521 цитата про «наказание» для вдохновения

Тема «наказание» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 521 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Поистине, счастливы те немногие, кто уличен в грехах своих и, в острастку другим, подвергается за них наказанию на этом свете.

   Поистине, счастливы те немногие, кто уличен в грехах своих и, в острастку другим, подвергается за них наказанию на этом свете.

   — Генри Филдинг · книга
2. «

   Чихвостим пингвинов за то, что они нас бросили в Африке!

   Чихвостим пингвинов за то, что они нас бросили в Африке!

   — Алекс · мультфильм
3. «

   У тебя когда-нибудь появляется чувство, что тебя наказывают за твои грехи?

   У тебя когда-нибудь появляется чувство, что тебя наказывают за твои грехи?

   — Джек Лукас · фильм
4. «

   Утром, когда придут мои палачи, я скажу им: «У меня ничего не получилось! Убейте меня! Но исполните мою последнюю волю: я хочу принять смерть от рук Фубуки. Пусть она открутит мне голову, как крышку перечницы. И моя кровь хлынет черным перцем. Так примите и ядите его, ибо сие есть мой перец, просыпанный за вас и за многих, перец нового завета. И все вы чихнете в память обо мне».

   Утром, когда придут мои палачи, я скажу им: «У меня ничего не получилось! Убейте меня! Но исполните мою последнюю волю: я хочу принять смерть от рук Фубуки. Пусть она открутит мне голову, как крышку перечницы. И моя кровь хлынет черным перцем. Так примите и ядите его, ибо сие есть мой перец, просыпанный за вас и за многих, перец нового завета. И все вы чихнете в память обо мне».

   — Амели Нотомб · книга
5. «

   Наказание может служить началом к прощению и без него прощения быть не может...

   Наказание может служить началом к прощению и без него прощения быть не может...

   — Архимандрит Тихон · книга
6. «

   Я ведь и сам немало проказничал, когда учился в средней школе. Но если опрашивали, «то это сделал, – я никогда не трусил и не увиливал в сторону. Сделал так сделал, а не делал так не делал, – и все тут. Сколько я ни шалил, какие бы проделки ни устраивал, я всегда был честным. А лгать и стараться ускользнуть от наказания – это уже не просто шалость. Проказы и наказания нераздельны. Знаешь, что существуют наказания, вот и проказничаешь с легкой душой.

   Я ведь и сам немало проказничал, когда учился в средней школе. Но если опрашивали, «то это сделал, – я никогда не трусил и не увиливал в сторону. Сделал так сделал, а не делал так не делал, – и все тут. Сколько я ни шалил, какие бы проделки ни устраивал, я всегда был честным. А лгать и стараться ускользнуть от наказания – это уже не просто шалость. Проказы и наказания нераздельны. Знаешь, что существуют наказания, вот и проказничаешь с легкой душой.

   — Нацумэ Сосэки · книга
7. «

   Свершившее зло, да будут наказаны. Если приговор вынесен так тому быть, таков закон. Родственные чувства какая бессмыслица. Существует закон, а эмоции пустая трата времени. Если мы не будем подчиняться законам, как это можем требовать от других?

   Свершившее зло, да будут наказаны. Если приговор вынесен так тому быть, таков закон. Родственные чувства какая бессмыслица. Существует закон, а эмоции пустая трата времени. Если мы не будем подчиняться законам, как это можем требовать от других?

   — Кучики Бьякуя · аниме
8. «

   Настоящая свобода состоит не в том, что кто-либо может следовать своим порочным наклонностям или получать за преступления неодинаковые наказания. Настоящая свобода состоит в укрощении дурных страстей и пороков, а не в свободе делать все, что кому угодно, и получать более легкое наказание за свои преступления.

   Настоящая свобода состоит не в том, что кто-либо может следовать своим порочным наклонностям или получать за преступления неодинаковые наказания. Настоящая свобода состоит в укрощении дурных страстей и пороков, а не в свободе делать все, что кому угодно, и получать более легкое наказание за свои преступления.

   — Анджей Моджевский (Моджевский-Фрыч)
9. «

   Тот, кто выносит приговор, сам заносит меч.

   Тот, кто выносит приговор, сам заносит меч.

   — Эддард Старк · сериал
10. «

    Исправить может только такое средство, которое заставит виновного осознать, что он поступил плохо, что надо жить и поступать иначе. Розга же действует лишь короткое время; когда дети подрастают и перестают бояться её, вместе с ней исчезает и совесть.

    Исправить может только такое средство, которое заставит виновного осознать, что он поступил плохо, что надо жить и поступать иначе. Розга же действует лишь короткое время; когда дети подрастают и перестают бояться её, вместе с ней исчезает и совесть.

    — Феликс Эдмундович Дзержинский
11. «

    Вопрос: Поскольку превратности физической жизни являются одновременно искуплением прошлых ошибок и испытанием на будущее, то следует ли из этого, что по характеру их можно судить об образе жизни, который человек вёл в предыдущем существовании? Ответ: Очень часто, да; поскольку каждый наказан в том, чем он грешил; однако из этого не стоит делать абсолютного правила; инстинктивные наклонности и побуждения являются более верным признаком, ибо испытания, которые претерпевает дух, обращены как к прошлому, так и к будущему.

