Топ-94 цитаты: «неравенство»

Собрали 94 цитаты на тему «неравенство» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Мы легко согласимся, что разделенность на простолюдинов и аристократов — <...> игра воображения.

   Мы легко согласимся, что разделенность на простолюдинов и аристократов — <...> игра воображения.

   — Юваль Ной Харари · книга
2. «

   Милосердие, доброта, справедливость, самоотвержение, всё это только и может проявляться, когда есть горе, неравенство положений, обида, жестокость.

   Милосердие, доброта, справедливость, самоотвержение, всё это только и может проявляться, когда есть горе, неравенство положений, обида, жестокость.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
3. «

   Мы с ним слишком разные, чтобы он считал нас равными себе.

   Мы с ним слишком разные, чтобы он считал нас равными себе.

   — Ирвин Уэлш · книга
4. «

   На известной ступени нужды, бедняк, отупев, не жалуется больше на зло и не благодарит за добро.

   На известной ступени нужды, бедняк, отупев, не жалуется больше на зло и не благодарит за добро.

   — Виктор Гюго · книга
5. «

   — ... Ну наконец-то ты заговорила! А то уже второй день от тебя ничего, кроме отрывистых ответов и странных взглядов... — Сан, ты знаком с «Белым Клыком»? — Ага. Не думаю, что в нашем мире есть хотя бы один фавн, который не слышал об этих придурках, решающих все проблемы насилием. Стадо дебилов, как по мне. — Когда-то я тоже была одной из них. — Стой! Ты была в «Белом Клыке»?! — Я была частью этой группировки, сколько себя помню. Даже можно сказать, что я родилась среди них. Но тогда всё было иначе, чем сейчас: после войны мы должны были быть символом мира и братства между людьми и фавнами. Только вот, несмотря на обещанное равенство, фавны так и подвергались дискриминации — люди продолжали смотреть на нас сверху вниз. И тогда «Белый Клык» стал голосом нашего народа. И я была там — в первых рядах каждой мирной демонстрации и бойкота. Я правда думала, что наши действия что-то меняют... но тогда я была лишь наивной оптимисткой. И вот, пять лет назад у нас сменился лидер. Сменилась и тактика — мирные протесты стали перерастать в организованные атаки. Мы громили магазины, где не обслуживали фавнов. Воровали поставки у компаний, эксплуатировавших наших братьев. Но хуже всего то, что эти действия сработали — люди начали признавать нас равными себе. Но не из уважения, а из страха. И тогда я ушла — больше не хотела использовать свои навыки в злых целях, даже против людей. Тогда-то я и решила стать Охотницей. И вот я здесь — преступница, скрывающаяся у всех на виду с помощью маленького чёрного банта. — А твои друзья знают об этом?

   — ... Ну наконец-то ты заговорила! А то уже второй день от тебя ничего, кроме отрывистых ответов и странных взглядов... — Сан, ты знаком с «Белым Клыком»? — Ага. Не думаю, что в нашем мире есть хотя бы один фавн, который не слышал об этих придурках, решающих все проблемы насилием. Стадо дебилов, как по мне. — Когда-то я тоже была одной из них. — Стой! Ты была в «Белом Клыке»?! — Я была частью этой группировки, сколько себя помню. Даже можно сказать, что я родилась среди них. Но тогда всё было иначе, чем сейчас: после войны мы должны были быть символом мира и братства между людьми и фавнами. Только вот, несмотря на обещанное равенство, фавны так и подвергались дискриминации — люди продолжали смотреть на нас сверху вниз. И тогда «Белый Клык» стал голосом нашего народа. И я была там — в первых рядах каждой мирной демонстрации и бойкота. Я правда думала, что наши действия что-то меняют... но тогда я была лишь наивной оптимисткой. И вот, пять лет назад у нас сменился лидер. Сменилась и тактика — мирные протесты стали перерастать в организованные атаки. Мы громили магазины, где не обслуживали фавнов. Воровали поставки у компаний, эксплуатировавших наших братьев. Но хуже всего то, что эти действия сработали — люди начали признавать нас равными себе. Но не из уважения, а из страха. И тогда я ушла — больше не хотела использовать свои навыки в злых целях, даже против людей. Тогда-то я и решила стать Охотницей. И вот я здесь — преступница, скрывающаяся у всех на виду с помощью маленького чёрного банта. — А твои друзья знают об этом?

