189 цитат по теме «Москва» без воды

Собрали 189 цитат на тему «Москва» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Недаром пословица такая слывет, что Москва у всей России под горою: все в нее катится.

   Недаром пословица такая слывет, что Москва у всей России под горою: все в нее катится.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
2. «

   Чем дальше от Москвы, тем чище нравы.

   Чем дальше от Москвы, тем чище нравы.

   — Леонид Якубович
3. «

   Москва делает из людей роботов. Вырабатывается схема, теряется индивидуальность. Я не говорю, что все москвичи теряют себя. У большинства из них стойкий иммунитет на вирусы мегаполиса.

   Москва делает из людей роботов. Вырабатывается схема, теряется индивидуальность. Я не говорю, что все москвичи теряют себя. У большинства из них стойкий иммунитет на вирусы мегаполиса.

   — Эльчин Сафарли · книга
4. «

   Я люблю Москву, но это совершенно не мешает её ненавидеть.

   Я люблю Москву, но это совершенно не мешает её ненавидеть.

   — Макс Фрай · книга
5. «

   Москва — мой второй дом, а Тимофей Кургин, с которым мы вместе создали и развиваем проект TMT Russia – мой друг и брат.

   Москва — мой второй дом, а Тимофей Кургин, с которым мы вместе создали и развиваем проект TMT Russia – мой друг и брат.

   — Флойд Мейвезер-младший
6. «

   Москва такая школа, фору даст любому ВУЗу.

   Москва такая школа, фору даст любому ВУЗу.
7. «

   Голос, объявляющий станции, несколько раз в ходе поездки Будет просить пассажиров перевести время на местное, И рекламные объявления запестрят обильно Двадцатизначными городскими и тридцатизначными мобильными. А для удобства управления в конце концов Мэром и президентом выберут сиамских близнецов.

   Голос, объявляющий станции, несколько раз в ходе поездки Будет просить пассажиров перевести время на местное, И рекламные объявления запестрят обильно Двадцатизначными городскими и тридцатизначными мобильными. А для удобства управления в конце концов Мэром и президентом выберут сиамских близнецов.
8. «

   No hallelujah saves you No cross can help you now. This is your nightmare calling Moscow, Moscow after dark.

   No hallelujah saves you No cross can help you now. This is your nightmare calling Moscow, Moscow after dark.
9. «

   Я — вечный Питер, Ты — Москва.

   Я — вечный Питер, Ты — Москва.
10. «

    Москва — вонючий город!

    Москва — вонючий город!

    — Тимофей Егорович Астраханцев · фильм
11. «

    Единственная особенность москвичей, которая до сих пор осталась мной не разгаданной, — это их постоянный, таинственный интерес к погоде. Бывало, сидишь у знакомых за чаем, слушаешь уютные московские разговоры, тикают стенные часы, лопочет репродуктор, но его никто не слушает, хотя почему-то и не выключают. — Тише! — встряхивается вдруг кто-нибудь и подымает голову к репродуктору. — Погоду передают. Все, затаив дыхание, слушают передачу, чтобы на следующий день уличить её в неточности. В первое время, услышав это тревожное: «Тише!», я вздрагивал, думая, что начинается война или ещё что-нибудь не менее катастрофическое. Потом я думал, что все ждут какой-то особенной, неслыханной по своей приятности погоды. Потом я заметил, что неслыханной по своей приятности погоды как будто бы тоже не ждут. Так в чём же дело? Можно подумать, что миллионы москвичей с утра уходят на охоту или на полевые работы. Ведь у каждого на работе крыша над головой. Нельзя же сказать, что такой испепеляющий, изнурительный в своем постоянстве интерес к погоде объясняется тем, что человеку надо пробежать до троллейбуса или до метро? Согласитесь, это было бы довольно странно и даже недостойно жителей великого города. Тут есть какая-то тайна. Именно с целью изучения глубинной причины интереса москвичей к погоде я несколько лет назад переселился в Москву. Ведь мое истинное призвание — это открывать и изобретать. Чтобы не вызывать у москвичей никакого подозрения, чтобы давать им в своем присутствии свободно проявлять свой таинственный интерес к погоде, я и сам делаю вид, что интересуюсь погодой. — Ну как, — говорю я, — что там передают насчёт погоды? Ветер с востока? — Нет, — радостно отвечают москвичи, — ветер юго-западный до умеренного. — Ну, если до умеренного, — говорю, — это ещё терпимо.

    Единственная особенность москвичей, которая до сих пор осталась мной не разгаданной, — это их постоянный, таинственный интерес к погоде. Бывало, сидишь у знакомых за чаем, слушаешь уютные московские разговоры, тикают стенные часы, лопочет репродуктор, но его никто не слушает, хотя почему-то и не выключают. — Тише! — встряхивается вдруг кто-нибудь и подымает голову к репродуктору. — Погоду передают. Все, затаив дыхание, слушают передачу, чтобы на следующий день уличить её в неточности. В первое время, услышав это тревожное: «Тише!», я вздрагивал, думая, что начинается война или ещё что-нибудь не менее катастрофическое. Потом я думал, что все ждут какой-то особенной, неслыханной по своей приятности погоды. Потом я заметил, что неслыханной по своей приятности погоды как будто бы тоже не ждут. Так в чём же дело? Можно подумать, что миллионы москвичей с утра уходят на охоту или на полевые работы. Ведь у каждого на работе крыша над головой. Нельзя же сказать, что такой испепеляющий, изнурительный в своем постоянстве интерес к погоде объясняется тем, что человеку надо пробежать до троллейбуса или до метро? Согласитесь, это было бы довольно странно и даже недостойно жителей великого города. Тут есть какая-то тайна. Именно с целью изучения глубинной причины интереса москвичей к погоде я несколько лет назад переселился в Москву. Ведь мое истинное призвание — это открывать и изобретать. Чтобы не вызывать у москвичей никакого подозрения, чтобы давать им в своем присутствии свободно проявлять свой таинственный интерес к погоде, я и сам делаю вид, что интересуюсь погодой. — Ну как, — говорю я, — что там передают насчёт погоды? Ветер с востока? — Нет, — радостно отвечают москвичи, — ветер юго-западный до умеренного. — Ну, если до умеренного, — говорю, — это ещё терпимо.

