158 фраз про «мир, мироздание со смыслом» с глубоким смыслом

158 цитат про «мир, мироздание со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Я хотел бы стать чистым холстом до начала творенья, где ни Бога, ни черта, где нет ни тебя, ни меня. Но во мне слишком много осталось от ночи, от тени, из меня уже вырвался мир на нетвердых костях.

   Я хотел бы стать чистым холстом до начала творенья, где ни Бога, ни черта, где нет ни тебя, ни меня. Но во мне слишком много осталось от ночи, от тени, из меня уже вырвался мир на нетвердых костях.

   — Аль Квотион · книга
2. «

   Ум как бы проникает в себя, начиная с поверхности, проникает все глубже и глубже, до тех пор, пока глубина и высота не утрачивают свое значение. В этом состоянии проявляется новый мир, являющийся порядком, красотой и интенсивностью.

   Ум как бы проникает в себя, начиная с поверхности, проникает все глубже и глубже, до тех пор, пока глубина и высота не утрачивают свое значение. В этом состоянии проявляется новый мир, являющийся порядком, красотой и интенсивностью.

   — Джидду Кришнамурти
3. «

   Избавиться от примесей, быть готовым принять любые знания. Ты готов исследовать мир вместе со мной?

   Избавиться от примесей, быть готовым принять любые знания. Ты готов исследовать мир вместе со мной?

   — Альбедо · игра
4. «

   Что есть «десять путей»? Небо и земля, запад и восток, север и юг, жизнь и смерть, прошлое и будущее.

   Что есть «десять путей»? Небо и земля, запад и восток, север и юг, жизнь и смерть, прошлое и будущее.
5. «

   ... А мир наш — солнечный, в нем вечно свершается праздник труда и творчества, каждый миг создается солнечная пряжа, и кто открыт миру, тот, всматриваясь внимательно вокруг себя в бесчисленные жизни, в несчетные сочетания линий и красок, всегда будет иметь в своем распоряжении солнечные нити и сумеет соткать золотые и серебряные ковры.

   ... А мир наш — солнечный, в нем вечно свершается праздник труда и творчества, каждый миг создается солнечная пряжа, и кто открыт миру, тот, всматриваясь внимательно вокруг себя в бесчисленные жизни, в несчетные сочетания линий и красок, всегда будет иметь в своем распоряжении солнечные нити и сумеет соткать золотые и серебряные ковры.

   — Константин Дмитриевич Бальмонт · книга
6. «

   Глубина мира измеряется лишь глубиной собственной души.

   Глубина мира измеряется лишь глубиной собственной души.

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Единственный настоящий рай — это потерянный рай. Единственный привлекательный мир — это мир, которого пока нет.

   Единственный настоящий рай — это потерянный рай. Единственный привлекательный мир — это мир, которого пока нет.
8. «

   Мир существует не для одного человека.

   Мир существует не для одного человека.

   — Японские пословицы и поговорки
9. «

   В этом мире ожидания сопряжены с испытаниями, и пребывание в нём есть умирание. Его радости смешаны с горем. То, что теряешь в нём, не возвращается, и [никогда] не знаешь, что ожидает [тебя] впереди. Его обещания лживы, а надежды [, которые он вселяет,] обманчивы. [Самое] чистое в нём не лишено примеси, и жизнь здесь в тягость.

   В этом мире ожидания сопряжены с испытаниями, и пребывание в нём есть умирание. Его радости смешаны с горем. То, что теряешь в нём, не возвращается, и [никогда] не знаешь, что ожидает [тебя] впереди. Его обещания лживы, а надежды [, которые он вселяет,] обманчивы. [Самое] чистое в нём не лишено примеси, и жизнь здесь в тягость.

   — Хасан аль-Басри
10. «

    Возможно, я подхожу своей семье не так идеально, как вы – круглые колышки в идеально круглых лунках. В нашей семье колышки и лунки приходится обстругивать, потому что раньше они стояли в других местах и к тому же их заклинило и они слегка покосились. Но дело вот в чем. Я кое-что понял, когда папа сел и сказал, что рад меня видеть, и у него увлажнились глаза: да, мой отец козел, но он мой козел, и другого козла у меня нет. И, ощущая тяжесть ладони Джесс, когда она сидела у моей больничной койки, слушая, как она пытается не расплакаться в трубку при мысли о том, чтобы оставить меня здесь, и глядя, как моя младшая сестра, которая изо всех сил храбрится насчет этой истории со школой, хотя даже мне понятно, что ее мир рухнул, я понял, что в мире есть место, где я свой.

