723 фразы про «наука» с глубоким смыслом

Тема «наука» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 723 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Считается, что Вселенная имеет ограниченную протяженность в пространстве и свет может пропутешествовать вокруг нее за несколько сотен миллионов лет. Считается, что материя состоит из электронов и протонов, которые имеют конечные размеры, и что их число в мире конечно. Вероятно, их движения не непрерывны, как раньше думали, а происходят скачками, каждый из которых не меньше некоторого минимального скачка. Законы этих движений, судя по всему, суммируются в нескольких очень общих принципах, с помощью которых можно рассчитать прошлое и будущее мира, если дана любая малая часть его истории. Физическая наука, таким образом, приближается к этапу, когда она будет завершена и станет поэтому неинтересной. Если мы знаем законы, управляющие движениями электронов и протонов, то все остальное – просто география, собрание конкретных фактов, говорящих о распределении частиц по каким-то отрезкам мировой истории. Общее число фактов географии, необходимых для того, чтобы рассчитать мировую историю, видимо, не слишком велико. Теоретически их можно было бы записать в большую книгу, а книгу поместить в Сомерсет Хаусе вместе с вычислительной машиной: поворот рычага позволил бы исследователю найти новые факты, принадлежащие другому времени, нежели то, к которому относятся факты уже зарегистрированные. Трудно представить себе что-либо более скучное и непохожее на ту радость, которую вызывало до недавней поры даже самое небольшое открытие.

   Считается, что Вселенная имеет ограниченную протяженность в пространстве и свет может пропутешествовать вокруг нее за несколько сотен миллионов лет. Считается, что материя состоит из электронов и протонов, которые имеют конечные размеры, и что их число в мире конечно. Вероятно, их движения не непрерывны, как раньше думали, а происходят скачками, каждый из которых не меньше некоторого минимального скачка. Законы этих движений, судя по всему, суммируются в нескольких очень общих принципах, с помощью которых можно рассчитать прошлое и будущее мира, если дана любая малая часть его истории. Физическая наука, таким образом, приближается к этапу, когда она будет завершена и станет поэтому неинтересной. Если мы знаем законы, управляющие движениями электронов и протонов, то все остальное – просто география, собрание конкретных фактов, говорящих о распределении частиц по каким-то отрезкам мировой истории. Общее число фактов географии, необходимых для того, чтобы рассчитать мировую историю, видимо, не слишком велико. Теоретически их можно было бы записать в большую книгу, а книгу поместить в Сомерсет Хаусе вместе с вычислительной машиной: поворот рычага позволил бы исследователю найти новые факты, принадлежащие другому времени, нежели то, к которому относятся факты уже зарегистрированные. Трудно представить себе что-либо более скучное и непохожее на ту радость, которую вызывало до недавней поры даже самое небольшое открытие.

   — Бертран Рассел · книга
2. «

   Вы должны разбирать все научно, оригинально, конкретно, вы понимаете?!

   Вы должны разбирать все научно, оригинально, конкретно, вы понимаете?!

   — Евгений Николаевич Понасенков
3. «

   Вера тебя не спасёт... Тебя спасут медицина и надувные мешки в автомобиле. Бог тебя не защитит... Тебя сможет защитить только разум. Только просвещение... Верь лишь в то, что приносит ощутимые результаты. Сколько лет прошло с тех пор, когда кто-то расхаживал по воде аки посуху? В наше время чудеса способна творить только наука... компьютеры, вакцины, космические станции, а теперь даже и божественное чудо творения. Вещество из ничего получено в лаборатории... Кому нужен этот Бог? Никому! Наука — это наше божество!

   Вера тебя не спасёт... Тебя спасут медицина и надувные мешки в автомобиле. Бог тебя не защитит... Тебя сможет защитить только разум. Только просвещение... Верь лишь в то, что приносит ощутимые результаты. Сколько лет прошло с тех пор, когда кто-то расхаживал по воде аки посуху? В наше время чудеса способна творить только наука... компьютеры, вакцины, космические станции, а теперь даже и божественное чудо творения. Вещество из ничего получено в лаборатории... Кому нужен этот Бог? Никому! Наука — это наше божество!

   — Дэн Браун · книга
4. «

   А какой там продают кофе-э-э… Шеф хвастался, что состав был разработан в наших секретных лабораториях и первоначально позиционировался как стимулятор желудочных и сердечных заболеваний. Несколько молодых демонов-аспирантов серьёзно отравились при испытаниях, но люди же пьют! Людей ничем не выведешь…

   А какой там продают кофе-э-э… Шеф хвастался, что состав был разработан в наших секретных лабораториях и первоначально позиционировался как стимулятор желудочных и сердечных заболеваний. Несколько молодых демонов-аспирантов серьёзно отравились при испытаниях, но люди же пьют! Людей ничем не выведешь…

   — Андрей Белянин · книга
5. «

   Для счастья важнее то, как часто мы испытываем приятное чувство, или, как говорят психологи, «положительный аффект», а не то, насколько сильно это чувство. Иными словами, хорошая новость — это прежде всего хорошая новость; насколько она хороша, уже не так важно. Значит, чтобы жить счастливо, нужно получать свои маленькие «положительные аффекты» как можно более регулярно. Множество просто хороших новостей лучше, чем одна отличная новость.

