581 цитата про «наказание» — коротко и по делу

Тема «наказание» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 581 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — А это Дэниэл, он все еще мудак. — Накажем его тоже? — Поверь мне, у него вся жизнь — сплошное наказание.

   — А это Дэниэл, он все еще мудак. — Накажем его тоже? — Поверь мне, у него вся жизнь — сплошное наказание.

   — Люцифер Морнингстар · сериал
2. «

   ... За чужие грехи время смут чаще карает тех, кто грехов не совершал. Или совершал, но совсем не те, за которые карают.

   ... За чужие грехи время смут чаще карает тех, кто грехов не совершал. Или совершал, но совсем не те, за которые карают.

   — Сергей Лукьяненко · книга
3. «

   Много ль надо храбрости, чтоб встретить смертный час? С каждым из соратников умрет он много раз. Будет каждой смерти он свидетель и вина — Такова для дерзости достойная цена!

   Много ль надо храбрости, чтоб встретить смертный час? С каждым из соратников умрет он много раз. Будет каждой смерти он свидетель и вина — Такова для дерзости достойная цена!
4. «

   Август Глуп, Август Глуп! Как невоспитан он и туп! Большой и круглый, как арбуз Толстопузый карапуз! Толстяк! Пришла пора тебе Прокатиться по трубе! Не бойтесь, дети, этих труб Не пострадает Август Глуп! Но что ж тогда случится с ним? Вернется он совсем другим!

   Август Глуп, Август Глуп! Как невоспитан он и туп! Большой и круглый, как арбуз Толстопузый карапуз! Толстяк! Пришла пора тебе Прокатиться по трубе! Не бойтесь, дети, этих труб Не пострадает Август Глуп! Но что ж тогда случится с ним? Вернется он совсем другим!

   — Умпа-лумпы · фильм
5. «

   Если же Он не будет нас наказывать, то не станем мы Его законнорожденными чадами, но окажемся незаконными и недостойными спасения. Страдания, которые мы терпим, ничего не значат по сравнению с вечным счастьем, уготованным Богом для Его чад. Кто Его чада? Мучимые, утесненные, страдающие, обремененные, а не те, кто теперь временно наслаждается и преуспевает.

   Если же Он не будет нас наказывать, то не станем мы Его законнорожденными чадами, но окажемся незаконными и недостойными спасения. Страдания, которые мы терпим, ничего не значат по сравнению с вечным счастьем, уготованным Богом для Его чад. Кто Его чада? Мучимые, утесненные, страдающие, обремененные, а не те, кто теперь временно наслаждается и преуспевает.

   — Ефрем Филофейский
6. «

   Мир никогда не удавалось ни исправить, ни устрашить наказанием.

   Мир никогда не удавалось ни исправить, ни устрашить наказанием.

   — Карл Маркс
7. «

   А ты, бестолковый, насмехался надо мной... Вот тебе пословица — не буди лихо, пока оно тихо...

   А ты, бестолковый, насмехался надо мной... Вот тебе пословица — не буди лихо, пока оно тихо...

   — Глеб Жеглов · сериал
8. «

   Не всякий, кто бьет, враг: есть отеческие наказания.

   Не всякий, кто бьет, враг: есть отеческие наказания.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
9. «

   — Разве её время пришло? — Что ты хочешь услышать? — Я наказан? — Ты же знаешь, что нет. — Это жизнь… ты живёшь сейчас… и однажды… и ты умрёшь.

   — Разве её время пришло? — Что ты хочешь услышать? — Я наказан? — Ты же знаешь, что нет. — Это жизнь… ты живёшь сейчас… и однажды… и ты умрёшь.

   — Ангел Сет · фильм
10. «

    Всегда приходит время платить по векселям.

    Всегда приходит время платить по векселям.

    — Итальянские пословицы и поговорки
11. «

    Сознаю свою вину. Меру. Степень. Глубину. И прошу меня направить На текущую войну. Нет войны — я все приму - Ссылку. Каторгу. Тюрьму. Но желательно — в июле, И желательно — в Крыму.

    Сознаю свою вину. Меру. Степень. Глубину. И прошу меня направить На текущую войну. Нет войны — я все приму - Ссылку. Каторгу. Тюрьму. Но желательно — в июле, И желательно — в Крыму.

    — Леонид Филатов · книга
12. «

    Если мужчина и женщина согрешили, пусть удаляются в пустыню и там любят или ненавидят друг друга. Надо заклеймить и того и другого. Если хотите, отметьте клеймом обоих, но нельзя же карать одну, оставив другому свободу. Нельзя, чтоб был один закон для мужчин, а другой для женщин.

    Если мужчина и женщина согрешили, пусть удаляются в пустыню и там любят или ненавидят друг друга. Надо заклеймить и того и другого. Если хотите, отметьте клеймом обоих, но нельзя же карать одну, оставив другому свободу. Нельзя, чтоб был один закон для мужчин, а другой для женщин.

    — Оскар Уайльд · книга
13. «

    — Мрак, прости... Повинную голову меч не сечет. — Зато секут другое место!

    — Мрак, прости... Повинную голову меч не сечет. — Зато секут другое место!

