297 глубоких цитат про «Жизненные цитаты про мир, мироздание»

297 цитат про «Жизненные цитаты про мир, мироздание»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Ну я просто надеюсь, что у нас будет мир, и я надеюсь, это принесёт пользу.

   Ну я просто надеюсь, что у нас будет мир, и я надеюсь, это принесёт пользу.

   — Саманта Смит
2. «

   Я был в Бангалоре, кремниевой долине Индии, когда осознал, что мир плоский.

   Я был в Бангалоре, кремниевой долине Индии, когда осознал, что мир плоский.

   — Томас Фридман
3. «

   Всю дорогу до дома я смотрела в окно. Здание, дерево, автомобиль, автомобиль, микроавтобус, стена, пустырь, микроавтобус. Я пыталась найти систему, уловить скрытую связь вещей. Мне казалось, что если смотреть очень-очень внимательно, то мир, распавшийся на кусочки, возможно, опять станет целым — снова станет тем миром, который я могла бы понять.

   Всю дорогу до дома я смотрела в окно. Здание, дерево, автомобиль, автомобиль, микроавтобус, стена, пустырь, микроавтобус. Я пыталась найти систему, уловить скрытую связь вещей. Мне казалось, что если смотреть очень-очень внимательно, то мир, распавшийся на кусочки, возможно, опять станет целым — снова станет тем миром, который я могла бы понять.

   — Кэрол Брант · книга
4. «

   Кого мир обманул? Кто к нему привязался. А кого Бог спас? Кто на Него полагался.

   Кого мир обманул? Кто к нему привязался. А кого Бог спас? Кто на Него полагался.

   — Архимандрит Кирилл (Иван Дмитриевич Павлов)
5. «

   Наш мир — это просто мерзость. Это гадкий, тошнотворный, не прекращающийся кошмар. В нем слишком много боли... Слишком много.

   Наш мир — это просто мерзость. Это гадкий, тошнотворный, не прекращающийся кошмар. В нем слишком много боли... Слишком много.

   — Тейт Лэнгдон · сериал
6. «

   Не бывает, чтобы чего-то не было.

   Не бывает, чтобы чего-то не было.

   — Грид (Жадность)
7. «

   Я вижу пятно стремительно тускнеющего неба, я вижу растущие вверх леса, я вижу мерно дышащий океан, хрупкий узор инея на оконном стекле, торжественный силуэт водопада, просвет молний, фары машин, высвечивающие одиноких потерянных прохожих, царственно медлительное движение ледников, разноцветные зонты на улицах, мёртвую птицу на земле, каплю росы на лепестке розы, ветер в твоих волосах... И я соединяю всё в тугую вязь, в единый безусловный непререкаемый виток бытия, целостный, неделимый, который однажды я назову своей прожитой жизнью. В тот день, когда кто-то мне скажет, а я отчаянно, болезненно, безумно не захочу верить, что тот умирающий старик в постели — это я...

   Я вижу пятно стремительно тускнеющего неба, я вижу растущие вверх леса, я вижу мерно дышащий океан, хрупкий узор инея на оконном стекле, торжественный силуэт водопада, просвет молний, фары машин, высвечивающие одиноких потерянных прохожих, царственно медлительное движение ледников, разноцветные зонты на улицах, мёртвую птицу на земле, каплю росы на лепестке розы, ветер в твоих волосах... И я соединяю всё в тугую вязь, в единый безусловный непререкаемый виток бытия, целостный, неделимый, который однажды я назову своей прожитой жизнью. В тот день, когда кто-то мне скажет, а я отчаянно, болезненно, безумно не захочу верить, что тот умирающий старик в постели — это я...

   — Аль Квотион · книга
8. «

   Любовь — самая неиссякаемая энергия в мире. Эта творческая сила... — самое мощное орудие, доступное человеку в его поиске мира и спокойствия.

   Любовь — самая неиссякаемая энергия в мире. Эта творческая сила... — самое мощное орудие, доступное человеку в его поиске мира и спокойствия.

   — Мартин Лютер Кинг
9. «

   На том поле под паром, где он обнаружил последнюю остановку сестры, он сидел с прогнившей головой Сюзанны в руках, пока ветер уносил обрывки странички прочь, и чувствовал себя так, будто её смерть втолкнула его в новый мир — кошмарное место, где никому нельзя доверять, а земля в любой миг может поглотить и тебя, и твои мечты. А если не земля, до тебя доберутся койоты или придёт с ножом Папа и снимет с твоей души грех, а с твоего черепа — скальп.

   На том поле под паром, где он обнаружил последнюю остановку сестры, он сидел с прогнившей головой Сюзанны в руках, пока ветер уносил обрывки странички прочь, и чувствовал себя так, будто её смерть втолкнула его в новый мир — кошмарное место, где никому нельзя доверять, а земля в любой миг может поглотить и тебя, и твои мечты. А если не земля, до тебя доберутся койоты или придёт с ножом Папа и снимет с твоей души грех, а с твоего черепа — скальп.

   — Килан Патрик Берк · книга
10. «

    Обязанность монаха не учить, а плакать; он оплакивает или себя, или мир.

    Обязанность монаха не учить, а плакать; он оплакивает или себя, или мир.

    — Иероним Стридонский
11. «

    Забудьте про коронации, конклавы, торжественные процессии. Мир меняет передвинутая костяшка на счетах, движение пера, умеряющее резкость фразы, вздох женщины, которая прошла, оставив после себя аромат розовой воды или цветущего апельсина, её рука, задергивающая полог над кроватью, тихое касание тел.

    Забудьте про коронации, конклавы, торжественные процессии. Мир меняет передвинутая костяшка на счетах, движение пера, умеряющее резкость фразы, вздох женщины, которая прошла, оставив после себя аромат розовой воды или цветущего апельсина, её рука, задергивающая полог над кроватью, тихое касание тел.