    Возможно, я подхожу своей семье не так идеально, как вы – круглые колышки в идеально круглых лунках. В нашей семье колышки и лунки приходится обстругивать, потому что раньше они стояли в других местах и к тому же их заклинило и они слегка покосились. Но дело вот в чем. Я кое-что понял, когда папа сел и сказал, что рад меня видеть, и у него увлажнились глаза: да, мой отец козел, но он мой козел, и другого козла у меня нет. И, ощущая тяжесть ладони Джесс, когда она сидела у моей больничной койки, слушая, как она пытается не расплакаться в трубку при мысли о том, чтобы оставить меня здесь, и глядя, как моя младшая сестра, которая изо всех сил храбрится насчет этой истории со школой, хотя даже мне понятно, что ее мир рухнул, я понял, что в мире есть место, где я свой.

    — Джоджо Мойес · книга
11. «

    В этом мире самая мощная сила — это воображение. Всё что я представлю, становится реальностью.

    В этом мире самая мощная сила — это воображение. Всё что я представлю, становится реальностью.

    — Грэмми Тумо · аниме
12. «

    Мир — не Майя, не иллюзия в восточном понимании. Просто то, что мы видим как мир, есть продукт ошибки чувств. Если бы мы могли воспринять его иначе, не через посредство физических чувств, нам бы открылся совершенно иной мир, мир на более высоком уровне, мир как Б-жественная речь.

    Мир — не Майя, не иллюзия в восточном понимании. Просто то, что мы видим как мир, есть продукт ошибки чувств. Если бы мы могли воспринять его иначе, не через посредство физических чувств, нам бы открылся совершенно иной мир, мир на более высоком уровне, мир как Б-жественная речь.

    — Адин Штейнзальц · книга
13. «

    Мир многогранен, а истина одна.

    Мир многогранен, а истина одна.

    — Валентин Петрович Рычков
14. «

    Мир состоит из исключений, для которых не находится правила, чтобы это подтвердить.

    Мир состоит из исключений, для которых не находится правила, чтобы это подтвердить.

    — Робер Сабатье
15. «

    Если бы каждому из нас воочию показать те ужасные страдания и муки, которым во всякое время подвержена вся наша жизнь, то нас объял бы трепет, и если провести самого закоренелого оптимиста по больницам, лазаретам и камерам хирургических истязаний, по тюрьмам, застенкам, логовищам невольников, через поля битвы и места казни; если открыть перед ним все темные обители нищеты, в которых она прячется от взоров холодного любопытства, то в конце концов и он, наверное, понял бы, что это за лучший из возможных миров.

    Если бы каждому из нас воочию показать те ужасные страдания и муки, которым во всякое время подвержена вся наша жизнь, то нас объял бы трепет, и если провести самого закоренелого оптимиста по больницам, лазаретам и камерам хирургических истязаний, по тюрьмам, застенкам, логовищам невольников, через поля битвы и места казни; если открыть перед ним все темные обители нищеты, в которых она прячется от взоров холодного любопытства, то в конце концов и он, наверное, понял бы, что это за лучший из возможных миров.

    — Артур Шопенгауэр
16. «

    Я когда-то убивался и изнывал, наблюдая звериную жестокость и кровавые страдания в животной и человеческой жизни. Но теперь я спокоен. Кто видел мало зла, тот хлопочет, суетится, ёрзает, ужасается и убивается. Но кто знает, что весь мир лежит во зле, тот спокоен, ибо самая эта суета мира как лежащего во зле уже сама по себе предполагает, что мир не есть зло, что это его временное состояние, что существует истина и правда, превысшая жизни, и что каждому велено природой отдать свою дань и злу и добру.

