«наказание»: 131 цитата со смыслом

Тема «наказание» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 131 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Мы всегда стараемся смягчать справедливые наказания милосердием. Мы любим грешников и ненавидим грех.

   Мы всегда стараемся смягчать справедливые наказания милосердием. Мы любим грешников и ненавидим грех.

   — Нил Гейман · книга
2. «

   Люди жаждут осуждения. Весьма сильно. Позволь сказать — когда на сердце тяжкий груз, самым тяжёлым наказанием является снисхождение.

   Люди жаждут осуждения. Весьма сильно. Позволь сказать — когда на сердце тяжкий груз, самым тяжёлым наказанием является снисхождение.

   — Осирис · сериал
3. «

   Один убил по бродяжничеству, осаждаемый целым полком сыщиков, защищая свою свободу, жизнь, нередко умирая от голодной смерти; а другой режет маленьких детей из удовольствия резать, чувствовать на своих руках их тёплую кровь, насладиться их страхом, их последним голубиным трепетом под самым ножом. И что же? И тот и другой поступают в ту же каторгу.

   Один убил по бродяжничеству, осаждаемый целым полком сыщиков, защищая свою свободу, жизнь, нередко умирая от голодной смерти; а другой режет маленьких детей из удовольствия резать, чувствовать на своих руках их тёплую кровь, насладиться их страхом, их последним голубиным трепетом под самым ножом. И что же? И тот и другой поступают в ту же каторгу.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
4. «

   Сколь не бился ты, милок, – не попал Федот в силок! Об тебе уже составлен фицияльный некролог. Только надобно решить, как верней тебя решить: Оглоушить канделябром аль подушкой задушить?..

   Сколь не бился ты, милок, – не попал Федот в силок! Об тебе уже составлен фицияльный некролог. Только надобно решить, как верней тебя решить: Оглоушить канделябром аль подушкой задушить?..

   — Леонид Филатов · книга
5. «

   Мы вправе собственной рукой поднять на себя кнут.

   Мы вправе собственной рукой поднять на себя кнут.

   — Франц Кафка · книга
6. «

   — Я не собираюсь жить дальше. — Тогда это и будет твоим наказанием. Если ты решишься, и убьешь их всех, это и станет последствием. Ты будешь жить. Галлифрей. Ты испепелишь его, а с ним и всех Далеков, но и всех детей тоже... Сколько детей сейчас на Галлифрее? — Не знаю. — Однажды ты их посчитаешь. Одной ужасной ночью...

   — Я не собираюсь жить дальше. — Тогда это и будет твоим наказанием. Если ты решишься, и убьешь их всех, это и станет последствием. Ты будешь жить. Галлифрей. Ты испепелишь его, а с ним и всех Далеков, но и всех детей тоже... Сколько детей сейчас на Галлифрее? — Не знаю. — Однажды ты их посчитаешь. Одной ужасной ночью...

   — Военный доктор · фильм
7. «

   Сначала казнь! Потом приговор!

   Сначала казнь! Потом приговор!

   — Дама Червей · мультфильм
8. «

   Я наблюдал только одно действие розги — она или притупляет или озлобляет душу.

   Я наблюдал только одно действие розги — она или притупляет или озлобляет душу.

   — Мишель де Монтень
9. «

   Когда Бог хочет кого-нибудь наказать, он одновременно одаряет его и исполнением желания, и бедой.

   Когда Бог хочет кого-нибудь наказать, он одновременно одаряет его и исполнением желания, и бедой.

   — Милорад Павич · книга
10. «

    Никто не накажет человека больше, чем он сам! Никто не вынесет приговора суровей, чем приговор, вынесенный самому себе!

    Никто не накажет человека больше, чем он сам! Никто не вынесет приговора суровей, чем приговор, вынесенный самому себе!

    — Мария Метлицкая · книга
11. «

    Один мудрец сказал богачам: — Клянусь именем Бога, что когда вы покинете сей мир, то ни к чему так не будете стремиться, как к тому, чтобы вернуться в него снова и творить добро, дабы удостоиться блаженства вечного и спасти себя от наказания. Так совершайте же благие дела сейчас, пока вы пребываете в мире сем, до того как вы покинете его и уже никогда не сможете вернуться снова.

    Один мудрец сказал богачам: — Клянусь именем Бога, что когда вы покинете сей мир, то ни к чему так не будете стремиться, как к тому, чтобы вернуться в него снова и творить добро, дабы удостоиться блаженства вечного и спасти себя от наказания. Так совершайте же благие дела сейчас, пока вы пребываете в мире сем, до того как вы покинете его и уже никогда не сможете вернуться снова.

    — Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей) · книга
12. «

    Ты не можешь убить десять бандитов, но ты можешь убить одного и заставить бояться девятерых! Ты не можешь защитить десять человек, но ты можешь защитить одного и дать надежду девятерым.

    Ты не можешь убить десять бандитов, но ты можешь убить одного и заставить бояться девятерых! Ты не можешь защитить десять человек, но ты можешь защитить одного и дать надежду девятерым.

    — Максим Владимирович Калинин · сериал
13. «

    Позвольте заявить, пока мы не начали, что лишь в эти печальные времена упадка американской системы образования меня могли головой вперед засунуть в мусорную корзину и ко мне же применить дисциплинарное взыскание.

    Позвольте заявить, пока мы не начали, что лишь в эти печальные времена упадка американской системы образования меня могли головой вперед засунуть в мусорную корзину и ко мне же применить дисциплинарное взыскание.

    — Шпион по соседству (The Spy Next Door) · фильм
14. «

    Запомни, Шарапов — наказания без вины не бывает. Ему надо было просто вовремя со своими женщинами разбираться и пистолеты не разбрасывать где попало. Ясно? Так что наказания без вины не бывает, Шарапов.

    Запомни, Шарапов — наказания без вины не бывает. Ему надо было просто вовремя со своими женщинами разбираться и пистолеты не разбрасывать где попало. Ясно? Так что наказания без вины не бывает, Шарапов.

    — Глеб Жеглов · сериал
15. «

    Не наказывая, даже не порицая злодеев, мы не просто оберегаем их ничтожную старость — мы тем самым из-под новых поколений вырываем всякие основы справедливости. Оттого-то они «равнодушные» и растут, а не из-за «слабости воспитательной работы».

    Не наказывая, даже не порицая злодеев, мы не просто оберегаем их ничтожную старость — мы тем самым из-под новых поколений вырываем всякие основы справедливости. Оттого-то они «равнодушные» и растут, а не из-за «слабости воспитательной работы».

    — Александр Солженицын · книга
16. «

    Без жёстких мер человек меры не знает.

    Без жёстких мер человек меры не знает.
17. «

    Право телесного наказания, данное одному над другим, есть одна из язв общества, есть одно из самых сильных средств для уничтожения в нём всякого зародыша, всякой попытки гражданственности и полное основание к непременному и неотразимому его разложению.

    Право телесного наказания, данное одному над другим, есть одна из язв общества, есть одно из самых сильных средств для уничтожения в нём всякого зародыша, всякой попытки гражданственности и полное основание к непременному и неотразимому его разложению.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
18. «

    За детство счастливое наше ответственных вряд ли накажут...

    За детство счастливое наше ответственных вряд ли накажут...

    — Владимир Вишневский
19. «

    Обыватели редко бывают довольны своим положением. Редко и очень недолго. Позволь им получить чуть больше — и они тут же запросят еще. Надавай по рукам — обидятся и затаят злобу. И пусть до поры до времени страх будет держать их в узде, но рано или поздно чернь обязательно даст выход своему гневу. <...> Лишь сочетание кнута и пряника может принести должный эффект. Главное, чтобы пряник не выглядел подачкой, а плеть окончательно не взбесила горожан

    Обыватели редко бывают довольны своим положением. Редко и очень недолго. Позволь им получить чуть больше — и они тут же запросят еще. Надавай по рукам — обидятся и затаят злобу. И пусть до поры до времени страх будет держать их в узде, но рано или поздно чернь обязательно даст выход своему гневу. <...> Лишь сочетание кнута и пряника может принести должный эффект. Главное, чтобы пряник не выглядел подачкой, а плеть окончательно не взбесила горожан

    — Павел Корнев · книга
20. «

    Особенностью наказаний, в которых преобладает беспощадность, то есть нечто, притупляющее разум, является то, что они изменяют человека, мало-помалу превращая его путем какого-то бессмысленного преображения в дикого зверя, а иногда и в кровожадного зверя.

    Особенностью наказаний, в которых преобладает беспощадность, то есть нечто, притупляющее разум, является то, что они изменяют человека, мало-помалу превращая его путем какого-то бессмысленного преображения в дикого зверя, а иногда и в кровожадного зверя.

    — Виктор Гюго · книга