    — Хилари Мантел · книга
12. «

    Единственная правда в этом мире – «правды нет».

    Единственная правда в этом мире – «правды нет».

    — Эрен Крюгер · аниме
13. «

    Мир куда менее сложен, если ты просто помнишь, насколько он гнилой.

    Мир куда менее сложен, если ты просто помнишь, насколько он гнилой.

    — Себастьян де Кастелл · книга
14. «

    Порой живёшь – на всё плюёшь, И ничего не надо. То оживёшь, и в долг возьмёшь, Потом опять – засада! То круглый нолик обведёшь, То ставишь жирный крестик. Бежишь, пока вдруг не поймёшь, Что это бег на месте. Как ни крутись, Как ни вертись, А результат один – Решает всё хозяйка-жизнь, Ты в ней не господин. Порой вздохнёшь – как мир хорош! То вдруг полезешь в драку. Потом возьмёшь, да подберёшь Бездомную собаку. И в горький миг, и в сладкий час, И даже в день особый, Решает кто-то всё за нас, И отвертись, попробуй!!!

    Порой живёшь – на всё плюёшь, И ничего не надо. То оживёшь, и в долг возьмёшь, Потом опять – засада! То круглый нолик обведёшь, То ставишь жирный крестик. Бежишь, пока вдруг не поймёшь, Что это бег на месте. Как ни крутись, Как ни вертись, А результат один – Решает всё хозяйка-жизнь, Ты в ней не господин. Порой вздохнёшь – как мир хорош! То вдруг полезешь в драку. Потом возьмёшь, да подберёшь Бездомную собаку. И в горький миг, и в сладкий час, И даже в день особый, Решает кто-то всё за нас, И отвертись, попробуй!!!

    — Лариса Алексеевна Рубальская
15. «

    Боже, дай мне побольше сил! Боже, я никогда не просил. Боже, дай мне побольше сил! Я понять не могу этот мир...

    Боже, дай мне побольше сил! Боже, я никогда не просил. Боже, дай мне побольше сил! Я понять не могу этот мир...
16. «

    Лоре нравится думать (это один из ее самых больших секретов), что и в ней самой тоже есть искра незаурядности, толика величия, хотя она сознает, что подобные сладкие подозрения, как некие маленькие бутоны, живут чуть ли не в каждом человеке, живут и так и умирают, не раскрывшись. Толкая тележку в супермаркете или сидя под феном в парикмахерской, она спрашивает себя, а не думают ли и все другие женщины примерно то же самое: вот великая душа, познавшая скорби и радости, вот женщина, которой полагалось бы находиться совсем не здесь, добровольно занимается такими обыденными и, в сущности, такими дурацкими вещами: выбирает помидоры, сушит волосы в парикмахерской, ибо в этом ее долг и творчество. Потому что мир устоял, война закончилась, и наша задача — заводить семьи, рожать и растить детей, создавать не просто книги или картины, а новую, гармоничную вселенную, в которой детям должна быть обеспечена безопасность (если не счастье), а мужчинам, пережившим немыслимые ужасы, сражавшимся храбро и умело, — светлые гостиные, запах духов, крахмальные скатерти, салфетки.

    Лоре нравится думать (это один из ее самых больших секретов), что и в ней самой тоже есть искра незаурядности, толика величия, хотя она сознает, что подобные сладкие подозрения, как некие маленькие бутоны, живут чуть ли не в каждом человеке, живут и так и умирают, не раскрывшись. Толкая тележку в супермаркете или сидя под феном в парикмахерской, она спрашивает себя, а не думают ли и все другие женщины примерно то же самое: вот великая душа, познавшая скорби и радости, вот женщина, которой полагалось бы находиться совсем не здесь, добровольно занимается такими обыденными и, в сущности, такими дурацкими вещами: выбирает помидоры, сушит волосы в парикмахерской, ибо в этом ее долг и творчество. Потому что мир устоял, война закончилась, и наша задача — заводить семьи, рожать и растить детей, создавать не просто книги или картины, а новую, гармоничную вселенную, в которой детям должна быть обеспечена безопасность (если не счастье), а мужчинам, пережившим немыслимые ужасы, сражавшимся храбро и умело, — светлые гостиные, запах духов, крахмальные скатерти, салфетки.

    — Майкл Каннингем · книга
17. «

    Деньги движут миром, только когда ты жив.

    Деньги движут миром, только когда ты жив.

    — Юкио Мисима · книга
18. «

    Мир жесток, и порой в нем убивают просто так, из желания утопить в крови собственный страх перед будущим, смыть горечь неудач.

    Мир жесток, и порой в нем убивают просто так, из желания утопить в крови собственный страх перед будущим, смыть горечь неудач.

    — Виталий Зыков · книга
19. «

    Мир невероятно большой и разный. Не ограничивай радиус своего мышления городом, улицей, домом. Всегда помни: ты живёшь на целой планете.

    Мир невероятно большой и разный. Не ограничивай радиус своего мышления городом, улицей, домом. Всегда помни: ты живёшь на целой планете.
20. «

    – Умрем мы или будем жить – на все воля небес, мин, которого мы придерживаемся. Переродишься ты собакой или не переродишься вообще. Не важно, что произойдет дальше – предначертанного не изменить. Мир – это красная пыль, не стоит и внимания.

    – Умрем мы или будем жить – на все воля небес, мин, которого мы придерживаемся. Переродишься ты собакой или не переродишься вообще. Не важно, что произойдет дальше – предначертанного не изменить. Мир – это красная пыль, не стоит и внимания.

    — Ха Ян · книга