   Для счастья важнее то, как часто мы испытываем приятное чувство, или, как говорят психологи, «положительный аффект», а не то, насколько сильно это чувство. Иными словами, хорошая новость — это прежде всего хорошая новость; насколько она хороша, уже не так важно. Значит, чтобы жить счастливо, нужно получать свои маленькие «положительные аффекты» как можно более регулярно. Множество просто хороших новостей лучше, чем одна отличная новость.

   — Нассим Николас Талеб · книга
6. «

   — Вы колдун! Если бы золото было так просто добывать, все бы это знали и все бы так делали! — Все знают семь нот октавы, но лишь господин Люлли умеет сочинять оперы.

   — Вы колдун! Если бы золото было так просто добывать, все бы это знали и все бы так делали! — Все знают семь нот октавы, но лишь господин Люлли умеет сочинять оперы.

   — Конан Беше · фильм
7. «

   Жизнь такая короткая, а ДНК — такая длинная... Если вы хотите сделать себе имя, если вообще хотите совершить что-то значительное в науке — держитесь подальше от этих университетов, вот вам мой совет.

   Жизнь такая короткая, а ДНК — такая длинная... Если вы хотите сделать себе имя, если вообще хотите совершить что-то значительное в науке — держитесь подальше от этих университетов, вот вам мой совет.

   — Майкл Крайтон · книга
8. «

   У кого есть наука, тот не нуждается в религии.

   У кого есть наука, тот не нуждается в религии.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте
9. «

   Забавно, как часто новые научные идеи находят отражение в произведениях искусств.

   Забавно, как часто новые научные идеи находят отражение в произведениях искусств.

   — профессор Джон Олдмэн · фильм
10. «

    Это вполне научное явление... с рогами.

    Это вполне научное явление... с рогами.

    — Мартынко · мультфильм
11. «

    Наука — это очень деликатная вещь. Грубо — вы можете поймать человека, обучить его чему-то, например в кавалерии — обучить сидеть на коне. Здесь же — тяжелое и сложное дело. Вы учите человека много лет, и только после этого он начинает работать, и вдруг становится ясно, что он никуда не годится. Или наоборот. Это первое. Здесь выборка другая, и деликатная. Государство это не ломало. И эта сфера сохранилась. И второе. Вам нужна сначала идеология научная. Нужны масштабные проекты, приоритеты, и что вы будете делать. У нас это есть. Некоторое время назад президент утвердил стратегию научно-технологического развития. Утверждение этой стратегии фактически приравняло науку к обороне, к стратегии национальной безопасности.

    Наука — это очень деликатная вещь. Грубо — вы можете поймать человека, обучить его чему-то, например в кавалерии — обучить сидеть на коне. Здесь же — тяжелое и сложное дело. Вы учите человека много лет, и только после этого он начинает работать, и вдруг становится ясно, что он никуда не годится. Или наоборот. Это первое. Здесь выборка другая, и деликатная. Государство это не ломало. И эта сфера сохранилась. И второе. Вам нужна сначала идеология научная. Нужны масштабные проекты, приоритеты, и что вы будете делать. У нас это есть. Некоторое время назад президент утвердил стратегию научно-технологического развития. Утверждение этой стратегии фактически приравняло науку к обороне, к стратегии национальной безопасности.

    — Михаил Валентинович Ковальчук
12. «

    И я поняла, что куда больше подхожу для того, чтобы целоваться на солнце с юношей, чем для того, чтобы защищать диссертацию...

    И я поняла, что куда больше подхожу для того, чтобы целоваться на солнце с юношей, чем для того, чтобы защищать диссертацию...

    — Франсуаза Саган · книга
13. «

    Я философию постиг, я стал юристом, стал врачом... Увы! С усердьем и трудом и в богословье я проник, — и не умней я стал в конце концов, чем прежде был.

    Я философию постиг, я стал юристом, стал врачом... Увы! С усердьем и трудом и в богословье я проник, — и не умней я стал в конце концов, чем прежде был.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
14. «

    — Не хотелось бы устраивать спор, — улыбнулся Адам, — но я могу согласиться с теорией Большого взрыва не больше, чем с людьми, которые считают, что мир покоится на гигантских черепахах. — Нельзя не соглашаться с теорией Большого взрыва! — воскликнула Хизер. — Почему? — Ну, потому что это не просто точка зрения, а общепринятая теория, подтвержденная множеством доказательств. Это не что-нибудь такое, с чем можно соглашаться или не соглашаться по собственной прихоти. Ты, конечно, можешь попытаться доказать ее ошибочность, но это будет уже совсем другое дело. — Значит, можно сформировать собственное мнение о креационизме или, скажем, о том, есть ли Бог, но нельзя подвергать сомнению историю о том, что вселенная началась оттого, что одна малюсенькая крошка по никому не известной причине вдруг взяла да взорвалась?