   — Сан Вуконг (Sun Wukong) · мультфильм
6. «

   Мы развиваемся по спирали, только на более высоком уровне. Мы наконец-то признаем... или наши дети признают неравенство и будут жить по этим правилам. Это не обязательно узаконить. Достаточно это понять и принять.

   Мы развиваемся по спирали, только на более высоком уровне. Мы наконец-то признаем... или наши дети признают неравенство и будут жить по этим правилам. Это не обязательно узаконить. Достаточно это понять и принять.

   — Юрий Никитин · книга
7. «

   — Погоди-ка! Если ты [Пенни] приехала на турнир, значит, ты должна знать того хвостатого отброса [Сан], так ведь? Того мерзкого фавна с корабля! — Почему ты не можешь остановиться?! — Что? — Прекрати оскарблять его! Он — личность! — Ну уж извини! Может быть, ты ещё хочешь, чтобы я перестала называть мусорку — мусоркой, а фонарь — фонарём? — Прекрати! — Прекратить что? Он уже нарушил один закон. Дай ему время — и он примкнёт к себе подобным в этом их «Белом Клыке»! — Ты мелкая невоспитанная хамка! — Эй, как ты могла сказать такое! Мы с тобой — одна команда, между прочим! — Только вот ты возомнила о себе слишком многое! — О, и с какой стати ты это постановила?! — Да хотя бы с той, что ты на всех фавнов поголовно вешаешь ярлык террористов, не различая их! Если ты видишь, что они внешне отличаются от людей — значит, для тебя они уже отбросы! — Ага! Так значит, ты это признаёшь — что «Белый Клык» состоит из террористов? — Я этого не говорила! — Но из этой мелочи ты готова и дальше раздувать проблему! — Потому что это и есть проблема! — Ты хоть понимаешь, что пытаешься оправдать группировку человеконенавистников? Фавны «Белого Клыка» — абсолютное зло! — Фавны — не зло! По-твоему, почему они презирают людей? Потому что такие люди, как Кардин или вот ты, вынуждают их идти на крайние меры! — «Такие люди» как я?! — Ты — расистка! — Я — жертва!... Хочешь знать, почему Я не терплю «Белый Клык»? Почему я не доверяю фавнам? Потому что они воюют с моей семьёй уже очень, очень давно. Да, это именно война. С жертвами. Из-за компании моего дедушки я всю жизнь была живой мишенью. С самого детства мне приходилось видеть, как похищают друзей моей семьи, как совершают покушения на совет директоров, как целые поезда с честно добытым Прахом исчезают. Из-за этого мой отец каждый день возвращался домой в бешенстве — и тогда не сладко приходилось и всем остальным. Теперь видишь, почему я ненавижу «Белый Клык»? Они — кучка лжецов, воров и убийц! — Это всё потому что МЫ не хотим, чтобы вы НАМИ помыкали!!!

