90 цитат про «неравенство» для вдохновения

Собрали 90 цитат на тему «неравенство» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Всё в мире множественно, интеллект у всех различен, совершенство требует присутствия неравенства, обеспечивающего все ступени совершенствования.

   Всё в мире множественно, интеллект у всех различен, совершенство требует присутствия неравенства, обеспечивающего все ступени совершенствования.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
2. «

   — Что такое неравенство? — То, что способности и усилия разных людей по-разному влияют на их социальный статус.

   — Что такое неравенство? — То, что способности и усилия разных людей по-разному влияют на их социальный статус.

   — Тацуя Сиба · аниме
3. «

   Она продала свои немногие драгоценности и сбежала из мира, где мужчины сжимают женщин так крепко, что ломают им крылья; где передают девочек из клетки в клетку — из дома отца в дом мужа.

   Она продала свои немногие драгоценности и сбежала из мира, где мужчины сжимают женщин так крепко, что ломают им крылья; где передают девочек из клетки в клетку — из дома отца в дом мужа.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   Все это превосходно придумано и служит залогом сохранения нации. Какое счастье для народа – иметь двадцать пять герцогов, пять маркизов, семьдесят шесть графов, девять виконтов и шестьдесят одного барона, что составляет в совокупности сто семьдесят шесть пэров, из коих одних величают «ваша светлость», а других «ваше сиятельство». Велика, подумаешь, важность, если при этом кое-где и попадаются кое-какие лохмотья! Нельзя же требовать, чтобы всюду было одно лишь золото. Лохмотья так лохмотья! Зато рядом с ними – пурпур. Одно искупает другое. Велика важность, что на свете есть неимущие! Они служат строительным материалом для счастья богачей. Черт возьми! Наши лорды – наша слава.

   Все это превосходно придумано и служит залогом сохранения нации. Какое счастье для народа – иметь двадцать пять герцогов, пять маркизов, семьдесят шесть графов, девять виконтов и шестьдесят одного барона, что составляет в совокупности сто семьдесят шесть пэров, из коих одних величают «ваша светлость», а других «ваше сиятельство». Велика, подумаешь, важность, если при этом кое-где и попадаются кое-какие лохмотья! Нельзя же требовать, чтобы всюду было одно лишь золото. Лохмотья так лохмотья! Зато рядом с ними – пурпур. Одно искупает другое. Велика важность, что на свете есть неимущие! Они служат строительным материалом для счастья богачей. Черт возьми! Наши лорды – наша слава.

   — Виктор Гюго · книга
5. «

   Все животные равны, но некоторые животные равнее других.

   Все животные равны, но некоторые животные равнее других.

   — Джордж Оруэлл · книга
6. «

   Если человеческое равенство надо навсегда сделать невозможным, если высшие, как мы их называем, хотят сохранить свое место навеки, тогда господствующим душевным состоянием должно быть управляемое безумие.

   Если человеческое равенство надо навсегда сделать невозможным, если высшие, как мы их называем, хотят сохранить свое место навеки, тогда господствующим душевным состоянием должно быть управляемое безумие.

   — Джордж Оруэлл · книга
7. «

   Предрассудки, разделяющие сословия, — не более чем химера. Природа создала всех людей равными, нет ни одного, кто бы не появился на свет из лона её жалким и нагим, ни одного, кого бы она породила и подвела к концу жизни его иным способом, нежели прочие свои создания. Различия между людьми состоят единственно в добродетели: достоин презрения лишь тот, кто использует дарованные ему права согласно нежным установкам, дабы безнаказанно предаваться пороку.

   Предрассудки, разделяющие сословия, — не более чем химера. Природа создала всех людей равными, нет ни одного, кто бы не появился на свет из лона её жалким и нагим, ни одного, кого бы она породила и подвела к концу жизни его иным способом, нежели прочие свои создания. Различия между людьми состоят единственно в добродетели: достоин презрения лишь тот, кто использует дарованные ему права согласно нежным установкам, дабы безнаказанно предаваться пороку.

   — Маркиз де Сад · книга
8. «

   Везде, где есть большая собственность, есть большое неравенство.

   Везде, где есть большая собственность, есть большое неравенство.

   — Адам Смит
9. «

   Жизненно и прекрасно лишь общество, основанное на многообразии, дифференциации, неравенстве. Унификация, равенство смертельны для общества.

   Жизненно и прекрасно лишь общество, основанное на многообразии, дифференциации, неравенстве. Унификация, равенство смертельны для общества.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
10. «

    0001284. Перед законом все равны, но русский язык в особом статусе перед законом о добровольном изучении родного языка. Или русский язык — не родной? В России, где русский язык для многих родной, принят закон о добровольном изучении родного языка, в том числе и русского. Перед законом в России некоторые ровнее, к примеру, на русский язык не распространяется действие закона о добровольном изучении родного языка.

