«неравенство» в 34 цитаты

Собрали 34 цитаты на тему «неравенство» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Произошедшее во Вьетнаме должно стать предупреждением о том, что может случиться в любой части мира, пока сами страны у себя внутри не погасят или хотя бы не ослабят напряженность из-за национального неравенства и — особенно — из-за неравенства в благосостоянии и возможностях. Подобное неравенство в итоге разжигает горечь и ненависть до такой степени, что они выплескиваются в бунты и революции.

   Произошедшее во Вьетнаме должно стать предупреждением о том, что может случиться в любой части мира, пока сами страны у себя внутри не погасят или хотя бы не ослабят напряженность из-за национального неравенства и — особенно — из-за неравенства в благосостоянии и возможностях. Подобное неравенство в итоге разжигает горечь и ненависть до такой степени, что они выплескиваются в бунты и революции.

   — Ли Куан Ю
2. «

   Странный контраст – серая, почти безликая масса жертв войны молча тащится по улице, а позади едва ползут машины тех, кто разбогател на войне. Они ворчат, вздрагивают, фыркают, нетерпеливо движутся по пятам за вдовами убитых, которые вместе с детьми завершают шествие, голодные, отощавшие, обнищавшие, испуганные. А в машинах ослепительно пестреют роскошные летние туалеты – полотно и шелк тех, кто развалился на сиденьях, полные щеки, округлые плечи и лица, смущенные тем, что пришлось попасть в столь неприятную ситуацию. Пешеходам на тротуарах легче: они просто отводят взгляд и торопят детей, которые то и дело останавливаются и требуют объяснить. Что такое инвалиды.

   Странный контраст – серая, почти безликая масса жертв войны молча тащится по улице, а позади едва ползут машины тех, кто разбогател на войне. Они ворчат, вздрагивают, фыркают, нетерпеливо движутся по пятам за вдовами убитых, которые вместе с детьми завершают шествие, голодные, отощавшие, обнищавшие, испуганные. А в машинах ослепительно пестреют роскошные летние туалеты – полотно и шелк тех, кто развалился на сиденьях, полные щеки, округлые плечи и лица, смущенные тем, что пришлось попасть в столь неприятную ситуацию. Пешеходам на тротуарах легче: они просто отводят взгляд и торопят детей, которые то и дело останавливаются и требуют объяснить. Что такое инвалиды.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   Богатые всегда легко рассуждают о бедности. Ведь сытый голодного не разумеет.

   Богатые всегда легко рассуждают о бедности. Ведь сытый голодного не разумеет.

   — Митч МакДир · фильм
4. «

   Если человеческое равенство надо навсегда сделать невозможным, если высшие, как мы их называем, хотят сохранить свое место навеки, тогда господствующим душевным состоянием должно быть управляемое безумие.

   Если человеческое равенство надо навсегда сделать невозможным, если высшие, как мы их называем, хотят сохранить свое место навеки, тогда господствующим душевным состоянием должно быть управляемое безумие.

   — Джордж Оруэлл · книга
5. «

   Настанет время, когда будут удивляться тому, что могли когда-либо существовать люди, способные, не работая, наслаждаться за счет тех, которые работали, не наслаждаясь.

   Настанет время, когда будут удивляться тому, что могли когда-либо существовать люди, способные, не работая, наслаждаться за счет тех, которые работали, не наслаждаясь.

   — Герберт Спенсер
6. «

   В лесу бог лесу не уравнял, в народстве — людей.

   В лесу бог лесу не уравнял, в народстве — людей.

   — Русские пословицы и поговорки
7. «

   Мир был и будет всегда разделен на господ и рабов, на богатых и бедных, на знатных и плебеев... и всегда он будет так разделен...

   Мир был и будет всегда разделен на господ и рабов, на богатых и бедных, на знатных и плебеев... и всегда он будет так разделен...

   — Рафаэлло Джованьоли · книга
8. «

   Неравное положение мужчины и женщины в обществе есть результат подчинения женщины грубой мужской силе, а вовсе не предписание природы.

   Неравное положение мужчины и женщины в обществе есть результат подчинения женщины грубой мужской силе, а вовсе не предписание природы.

   — Пулен де ля Барр
9. «

   Почти 30 лет мы стремились к эгалитарному обществу. Но если мы хотим получить успешных предпринимателей, нам придется смириться с неравенством в зарплатах успешных и менее успешных сотрудников.

   Почти 30 лет мы стремились к эгалитарному обществу. Но если мы хотим получить успешных предпринимателей, нам придется смириться с неравенством в зарплатах успешных и менее успешных сотрудников.

   — Ли Куан Ю
10. «

    Мы с ним слишком разные, чтобы он считал нас равными себе.

    Мы с ним слишком разные, чтобы он считал нас равными себе.

    — Ирвин Уэлш · книга
11. «

    Алварец: Не замолчат, не слыханно у нас, Чтобы на улице найденный человек С семейством очень древним, благородным Мог сблизиться.

    Алварец: Не замолчат, не слыханно у нас, Чтобы на улице найденный человек С семейством очень древним, благородным Мог сблизиться.

    — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
12. «

    Все люди равны, но как и раньше В мире есть те, кто равнее других.