    — Не хотелось бы устраивать спор, — улыбнулся Адам, — но я могу согласиться с теорией Большого взрыва не больше, чем с людьми, которые считают, что мир покоится на гигантских черепахах. — Нельзя не соглашаться с теорией Большого взрыва! — воскликнула Хизер. — Почему? — Ну, потому что это не просто точка зрения, а общепринятая теория, подтвержденная множеством доказательств. Это не что-нибудь такое, с чем можно соглашаться или не соглашаться по собственной прихоти. Ты, конечно, можешь попытаться доказать ее ошибочность, но это будет уже совсем другое дело. — Значит, можно сформировать собственное мнение о креационизме или, скажем, о том, есть ли Бог, но нельзя подвергать сомнению историю о том, что вселенная началась оттого, что одна малюсенькая крошка по никому не известной причине вдруг взяла да взорвалась?

    — Скарлетт Томас · книга
15. «

    Исследования показывают, что без здорового сна невозможна эффективная умственная и физическая деятельность. А? Что? Мало сплю? Ну... ничего не поделаешь!

    Исследования показывают, что без здорового сна невозможна эффективная умственная и физическая деятельность. А? Что? Мало сплю? Ну... ничего не поделаешь!

    — Сахароза · игра
16. «

    Булю показал мне удивительную исследовательскую работу, только что законченную его практикантом и уже принятую к публикации; в ней подробно рассматривались две тысячи предсказаний, сделанных аналитиками ценных бумаг. В работе наглядно показывалось, что эти брокер-аналитики не предсказывали ничего: наивный прогноз человека, просто переносящего цифры из истекшего периода в следующий, был бы немногим хуже. А ведь аналитики владеют информацией о заказах, грядущих контрактах и планируемых расходах и благодаря этим ценным знаниям вроде должны прогнозировать значительно лучше, чем наш наивный предсказатель, не располагающий никакой информацией, кроме прошлых данных. Хуже того, разрыв между предсказанными и реальными величинами был гораздо существенней, чем между разными прогнозами, а значит, аналитиками руководил стадный инстинкт. Иначе прогнозы отстояли бы друг от друга настолько же, насколько они отстоят от реальности.

    Булю показал мне удивительную исследовательскую работу, только что законченную его практикантом и уже принятую к публикации; в ней подробно рассматривались две тысячи предсказаний, сделанных аналитиками ценных бумаг. В работе наглядно показывалось, что эти брокер-аналитики не предсказывали ничего: наивный прогноз человека, просто переносящего цифры из истекшего периода в следующий, был бы немногим хуже. А ведь аналитики владеют информацией о заказах, грядущих контрактах и планируемых расходах и благодаря этим ценным знаниям вроде должны прогнозировать значительно лучше, чем наш наивный предсказатель, не располагающий никакой информацией, кроме прошлых данных. Хуже того, разрыв между предсказанными и реальными величинами был гораздо существенней, чем между разными прогнозами, а значит, аналитиками руководил стадный инстинкт. Иначе прогнозы отстояли бы друг от друга настолько же, насколько они отстоят от реальности.

    — Нассим Николас Талеб · книга
17. «

    То, что в одном веке считают мистикой, в другом становится научным знанием.

    То, что в одном веке считают мистикой, в другом становится научным знанием.

    — Парацельс
18. «

    Когда идет передел власти, люди перестают интересоваться состоянием наук.

    Когда идет передел власти, люди перестают интересоваться состоянием наук.

    — Лео Яковлев · книга
19. «

    В науке все так и происходит. То, что вчера противоречило догме и категорически отрицалось, сегодня допускается как вероятное, завтра принимается всеми как догма, послезавтра догма костенеет, и очередная идея потихоньку долбит ее изнутри острым клювиком, как птенец яичную скорлупу.

    В науке все так и происходит. То, что вчера противоречило догме и категорически отрицалось, сегодня допускается как вероятное, завтра принимается всеми как догма, послезавтра догма костенеет, и очередная идея потихоньку долбит ее изнутри острым клювиком, как птенец яичную скорлупу.

    — Полина Дашкова · книга
20. «

    С богатыми людьми возникала одна и та же проблема — они вкладывали деньги в науку, но не знали толком, на что эта отрасль науки способна.

    С богатыми людьми возникала одна и та же проблема — они вкладывали деньги в науку, но не знали толком, на что эта отрасль науки способна.

    — Майкл Крайтон · книга