    Вопрос: Поскольку превратности физической жизни являются одновременно искуплением прошлых ошибок и испытанием на будущее, то следует ли из этого, что по характеру их можно судить об образе жизни, который человек вёл в предыдущем существовании? Ответ: Очень часто, да; поскольку каждый наказан в том, чем он грешил; однако из этого не стоит делать абсолютного правила; инстинктивные наклонности и побуждения являются более верным признаком, ибо испытания, которые претерпевает дух, обращены как к прошлому, так и к будущему.

    — Аллан Кардек · книга
12. «

    Вот тогда Док и придумал наказание для банка, если он в чем-нибудь перед вами провинится. «Снимите в банке сейф для хранения ценностей, — сказал он, — поместите туда свежую семгу, а сами уезжайте куда-нибудь на полгода».

    Вот тогда Док и придумал наказание для банка, если он в чем-нибудь перед вами провинится. «Снимите в банке сейф для хранения ценностей, — сказал он, — поместите туда свежую семгу, а сами уезжайте куда-нибудь на полгода».

    — Джон Стейнбек · книга
13. «

    Возьмем же «око за око» и «подставь ланиту ударившему тебя». «Око за око» есть основание онтологической справедливости наказания. Без «око за око» — быстъ преступление и несть наказания. А «наказание» даже в упреке совести (и в нем сильнее, чем в физике) — оно есть и оно онтологично миру, то есть однопространственно и одновременно миру, в душе его лежит. И оттого, что оно так положено в мире; положено Отцом небесным, — Христова «ланита», в противоположность Отцовскому (как и везде) милосердию, — довела человечество до мук отчаяния, до мыслей о самоубийстве, или — до бесконечности обезобразила и охаотила мир. <...> Как и везде в Евангелии, при «пустяках» ланиты, делая пустое облегчение человеку, — Христос на самом деле невыносимо отяготил человеческую жизнь, усеял её «терниями и волчцами» колючек, чего-то рыхлого, чего — то несбыточного. На самом деле, «справедливость» и «наказание» есть то «обыкновенное» и то «нормальное» земного бытия человеческого, без чего это бытие потеряло бы уравновешенность. Это есть то ясное, простое и вечное, что именно характеризует «полноту» отца и его вечную основательность, — кончающую короткое коротким, — на место чего стали слезы, истерика и сантиментальность.

    Возьмем же «око за око» и «подставь ланиту ударившему тебя». «Око за око» есть основание онтологической справедливости наказания. Без «око за око» — быстъ преступление и несть наказания. А «наказание» даже в упреке совести (и в нем сильнее, чем в физике) — оно есть и оно онтологично миру, то есть однопространственно и одновременно миру, в душе его лежит. И оттого, что оно так положено в мире; положено Отцом небесным, — Христова «ланита», в противоположность Отцовскому (как и везде) милосердию, — довела человечество до мук отчаяния, до мыслей о самоубийстве, или — до бесконечности обезобразила и охаотила мир. <...> Как и везде в Евангелии, при «пустяках» ланиты, делая пустое облегчение человеку, — Христос на самом деле невыносимо отяготил человеческую жизнь, усеял её «терниями и волчцами» колючек, чего-то рыхлого, чего — то несбыточного. На самом деле, «справедливость» и «наказание» есть то «обыкновенное» и то «нормальное» земного бытия человеческого, без чего это бытие потеряло бы уравновешенность. Это есть то ясное, простое и вечное, что именно характеризует «полноту» отца и его вечную основательность, — кончающую короткое коротким, — на место чего стали слезы, истерика и сантиментальность.

    — Василий Розанов · книга
14. «

    В реальности, в мире преступления и наказания (как и в любых человеческих делах) объективность – лишь иллюзия. Само выживание требует умения делать поспешные выводы. И решительные действия всегда основываются на неполной информации.

    В реальности, в мире преступления и наказания (как и в любых человеческих делах) объективность – лишь иллюзия. Само выживание требует умения делать поспешные выводы. И решительные действия всегда основываются на неполной информации.

    — Джон Вердон · книга
15. «

    Смерть – слишком мягкое наказание.

    Смерть – слишком мягкое наказание.

    — Дэймон Сальваторе · сериал
16. «

    Где преступления без наказаний, там и наказания без преступлений.

    Где преступления без наказаний, там и наказания без преступлений.

    — Валентин Домиль
17. «

    Быть любимым иногда наказание. Не знать, любим ты или нет, пытка.

    Быть любимым иногда наказание. Не знать, любим ты или нет, пытка.

    — Роберт Лембке
18. «

    Наивность — не грех... Но тебя ждёт четвёртый круг ада.

    Наивность — не грех... Но тебя ждёт четвёртый круг ада.

    — Привратник (Gatekepeer) · игра
19. «

    — Эдит выгнали [из монашеского ордена] из-за беременности. И она наказывала ребёнка за это всю его жизнь. — Какая мрачная история. — Эй, ни один фильм ужасов и близко не сравнится с жизнью.

    — Эдит выгнали [из монашеского ордена] из-за беременности. И она наказывала ребёнка за это всю его жизнь. — Какая мрачная история. — Эй, ни один фильм ужасов и близко не сравнится с жизнью.

    — Лу Гровер · сериал
20. «

    Свобода от всего — это наказание.

    Свобода от всего — это наказание.

    — Максим Горький · книга