    Я когда-то убивался и изнывал, наблюдая звериную жестокость и кровавые страдания в животной и человеческой жизни. Но теперь я спокоен. Кто видел мало зла, тот хлопочет, суетится, ёрзает, ужасается и убивается. Но кто знает, что весь мир лежит во зле, тот спокоен, ибо самая эта суета мира как лежащего во зле уже сама по себе предполагает, что мир не есть зло, что это его временное состояние, что существует истина и правда, превысшая жизни, и что каждому велено природой отдать свою дань и злу и добру.

    — Алексей Фёдорович Лосев · книга
17. «

    Это не мы приходим в мир, мир приходит к нам. Родиться — это то же самое, что получить в подарок целый мир.

    Это не мы приходим в мир, мир приходит к нам. Родиться — это то же самое, что получить в подарок целый мир.

    — Юстейн Гордер · книга
18. «

    – Не было никогда такого, чтобы сежане дань платили смоленским князьям, – ответил ему один из старейшин. – Ты кто такой будешь, добрый человек? – тут же осведомился Зимобор. – Быстрень я, Переплясов сын, из села Леденичи, – ответил мужик. И что‑то изменилось: он стал самим собой, а не частью расплывчатой людской массы, стал говорить как бы от себя и почувствовал себя не так уверенно. А Зимобор смотрел на него пристально и приветливо – без угрозы, но так, что здоровый мужик, годящийся в отцы этому кудрявому парню, ощутил желание опустить глаза. Из карих блестящих глаз молодого князя на него смотрели целые поколения людей, привыкших властвовать, привыкших смотреть на мир свысока, со спины боевого коня. Их мир был широк и неохватен, и старейшина, чей белый свет отроду замыкался течением Сежи – два‑три перехода от начала до конца, – вдруг оробел перед этим миром, впервые осознав его огромность. Он смутно знал, что где‑то есть Днепр и Сож, – а этот парень их видел и пил их воду.

    – Не было никогда такого, чтобы сежане дань платили смоленским князьям, – ответил ему один из старейшин. – Ты кто такой будешь, добрый человек? – тут же осведомился Зимобор. – Быстрень я, Переплясов сын, из села Леденичи, – ответил мужик. И что‑то изменилось: он стал самим собой, а не частью расплывчатой людской массы, стал говорить как бы от себя и почувствовал себя не так уверенно. А Зимобор смотрел на него пристально и приветливо – без угрозы, но так, что здоровый мужик, годящийся в отцы этому кудрявому парню, ощутил желание опустить глаза. Из карих блестящих глаз молодого князя на него смотрели целые поколения людей, привыкших властвовать, привыкших смотреть на мир свысока, со спины боевого коня. Их мир был широк и неохватен, и старейшина, чей белый свет отроду замыкался течением Сежи – два‑три перехода от начала до конца, – вдруг оробел перед этим миром, впервые осознав его огромность. Он смутно знал, что где‑то есть Днепр и Сож, – а этот парень их видел и пил их воду.

    — Елизавета Дворецкая · книга
19. «

    Не ищи утешения в этом мире. Всё здесь временно... И радость, и скорбь — как ветер, прилетели и нет их. Только Бог — Утешение Вечное. К Нему сердце склоняй, с Ним Одним душу свою мири, и тогда никакая буря не поколеблет тебя.

    Не ищи утешения в этом мире. Всё здесь временно... И радость, и скорбь — как ветер, прилетели и нет их. Только Бог — Утешение Вечное. К Нему сердце склоняй, с Ним Одним душу свою мири, и тогда никакая буря не поколеблет тебя.

    — Иеродиакон Илиодор (Гайриянц)
20. «

    Я хочу сделать мир лучше ради своего ребёнка. Но мир буквально сошёл с ума. Поэтому мы должны рисковать, чтобы наши дети не страдали от тех же самых проблем. Мы должны быть храбрыми. Ради них.

    Я хочу сделать мир лучше ради своего ребёнка. Но мир буквально сошёл с ума. Поэтому мы должны рисковать, чтобы наши дети не страдали от тех же самых проблем. Мы должны быть храбрыми. Ради них.

    — Фэллон Кэррингтон · сериал