   — Погоди-ка! Если ты [Пенни] приехала на турнир, значит, ты должна знать того хвостатого отброса [Сан], так ведь? Того мерзкого фавна с корабля! — Почему ты не можешь остановиться?! — Что? — Прекрати оскарблять его! Он — личность! — Ну уж извини! Может быть, ты ещё хочешь, чтобы я перестала называть мусорку — мусоркой, а фонарь — фонарём? — Прекрати! — Прекратить что? Он уже нарушил один закон. Дай ему время — и он примкнёт к себе подобным в этом их «Белом Клыке»! — Ты мелкая невоспитанная хамка! — Эй, как ты могла сказать такое! Мы с тобой — одна команда, между прочим! — Только вот ты возомнила о себе слишком многое! — О, и с какой стати ты это постановила?! — Да хотя бы с той, что ты на всех фавнов поголовно вешаешь ярлык террористов, не различая их! Если ты видишь, что они внешне отличаются от людей — значит, для тебя они уже отбросы! — Ага! Так значит, ты это признаёшь — что «Белый Клык» состоит из террористов? — Я этого не говорила! — Но из этой мелочи ты готова и дальше раздувать проблему! — Потому что это и есть проблема! — Ты хоть понимаешь, что пытаешься оправдать группировку человеконенавистников? Фавны «Белого Клыка» — абсолютное зло! — Фавны — не зло! По-твоему, почему они презирают людей? Потому что такие люди, как Кардин или вот ты, вынуждают их идти на крайние меры! — «Такие люди» как я?! — Ты — расистка! — Я — жертва!... Хочешь знать, почему Я не терплю «Белый Клык»? Почему я не доверяю фавнам? Потому что они воюют с моей семьёй уже очень, очень давно. Да, это именно война. С жертвами. Из-за компании моего дедушки я всю жизнь была живой мишенью. С самого детства мне приходилось видеть, как похищают друзей моей семьи, как совершают покушения на совет директоров, как целые поезда с честно добытым Прахом исчезают. Из-за этого мой отец каждый день возвращался домой в бешенстве — и тогда не сладко приходилось и всем остальным. Теперь видишь, почему я ненавижу «Белый Клык»? Они — кучка лжецов, воров и убийц! — Это всё потому что МЫ не хотим, чтобы вы НАМИ помыкали!!!

   — Вайсс Шни (Weiss Schnee) · мультфильм
8. «

   Мать Тереза прилетела прямо из Калькутты, чтобы помочь церкви вести кампанию за сохранение запрета. Из этой кампании выходило, что ирландка, которую бьет муж-пропойца, насилующий собственных детей, не достойна лучшей доли и рискует угодить в ад, если будет вымаливать шанс начать все сначала <...> В том же году мать Тереза публично выразила надежду, что принцесса Диана вздохнет с облегчением, вырвавшись из явно неудачного брака. Впрочем, мало кто удивляется, если церковные правила оказываются строже к бедным, чем к богатым.

   Мать Тереза прилетела прямо из Калькутты, чтобы помочь церкви вести кампанию за сохранение запрета. Из этой кампании выходило, что ирландка, которую бьет муж-пропойца, насилующий собственных детей, не достойна лучшей доли и рискует угодить в ад, если будет вымаливать шанс начать все сначала <...> В том же году мать Тереза публично выразила надежду, что принцесса Диана вздохнет с облегчением, вырвавшись из явно неудачного брака. Впрочем, мало кто удивляется, если церковные правила оказываются строже к бедным, чем к богатым.

   — Кристофер Хитченс · книга
9. «

   Неравенство есть неизменный закон человеческой жизни.

   Неравенство есть неизменный закон человеческой жизни.

   — Джордж Оруэлл · книга
10. «

    Все люди равны, но как и раньше В мире есть те, кто равнее других.

    Все люди равны, но как и раньше В мире есть те, кто равнее других.
11. «

    0000212. Если отрицаем равенство прав, то значит есть право сильного, из которого следует неравенство — разделенность на быстрых и менее вертких. Как только кто-либо начинает обосновывать теорию, что равенство прав — миф и игра воображения, он должен понимать, что остается право сильного.

    0000212. Если отрицаем равенство прав, то значит есть право сильного, из которого следует неравенство — разделенность на быстрых и менее вертких. Как только кто-либо начинает обосновывать теорию, что равенство прав — миф и игра воображения, он должен понимать, что остается право сильного.
12. «

    Неравное положение мужчины и женщины в обществе есть результат подчинения женщины грубой мужской силе, а вовсе не предписание природы.

    Неравное положение мужчины и женщины в обществе есть результат подчинения женщины грубой мужской силе, а вовсе не предписание природы.

    — Пулен де ля Барр
13. «

    Конный пешему не товарищ.

    Конный пешему не товарищ.