    — Юрий Никитин · книга
14. «

    Закон никогда не наказывает ПРЕСТУПНИКА. Наказанию подвергается всего лишь тварь дрожащая – жалкая, перепуганная, раскаивающаяся, нисколько не похожая на того наглого, жестокого, безжалостного мерзавца, который творил насилие много дней назад (и готов будет творить насилие впоследствии, если ему приведется уйти от возмездия). Что же получается? Преступник как бы ненаказуем. Он либо уже не тот, либо еще не тот, кого следует судить и наказывать…

    Закон никогда не наказывает ПРЕСТУПНИКА. Наказанию подвергается всего лишь тварь дрожащая – жалкая, перепуганная, раскаивающаяся, нисколько не похожая на того наглого, жестокого, безжалостного мерзавца, который творил насилие много дней назад (и готов будет творить насилие впоследствии, если ему приведется уйти от возмездия). Что же получается? Преступник как бы ненаказуем. Он либо уже не тот, либо еще не тот, кого следует судить и наказывать…

    — Аркадий Стругацкий · книга
15. «

    Возьмем же «око за око» и «подставь ланиту ударившему тебя». «Око за око» есть основание онтологической справедливости наказания. Без «око за око» — быстъ преступление и несть наказания. А «наказание» даже в упреке совести (и в нем сильнее, чем в физике) — оно есть и оно онтологично миру, то есть однопространственно и одновременно миру, в душе его лежит. И оттого, что оно так положено в мире; положено Отцом небесным, — Христова «ланита», в противоположность Отцовскому (как и везде) милосердию, — довела человечество до мук отчаяния, до мыслей о самоубийстве, или — до бесконечности обезобразила и охаотила мир. <...> Как и везде в Евангелии, при «пустяках» ланиты, делая пустое облегчение человеку, — Христос на самом деле невыносимо отяготил человеческую жизнь, усеял её «терниями и волчцами» колючек, чего-то рыхлого, чего — то несбыточного. На самом деле, «справедливость» и «наказание» есть то «обыкновенное» и то «нормальное» земного бытия человеческого, без чего это бытие потеряло бы уравновешенность. Это есть то ясное, простое и вечное, что именно характеризует «полноту» отца и его вечную основательность, — кончающую короткое коротким, — на место чего стали слезы, истерика и сантиментальность.

    Возьмем же «око за око» и «подставь ланиту ударившему тебя». «Око за око» есть основание онтологической справедливости наказания. Без «око за око» — быстъ преступление и несть наказания. А «наказание» даже в упреке совести (и в нем сильнее, чем в физике) — оно есть и оно онтологично миру, то есть однопространственно и одновременно миру, в душе его лежит. И оттого, что оно так положено в мире; положено Отцом небесным, — Христова «ланита», в противоположность Отцовскому (как и везде) милосердию, — довела человечество до мук отчаяния, до мыслей о самоубийстве, или — до бесконечности обезобразила и охаотила мир. <...> Как и везде в Евангелии, при «пустяках» ланиты, делая пустое облегчение человеку, — Христос на самом деле невыносимо отяготил человеческую жизнь, усеял её «терниями и волчцами» колючек, чего-то рыхлого, чего — то несбыточного. На самом деле, «справедливость» и «наказание» есть то «обыкновенное» и то «нормальное» земного бытия человеческого, без чего это бытие потеряло бы уравновешенность. Это есть то ясное, простое и вечное, что именно характеризует «полноту» отца и его вечную основательность, — кончающую короткое коротким, — на место чего стали слезы, истерика и сантиментальность.

    — Василий Розанов · книга
16. «

    — Ты пытался достигнуть моего положения, не развиваясь, а лишь используя чужую мощь. Ты не достиг бы этого, даже избавься от семи смертных грехов человека. — Кто ты? Почему встал у меня на пути? Отвечай! — Иногда меня называют Миром, иногда Вселенной, иногда Богом, иногда Истиной. Я это Всё! И Я это Они! А ещё я это ты, Истина воздаёт должным отчаянием за гордыню. Ты понесёшь заслуженное наказание за свою гордыню, пришёл твой черёд. Это и есть Суд Истины. — Я не хочу возвращаться туда! Нет! Умоляю! Только не снова в эти цепи... — Удел тщеславных — отчаяние. Это конец, к которому ты всегда стремился.

    — Ты пытался достигнуть моего положения, не развиваясь, а лишь используя чужую мощь. Ты не достиг бы этого, даже избавься от семи смертных грехов человека. — Кто ты? Почему встал у меня на пути? Отвечай! — Иногда меня называют Миром, иногда Вселенной, иногда Богом, иногда Истиной. Я это Всё! И Я это Они! А ещё я это ты, Истина воздаёт должным отчаянием за гордыню. Ты понесёшь заслуженное наказание за свою гордыню, пришёл твой черёд. Это и есть Суд Истины. — Я не хочу возвращаться туда! Нет! Умоляю! Только не снова в эти цепи... — Удел тщеславных — отчаяние. Это конец, к которому ты всегда стремился.
17. «

    Тебе достанется в моих мемуарах.

    Тебе достанется в моих мемуарах.
18. «

    А Бог молчит за тяжкий грех, За то, что в Боге усомнились, Он наказал любовью всех, Чтоб в муках верить научились.

    А Бог молчит за тяжкий грех, За то, что в Боге усомнились, Он наказал любовью всех, Чтоб в муках верить научились.
19. «

    Было бы бесполезно наказывать человека за глупость или убеждать его, чтобы он был мудрым и проницательным, хотя те же самые наказания и убеждения могут оказать значительное влияние, если дело касается справедливости и несправедливости.

    Было бы бесполезно наказывать человека за глупость или убеждать его, чтобы он был мудрым и проницательным, хотя те же самые наказания и убеждения могут оказать значительное влияние, если дело касается справедливости и несправедливости.

    — Дэвид Юм
20. «

    Самое тяжкое наказание для твоего врага — получить прощение. И он окажется перед лицом своей совести.

    Самое тяжкое наказание для твоего врага — получить прощение. И он окажется перед лицом своей совести.

    — Махидевран Султан · сериал