    0001284. Перед законом все равны, но русский язык в особом статусе перед законом о добровольном изучении родного языка. Или русский язык — не родной? В России, где русский язык для многих родной, принят закон о добровольном изучении родного языка, в том числе и русского. Перед законом в России некоторые ровнее, к примеру, на русский язык не распространяется действие закона о добровольном изучении родного языка.
11. «

    — Mon cher, — говаривал Крутицын, — разделите сегодня все поровну, а завтра неравенство все-таки вступит в свои права.

    — Mon cher, — говаривал Крутицын, — разделите сегодня все поровну, а завтра неравенство все-таки вступит в свои права.

    — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин · книга
12. «

    Мишаня к тебе после морового поветрия очень сильно переменился — понял, что ты жизнью ради больных рисковала. Для других — есть болезнь, есть и лекарь, все само собой разумеющееся, как если бы: есть туча, есть и дождик, иначе и быть не может. А Мишаня понял. Для воина тот, кто, собой рискуя, другого спас, роднее роднее брата кровного делается. Он, в отличие от остальных, в тебе это увидел и оценил. Бабу по достоинству оценить, с уважением отнестись, с благодарностью… редко это у них бывает, даже у самых лучших. А уж признать равной себе… почитай, никто из них не способен, наш мир — мужской мир. Мишаня же способен, это — редкость, повезло тебе.

    Мишаня к тебе после морового поветрия очень сильно переменился — понял, что ты жизнью ради больных рисковала. Для других — есть болезнь, есть и лекарь, все само собой разумеющееся, как если бы: есть туча, есть и дождик, иначе и быть не может. А Мишаня понял. Для воина тот, кто, собой рискуя, другого спас, роднее роднее брата кровного делается. Он, в отличие от остальных, в тебе это увидел и оценил. Бабу по достоинству оценить, с уважением отнестись, с благодарностью… редко это у них бывает, даже у самых лучших. А уж признать равной себе… почитай, никто из них не способен, наш мир — мужской мир. Мишаня же способен, это — редкость, повезло тебе.

    — Евгений Красницкий · книга
13. «

    Ненавижу, когда притесняют по признаку расы, религии или ориентации. Раз это происходит в моей стране, то считайте что я еврейка, атеист и гей.

    Ненавижу, когда притесняют по признаку расы, религии или ориентации. Раз это происходит в моей стране, то считайте что я еврейка, атеист и гей.

    — Ксения Собчак
14. «

    Странный контраст – серая, почти безликая масса жертв войны молча тащится по улице, а позади едва ползут машины тех, кто разбогател на войне. Они ворчат, вздрагивают, фыркают, нетерпеливо движутся по пятам за вдовами убитых, которые вместе с детьми завершают шествие, голодные, отощавшие, обнищавшие, испуганные. А в машинах ослепительно пестреют роскошные летние туалеты – полотно и шелк тех, кто развалился на сиденьях, полные щеки, округлые плечи и лица, смущенные тем, что пришлось попасть в столь неприятную ситуацию. Пешеходам на тротуарах легче: они просто отводят взгляд и торопят детей, которые то и дело останавливаются и требуют объяснить. Что такое инвалиды.

    Странный контраст – серая, почти безликая масса жертв войны молча тащится по улице, а позади едва ползут машины тех, кто разбогател на войне. Они ворчат, вздрагивают, фыркают, нетерпеливо движутся по пятам за вдовами убитых, которые вместе с детьми завершают шествие, голодные, отощавшие, обнищавшие, испуганные. А в машинах ослепительно пестреют роскошные летние туалеты – полотно и шелк тех, кто развалился на сиденьях, полные щеки, округлые плечи и лица, смущенные тем, что пришлось попасть в столь неприятную ситуацию. Пешеходам на тротуарах легче: они просто отводят взгляд и торопят детей, которые то и дело останавливаются и требуют объяснить. Что такое инвалиды.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    – Ты нормально? – Да, сэр. – Слушай, Пит. Да, мы все так или иначе на этом Теде Гамильтоне свихнулись… Я заметил по себе. Но при этом я отлично понимаю, кто любит мою девочку и кого бы она выбрала, будь в жизни всё по справедливости. – Но это не так. – Нет. Нет, не так… Когда я был в твоём возрасте, я по уши влюбился в Эленор Хёрши… Династия Хёрши… Шоколад Хёрши… Прелестная девушка, абсолютно без претензий. Я познакомился с ней на заправке. Но появился тот француз, богатый до ужаса, чуть ли не владелец Франции… У меня не было шансов. Так уж порой бывает, Пит. Не должно быть, но бывает. Порой Голиаф побеждает Давида… Но об этом легенд не создают.

