сказал: «Поехали!», Он взмахнул рукой. Словно вдоль по Питерской, Питерской, Пронёсся над Землёй…
2. «

   Этот космос, один и тот же для всего существующего, не создал никакой бог и никакой человек, но всегда он был, есть и будет вечно живым огнем, мерами загорающимся и мерами потухающим.

   Этот космос, один и тот же для всего существующего, не создал никакой бог и никакой человек, но всегда он был, есть и будет вечно живым огнем, мерами загорающимся и мерами потухающим.

   — Гераклит
3. «

   Эту песню, товарищ Митрофанов, Гагарин пел в космосе.

   Эту песню, товарищ Митрофанов, Гагарин пел в космосе.

   — Товарищ Дынин · фильм
4. «

   Это возмутительно! Если коровы станут летать, то мне в космосе делать нечего!

   Это возмутительно! Если коровы станут летать, то мне в космосе делать нечего!

   — Капитан Зелёный · мультфильм
5. «

   Прежде, чем лезть к звездам, человеку надо научиться жить на Земле.

   Прежде, чем лезть к звездам, человеку надо научиться жить на Земле.

   — Клиффорд Саймак · книга
6. «

   Некоторые планеты так далеки от нашей, что ни один учёный никогда не узнает об их существовании. Не говоря уже о том, рождались ли на них цивилизации, что послужило их началом и что привело к гибели. Хотя умышленно эти планеты от нас никто не скрывает, они навечно останутся тайной.

   Некоторые планеты так далеки от нашей, что ни один учёный никогда не узнает об их существовании. Не говоря уже о том, рождались ли на них цивилизации, что послужило их началом и что привело к гибели. Хотя умышленно эти планеты от нас никто не скрывает, они навечно останутся тайной.

   — Джон Дарнил
7. «

   Это один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества.

   Это один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества.

   — Нил Армстронг
8. «

   Звезды. Родные. Ясные и теплые. И космос тоже теплый. Кто сказал, что это ледяная бесконечная бездна? Смешные люди. Смешные, глупые, непонятливые… Космос — это стихия, сила, жизнь, бесконечность… это чудо. Даже если ты умрешь — ты будешь лететь бесконечно. И это прекрасно. Есть ли что-то лучше вечного полета?

   Звезды. Родные. Ясные и теплые. И космос тоже теплый. Кто сказал, что это ледяная бесконечная бездна? Смешные люди. Смешные, глупые, непонятливые… Космос — это стихия, сила, жизнь, бесконечность… это чудо. Даже если ты умрешь — ты будешь лететь бесконечно. И это прекрасно. Есть ли что-то лучше вечного полета?

   — Галина Гончарова · книга
9. «

   — Вы мечтаете о другом небе. Новое Солнце, новый воздух, новая жизнь, целая вселенная, полная жизни. Зачем тормозить, когда снаружи столько жизни? — Так вы путешествуете. — Постоянно, да. Я развлекаюсь, ну, так хотелось бы, но никогда не получается. — Вы, должно быть, богаты? — У меня нет ни пенни.

   — Вы мечтаете о другом небе. Новое Солнце, новый воздух, новая жизнь, целая вселенная, полная жизни. Зачем тормозить, когда снаружи столько жизни? — Так вы путешествуете. — Постоянно, да. Я развлекаюсь, ну, так хотелось бы, но никогда не получается. — Вы, должно быть, богаты? — У меня нет ни пенни.

   — 10 Доктор · сериал
10. «

    – А как там вообще, в космосе? – Чисто по-человечески это страшно. Вот это чёрное-чёрное небо, вот эти яркие-яркие звёзды… И вот туда, в эту черноту зачем-то надо лететь…

    – А как там вообще, в космосе? – Чисто по-человечески это страшно. Вот это чёрное-чёрное небо, вот эти яркие-яркие звёзды… И вот туда, в эту черноту зачем-то надо лететь…

    — Юрий Алексеевич Гагарин
11. «

    Он падал быстро, как пуля, как камень, как железная гиря, от всего отрешившийся, окончательно отрешившийся. Ни грусти, ни радости в душе, ничего, только желание сделать доброе дело теперь, когда всему конец, доброе дело, о котором он один будет знать. «Когда я войду в атмосферу, — подумал Холлис, — то сгорю, как метеор». — Хотел бы я знать, — сказал он, — кто-нибудь увидит меня?

    Он падал быстро, как пуля, как камень, как железная гиря, от всего отрешившийся, окончательно отрешившийся. Ни грусти, ни радости в душе, ничего, только желание сделать доброе дело теперь, когда всему конец, доброе дело, о котором он один будет знать. «Когда я войду в атмосферу, — подумал Холлис, — то сгорю, как метеор». — Хотел бы я знать, — сказал он, — кто-нибудь увидит меня?