    — Фазиль Искандер · книга
12. «

    Люблю осеннюю Москву в ее убранстве светлом, когда утрами жгут листву, опавшую под ветром. Огромный медленный костер над облетевшим садом похож на стрельчатый костел с обугленным фасадом. А старый клен совсем поник, стоит, печально горбясь... Мне кажется, своя у них, своя у листьев гордость. Ну что с того, ну что с того, что смяты и побиты! В них есть немое торжество предчувствия победы.

    Люблю осеннюю Москву в ее убранстве светлом, когда утрами жгут листву, опавшую под ветром. Огромный медленный костер над облетевшим садом похож на стрельчатый костел с обугленным фасадом. А старый клен совсем поник, стоит, печально горбясь... Мне кажется, своя у них, своя у листьев гордость. Ну что с того, ну что с того, что смяты и побиты! В них есть немое торжество предчувствия победы.

    — Юрий Левитанский
13. «

    В Москве сложно сохранить семью. В столице удобнее жить одному и делать то, что хочешь...

    В Москве сложно сохранить семью. В столице удобнее жить одному и делать то, что хочешь...

    — Татьяна Скороходова
14. «

    Но враг не пройдёт, потому что здесь будем стоять мы! Братья, история знает немало доблестных воинов, но никто из них не был удостоен такой великой судьбы. Сегодня за нами не только Москва, не только вся наша необъятная Родина. Сегодня, затаив дыхание, на нас смотрит весь мир, потому что здесь, на этих рубежах, мы встаём на его защиту. Будем достойны этой чести!

    Но враг не пройдёт, потому что здесь будем стоять мы! Братья, история знает немало доблестных воинов, но никто из них не был удостоен такой великой судьбы. Сегодня за нами не только Москва, не только вся наша необъятная Родина. Сегодня, затаив дыхание, на нас смотрит весь мир, потому что здесь, на этих рубежах, мы встаём на его защиту. Будем достойны этой чести!

    — Фёдор Иванович Решетников · фильм
15. «

    Кабы не покер, то жизнь ваша в Москве была бы совершенно несносна.

    Кабы не покер, то жизнь ваша в Москве была бы совершенно несносна.

    — Михаил Булгаков · книга
16. «

    — Прекраснее этого города я ничего не видел. А ты… судишь о целом метро по одной шпале. Я, наверное, тебе описать это даже не сумею. Здания выше любых скал. Проспекты, бурлящие, как горные потоки. Негаснущее небо, светящийся туман… Город тщеславный, сиюминутный — как любой из миллионов его жителей. Безумный, хаотический. Весь состоящий из сочетаний несочетаемого, построенный безо всяких планов. Не вечный, потому что вечность слишком холодна и неподвижна. Но такой живой!

    — Прекраснее этого города я ничего не видел. А ты… судишь о целом метро по одной шпале. Я, наверное, тебе описать это даже не сумею. Здания выше любых скал. Проспекты, бурлящие, как горные потоки. Негаснущее небо, светящийся туман… Город тщеславный, сиюминутный — как любой из миллионов его жителей. Безумный, хаотический. Весь состоящий из сочетаний несочетаемого, построенный безо всяких планов. Не вечный, потому что вечность слишком холодна и неподвижна. Но такой живой!

    — Дмитрий Глуховский · книга
17. «

    Москва – город публичный, где случайный секс – обыденное постоянство вещей. Вожделение есть повсюду – в девушке, слизывающей майонез с французского хот-дога, в мужчине, который холодно и жестоко курит сигарету в спортивном кабрио, в той паре, которая не стесняясь, просовывает руки сквозь гульфик, расположившись на одной из лавок Никитского бульвара.

    Москва – город публичный, где случайный секс – обыденное постоянство вещей. Вожделение есть повсюду – в девушке, слизывающей майонез с французского хот-дога, в мужчине, который холодно и жестоко курит сигарету в спортивном кабрио, в той паре, которая не стесняясь, просовывает руки сквозь гульфик, расположившись на одной из лавок Никитского бульвара.

    — Мария Свешникова · книга
18. «

    После года блужданий по российской глубинке Москва стала казаться мне миражом, гигантской летающей тарелкой, случайно приземлившейся на берегах Москвы-реки и в любую минуту готовой сняться с места и исчезнуть в бездонном брюхе Вселенной.

    После года блужданий по российской глубинке Москва стала казаться мне миражом, гигантской летающей тарелкой, случайно приземлившейся на берегах Москвы-реки и в любую минуту готовой сняться с места и исчезнуть в бездонном брюхе Вселенной.

    — Дина Рубина · книга
19. «

    — Как при помощи дедукции узнать коренного москвича? — Коренной москвич живёт дольше, чем молочный.

    — Как при помощи дедукции узнать коренного москвича? — Коренной москвич живёт дольше, чем молочный.
20. «

    Москва – сама себе светило, ей звезды не нужны.

    Москва – сама себе светило, ей звезды не нужны.

    — Дмитрий Глуховский · книга