    – Ты нормально? – Да, сэр. – Слушай, Пит. Да, мы все так или иначе на этом Теде Гамильтоне свихнулись… Я заметил по себе. Но при этом я отлично понимаю, кто любит мою девочку и кого бы она выбрала, будь в жизни всё по справедливости. – Но это не так. – Нет. Нет, не так… Когда я был в твоём возрасте, я по уши влюбился в Эленор Хёрши… Династия Хёрши… Шоколад Хёрши… Прелестная девушка, абсолютно без претензий. Я познакомился с ней на заправке. Но появился тот француз, богатый до ужаса, чуть ли не владелец Франции… У меня не было шансов. Так уж порой бывает, Пит. Не должно быть, но бывает. Порой Голиаф побеждает Давида… Но об этом легенд не создают.

    — Генри Фатч (Henry Futch) · фильм
16. «

    Мы легко согласимся, что разделенность на простолюдинов и аристократов — <...> игра воображения.

    Мы легко согласимся, что разделенность на простолюдинов и аристократов — <...> игра воображения.

    — Юваль Ной Харари · книга
17. «

    Мать Тереза прилетела прямо из Калькутты, чтобы помочь церкви вести кампанию за сохранение запрета. Из этой кампании выходило, что ирландка, которую бьет муж-пропойца, насилующий собственных детей, не достойна лучшей доли и рискует угодить в ад, если будет вымаливать шанс начать все сначала <...> В том же году мать Тереза публично выразила надежду, что принцесса Диана вздохнет с облегчением, вырвавшись из явно неудачного брака. Впрочем, мало кто удивляется, если церковные правила оказываются строже к бедным, чем к богатым.

    Мать Тереза прилетела прямо из Калькутты, чтобы помочь церкви вести кампанию за сохранение запрета. Из этой кампании выходило, что ирландка, которую бьет муж-пропойца, насилующий собственных детей, не достойна лучшей доли и рискует угодить в ад, если будет вымаливать шанс начать все сначала <...> В том же году мать Тереза публично выразила надежду, что принцесса Диана вздохнет с облегчением, вырвавшись из явно неудачного брака. Впрочем, мало кто удивляется, если церковные правила оказываются строже к бедным, чем к богатым.

    — Кристофер Хитченс · книга
18. «

    Соперниц я могла бы не бояться, Когда бы с ними мне дано было сравняться, - Тогда бы ревность мне не пламенила кровь И преимущество дала бы мне любовь. Увы! Неравенство и званья и рожденья Дают передо мной им явно предпочтенье.

    Соперниц я могла бы не бояться, Когда бы с ними мне дано было сравняться, - Тогда бы ревность мне не пламенила кровь И преимущество дала бы мне любовь. Увы! Неравенство и званья и рожденья Дают передо мной им явно предпочтенье.

    — Жан-Батист Мольер · книга
19. «

    Мы должны говорить от имени тех, кто не может говорить за себя.

    Мы должны говорить от имени тех, кто не может говорить за себя.

    — Питер Сингер
20. «

    — Те, кто напал на нас — террористы из «Реньюниона», социальное движение заражённых орипатией людей. Поначалу они лишь боролись с дискриминацией и дальше протестов не заходили. Но вот их гнилое нутро и показало свои клыки... Они ведь и сами должны понимать, что Урсус такие мятежи не прощает. — Похоже, они и правда рачитывают на победу здесь. Бездействие вооружённых сил Урсуса только подчёркивает это. Все наши планы идут прахом. — Но почему они напали сейчас — перед самым «Бедствием»? — Должно быть, с самого начала собирались воспользоваться возникшим хаосом. Ради мести своим угнетателям готовы угробить даже себя.

    — Те, кто напал на нас — террористы из «Реньюниона», социальное движение заражённых орипатией людей. Поначалу они лишь боролись с дискриминацией и дальше протестов не заходили. Но вот их гнилое нутро и показало свои клыки... Они ведь и сами должны понимать, что Урсус такие мятежи не прощает. — Похоже, они и правда рачитывают на победу здесь. Бездействие вооружённых сил Урсуса только подчёркивает это. Все наши планы идут прахом. — Но почему они напали сейчас — перед самым «Бедствием»? — Должно быть, с самого начала собирались воспользоваться возникшим хаосом. Ради мести своим угнетателям готовы угробить даже себя.

    — Доберманн (Dobermann) · аниме