    — Рэй Брэдбери · книга
12. «

    Если не можешь улететь в космос, сделай так, чтобы он прилетел к тебе.

    Если не можешь улететь в космос, сделай так, чтобы он прилетел к тебе.

    — Марс (2004) · фильм
13. «

    У нас никто в Сибирь не хочет ехать, а вы говорите про полет на Марс.

    У нас никто в Сибирь не хочет ехать, а вы говорите про полет на Марс.

    — Александр Гордон
14. «

    Не стану утверждать, что я в этом разбираюсь, но думаю, мы далеко не всё знаем о том, что прилетает к нам из космоса.

    Не стану утверждать, что я в этом разбираюсь, но думаю, мы далеко не всё знаем о том, что прилетает к нам из космоса.

    — Марк Леви · книга
15. «

    Небесные тела вращаются все по тем же орбитам, но всякий раз по другим законам.

    Небесные тела вращаются все по тем же орбитам, но всякий раз по другим законам.

    — Станислав Ежи Лец
16. «

    И снится нам не рокот космодрома, Не эта ледяная синева, А снится нам трава, трава у дома, Зеленая, зеленая трава...

    И снится нам не рокот космодрома, Не эта ледяная синева, А снится нам трава, трава у дома, Зеленая, зеленая трава...
17. «

    Ночью, когда небо полно звёзд, а море всё ещё остаётся, у тебя возникает прекрасное ощущение, что ты летишь в космосе.

    Ночью, когда небо полно звёзд, а море всё ещё остаётся, у тебя возникает прекрасное ощущение, что ты летишь в космосе.

    — Натали Вуд
18. «

    Проникни люди в солнечную систему, распоряжайся в ней, как хозяйка в доме: раскроются ли тогда тайны мира? Нисколько! Как осмотр какого-нибудь камушка или раковины не раскроет еще тайн океана.

    Проникни люди в солнечную систему, распоряжайся в ней, как хозяйка в доме: раскроются ли тогда тайны мира? Нисколько! Как осмотр какого-нибудь камушка или раковины не раскроет еще тайн океана.

    — Константин Эдуардович Циолковский
19. «

    Герои и смельчаки проложат первые воздушные тропы трасс: Земля — орбита Луны, Земля — орбита Марса и еще далее: Москва — Луна, Калуга — Марс.

    Герои и смельчаки проложат первые воздушные тропы трасс: Земля — орбита Луны, Земля — орбита Марса и еще далее: Москва — Луна, Калуга — Марс.

    — Константин Эдуардович Циолковский
20. «

    В луче света пляшут пылинки. Танец их прост и незатейлив. Они кружатся, взмывают, чтобы опуститься, сталкиваются, чтобы спустя миг разлететься в разные стороны. Прах к праху, свет к свету. За их танцем можно наблюдать вечно. Но вечность – фигура речи, не более. Во тьме космоса пляшут солнца. Танец их сложен и грандиозен. Они летят, вспыхивают, чтобы погаснуть, сжимаются, чтобы взорваться и прожечь насквозь шелковую подкладку мироздания. Мрак к мраку, свет к свету. Звезды-слоны, звезды-кони, звезды-олени – части вселенской карусели. Но карусель – фигура речи, не более. В органической каше, густо замешанной на страхе и страсти, булькают люди. Их бульканье похоже на кваканье жаб в пруду. Они кипят, развариваются, преют, сдабриваются маслом, ложатся бок-о-бок; ах, эти мелкие людишки заварят кашу, уж будьте уверены… Крупинка к крупинке, судьба к судьбе. Где-то там, в общей кастрюле, на дне – я. Я – тоже фигура речи. Не более.

    В луче света пляшут пылинки. Танец их прост и незатейлив. Они кружатся, взмывают, чтобы опуститься, сталкиваются, чтобы спустя миг разлететься в разные стороны. Прах к праху, свет к свету. За их танцем можно наблюдать вечно. Но вечность – фигура речи, не более. Во тьме космоса пляшут солнца. Танец их сложен и грандиозен. Они летят, вспыхивают, чтобы погаснуть, сжимаются, чтобы взорваться и прожечь насквозь шелковую подкладку мироздания. Мрак к мраку, свет к свету. Звезды-слоны, звезды-кони, звезды-олени – части вселенской карусели. Но карусель – фигура речи, не более. В органической каше, густо замешанной на страхе и страсти, булькают люди. Их бульканье похоже на кваканье жаб в пруду. Они кипят, развариваются, преют, сдабриваются маслом, ложатся бок-о-бок; ах, эти мелкие людишки заварят кашу, уж будьте уверены… Крупинка к крупинке, судьба к судьбе. Где-то там, в общей кастрюле, на дне – я. Я – тоже фигура речи. Не более.

    — Генри Лайон Олди · книга