    Все люди равны, но как и раньше В мире есть те, кто равнее других.
13. «

    Все это превосходно придумано и служит залогом сохранения нации. Какое счастье для народа – иметь двадцать пять герцогов, пять маркизов, семьдесят шесть графов, девять виконтов и шестьдесят одного барона, что составляет в совокупности сто семьдесят шесть пэров, из коих одних величают «ваша светлость», а других «ваше сиятельство». Велика, подумаешь, важность, если при этом кое-где и попадаются кое-какие лохмотья! Нельзя же требовать, чтобы всюду было одно лишь золото. Лохмотья так лохмотья! Зато рядом с ними – пурпур. Одно искупает другое. Велика важность, что на свете есть неимущие! Они служат строительным материалом для счастья богачей. Черт возьми! Наши лорды – наша слава.

    Все это превосходно придумано и служит залогом сохранения нации. Какое счастье для народа – иметь двадцать пять герцогов, пять маркизов, семьдесят шесть графов, девять виконтов и шестьдесят одного барона, что составляет в совокупности сто семьдесят шесть пэров, из коих одних величают «ваша светлость», а других «ваше сиятельство». Велика, подумаешь, важность, если при этом кое-где и попадаются кое-какие лохмотья! Нельзя же требовать, чтобы всюду было одно лишь золото. Лохмотья так лохмотья! Зато рядом с ними – пурпур. Одно искупает другое. Велика важность, что на свете есть неимущие! Они служат строительным материалом для счастья богачей. Черт возьми! Наши лорды – наша слава.

    — Виктор Гюго · книга
14. «

    Мы легко согласимся, что разделенность на простолюдинов и аристократов — <...> игра воображения.

    Мы легко согласимся, что разделенность на простолюдинов и аристократов — <...> игра воображения.

    — Юваль Ной Харари · книга
15. «

    Не скрещивай шпаги с тем, у кого её нет!

    Не скрещивай шпаги с тем, у кого её нет!

    — Станислав Ежи Лец
16. «

    — Равенство — это полная чушь. — Как вы можете говорить такое? — Легко. Это философский вопрос. Я верю в оправданное неравенство. Пример: весь тот мусор, который мы убираем. Преступники. Педофилы. Они не равны мне. Ни в коем случае.

    — Равенство — это полная чушь. — Как вы можете говорить такое? — Легко. Это философский вопрос. Я верю в оправданное неравенство. Пример: весь тот мусор, который мы убираем. Преступники. Педофилы. Они не равны мне. Ни в коем случае.

    — Ирвин Уэлш · книга
17. «

    Милосердие, доброта, справедливость, самоотвержение, всё это только и может проявляться, когда есть горе, неравенство положений, обида, жестокость.

    Милосердие, доброта, справедливость, самоотвержение, всё это только и может проявляться, когда есть горе, неравенство положений, обида, жестокость.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
18. «

    Женщины живут в стране, которая называется дом. Они ее коренное население. Поэтизированный невнимательными наблюдателями, воспетый романтизирующими его пропагандистами, дом преподносится как противоположность внешнему миру: в нем тепло, когда снаружи холодно; в нем царит любовь, а снаружи — жестокость. Дом — убежище от внешнего мира, островок покоя, безопасности и комфорта (эмоционального, если не материального). <...> Дом для женщины может стать тюрьмой: ее могут держать в нем взаперти, не позволять выходить, или сама она может быть слишком изувеченной, чтобы покинуть его; женщину в нем могут истязать или сжечь живьем; женщина в нем может быть служанкой, выполняющей черную работу и живущей в черном теле; законным имуществом; имуществом, предназначенным для секса; имуществом, предназначенным для воспроизводства.

    Женщины живут в стране, которая называется дом. Они ее коренное население. Поэтизированный невнимательными наблюдателями, воспетый романтизирующими его пропагандистами, дом преподносится как противоположность внешнему миру: в нем тепло, когда снаружи холодно; в нем царит любовь, а снаружи — жестокость. Дом — убежище от внешнего мира, островок покоя, безопасности и комфорта (эмоционального, если не материального). <...> Дом для женщины может стать тюрьмой: ее могут держать в нем взаперти, не позволять выходить, или сама она может быть слишком изувеченной, чтобы покинуть его; женщину в нем могут истязать или сжечь живьем; женщина в нем может быть служанкой, выполняющей черную работу и живущей в черном теле; законным имуществом; имуществом, предназначенным для секса; имуществом, предназначенным для воспроизводства.

    — Андреа Рита Дворкин
19. «

    Быть мужчиной означает жизнь без правил. Можно в церкви говорить одно, а в баре — другое, и все будет правдой. Можно быть прекрасным мужем и отцом, добрым христианином и при этом трахать каждую секретаршу, официантку и проститутку, которая на глаза попадется. У них есть такой специальный сигнальный код: подмигнуть, кивнуть — я имел эту девицу, или няню, или стюардессу, эту горничную или инструкторшу по верховой езде. Но малейший намек, что она далеко не девственница (у нее, в конце концов, трое детей), означает пожизненное проклятие, позорное пятно, алую «А».

    Быть мужчиной означает жизнь без правил. Можно в церкви говорить одно, а в баре — другое, и все будет правдой. Можно быть прекрасным мужем и отцом, добрым христианином и при этом трахать каждую секретаршу, официантку и проститутку, которая на глаза попадется. У них есть такой специальный сигнальный код: подмигнуть, кивнуть — я имел эту девицу, или няню, или стюардессу, эту горничную или инструкторшу по верховой езде. Но малейший намек, что она далеко не девственница (у нее, в конце концов, трое детей), означает пожизненное проклятие, позорное пятно, алую «А».

    — Филипп Майер · книга
20. «

    Не неравенство тягостно, а зависимость.

    Не неравенство тягостно, а зависимость.

    — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)