    — Русские пословицы и поговорки
14. «

    – Ты нормально? – Да, сэр. – Слушай, Пит. Да, мы все так или иначе на этом Теде Гамильтоне свихнулись… Я заметил по себе. Но при этом я отлично понимаю, кто любит мою девочку и кого бы она выбрала, будь в жизни всё по справедливости. – Но это не так. – Нет. Нет, не так… Когда я был в твоём возрасте, я по уши влюбился в Эленор Хёрши… Династия Хёрши… Шоколад Хёрши… Прелестная девушка, абсолютно без претензий. Я познакомился с ней на заправке. Но появился тот француз, богатый до ужаса, чуть ли не владелец Франции… У меня не было шансов. Так уж порой бывает, Пит. Не должно быть, но бывает. Порой Голиаф побеждает Давида… Но об этом легенд не создают.

    – Ты нормально? – Да, сэр. – Слушай, Пит. Да, мы все так или иначе на этом Теде Гамильтоне свихнулись… Я заметил по себе. Но при этом я отлично понимаю, кто любит мою девочку и кого бы она выбрала, будь в жизни всё по справедливости. – Но это не так. – Нет. Нет, не так… Когда я был в твоём возрасте, я по уши влюбился в Эленор Хёрши… Династия Хёрши… Шоколад Хёрши… Прелестная девушка, абсолютно без претензий. Я познакомился с ней на заправке. Но появился тот француз, богатый до ужаса, чуть ли не владелец Франции… У меня не было шансов. Так уж порой бывает, Пит. Не должно быть, но бывает. Порой Голиаф побеждает Давида… Но об этом легенд не создают.

    — Генри Фатч (Henry Futch) · фильм
15. «

    Не неравенство тягостно, а зависимость.

    Не неравенство тягостно, а зависимость.

    — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
16. «

    Да, сегодня есть свобода передвижения. Я могу поехать куда угодно, и не надо никакого парткома. Но другой не может. Поэтому вся эта свобода — филькина грамота...

    Да, сегодня есть свобода передвижения. Я могу поехать куда угодно, и не надо никакого парткома. Но другой не может. Поэтому вся эта свобода — филькина грамота...

    — Эдуард Хиль
17. «

    Подлинное неравенство в браке — это неравенство душ.

    Подлинное неравенство в браке — это неравенство душ.

    — Виктор Гюго · книга
18. «

    Тебя смущал его чин? Я не осуждаю тебя. Мы все гнём перед ними спину. Поэтому так высок их авторитет.

    Тебя смущал его чин? Я не осуждаю тебя. Мы все гнём перед ними спину. Поэтому так высок их авторитет.

    — Табу (Gohatto) · фильм
19. «

    Смертная простая не вправе ждать, чтоб ей в любви признался бог.

    Смертная простая не вправе ждать, чтоб ей в любви признался бог.

    — Жан-Батист Мольер · книга
20. «

    Но почему он доверил нам свой самый большой секрет? Я так и спросила. — Потому что вы дети и можете это понять, — сказал он. — И потому что я слышал вон его... — Он кивнул на Билла. — Ему пока еще невтерпеж смотреть, если кому-то плохо приходится. Вот подрастет, тогда не станет из-за этого ни плакать, ни расстраиваться. Может, ему что и покажется, ну, скажем, не совсем справедливым, но плакать он не станет, еще несколько лет — и не станет. — О чем плакать, мистер Реймонд? — Билл вспомнил, что он мужчина. — О том, как люди измываются друг над другом и даже сами этого не замечают. О том, как белые измываются над цветными и даже не подумают, что цветные ведь тоже люди.

    Но почему он доверил нам свой самый большой секрет? Я так и спросила. — Потому что вы дети и можете это понять, — сказал он. — И потому что я слышал вон его... — Он кивнул на Билла. — Ему пока еще невтерпеж смотреть, если кому-то плохо приходится. Вот подрастет, тогда не станет из-за этого ни плакать, ни расстраиваться. Может, ему что и покажется, ну, скажем, не совсем справедливым, но плакать он не станет, еще несколько лет — и не станет. — О чем плакать, мистер Реймонд? — Билл вспомнил, что он мужчина. — О том, как люди измываются друг над другом и даже сами этого не замечают. О том, как белые измываются над цветными и даже не подумают, что цветные ведь тоже люди.

    — Харпер Ли · книга