403 цитаты про «общественное мнение»

Тема «общественное мнение» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 403 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Можете не беспокоиться. Я не подонок какой-нибудь. Особой симпатии я обычно у людей не вызываю — но стараюсь не делать так, чтоб им было за что меня ненавидеть.

   Можете не беспокоиться. Я не подонок какой-нибудь. Особой симпатии я обычно у людей не вызываю — но стараюсь не делать так, чтоб им было за что меня ненавидеть.

   — Харуки Мураками · книга
2. «

   Я не такая, как они. Они говорят мне, что я другая, я и сама это знаю, но только когда я с ними, мне кажется, что это плохо.

   Я не такая, как они. Они говорят мне, что я другая, я и сама это знаю, но только когда я с ними, мне кажется, что это плохо.

   — Сара Уинман · книга
3. «

   Общественное мнение щадит ястреба и карает цыпленка.

   Общественное мнение щадит ястреба и карает цыпленка.

   — Децим Юний Ювенал
4. «

   — Любители теории заговоров будут ликовать. — Вы удивитесь, узнав, в чём можно убедить общественность...

   — Любители теории заговоров будут ликовать. — Вы удивитесь, узнав, в чём можно убедить общественность...

   — Оливия Данэм · сериал
5. «

   «Чтоб ты подох в устах!» — в устах врагов Звучит порой, как «Будь здоров!»

   «Чтоб ты подох в устах!» — в устах врагов Звучит порой, как «Будь здоров!»

   — Гафуров Абдурахман Гафурович
6. «

   Люди говорят, что ты идешь по неправильному пути, когда это просто твой путь.

   Люди говорят, что ты идешь по неправильному пути, когда это просто твой путь.

   — Анджелина Джоли
7. «

   Действительно, нужно сознаться, что наша общественная жизнь — грустная вещь. Что это отсутствие общественного мнения, это равнодушие ко всему, что является долгом, справедливостью и истиной, это циничное презрение к человеческой мысли и достоинству — поистине могут привести в отчаяние.

   Действительно, нужно сознаться, что наша общественная жизнь — грустная вещь. Что это отсутствие общественного мнения, это равнодушие ко всему, что является долгом, справедливостью и истиной, это циничное презрение к человеческой мысли и достоинству — поистине могут привести в отчаяние.

   — Александр Сергеевич Пушкин
8. «

   Никогда не беспокойтесь о том, что люди говорят/думают о вас! Пошлите их всех, в конце дня единственное что-то значащее мнение — твое.

   Никогда не беспокойтесь о том, что люди говорят/думают о вас! Пошлите их всех, в конце дня единственное что-то значащее мнение — твое.

   — Шеннон Лето
9. «

   Вашу добродетельность (если вы так это называете) никто не поймет, в нее не поверят даже ваши ближайшие друзья, ибо она противоестественна, и поверить в нее могут лишь те, кому она причиняет столь жестокие муки, что им волей-неволей приходится признать ее существование.

   Вашу добродетельность (если вы так это называете) никто не поймет, в нее не поверят даже ваши ближайшие друзья, ибо она противоестественна, и поверить в нее могут лишь те, кому она причиняет столь жестокие муки, что им волей-неволей приходится признать ее существование.

   — Энн Бронте · книга
10. «

    Вы меня ненавидите персонально или как явление?

    Вы меня ненавидите персонально или как явление?

    — Кудряшов · фильм
11. «

    «Да полноте, Сергей Сергеич; куда вам? Ведь вы слово: пробка – пишете с буки. Да, господа, – продолжал он со всем жаром убеждения, обращаясь к присутствующим, – Сергей Сергеич пишет не пробка, а бробка». И все присутствующие смеялись, хотя, вероятно, ни один из них не отличался особенным искусством в правописании; а несчастный Сергей Сергеич умолкал и с замирающей улыбкой преклонял голову.

    «Да полноте, Сергей Сергеич; куда вам? Ведь вы слово: пробка – пишете с буки. Да, господа, – продолжал он со всем жаром убеждения, обращаясь к присутствующим, – Сергей Сергеич пишет не пробка, а бробка». И все присутствующие смеялись, хотя, вероятно, ни один из них не отличался особенным искусством в правописании; а несчастный Сергей Сергеич умолкал и с замирающей улыбкой преклонял голову.

    — Иван Сергеевич Тургенев · книга
12. «

    Умному человеку не страшно показаться глупцом другому умному человеку, — вот так и светский человек боится, что его светскость не получит признания у мужлана, а не у вельможи. С тех пор, как существует мир, три четверти душевных сил, три четверти лжи, на которую людей подбивало тщеславие и от которой они только проигрывали, были ими растрачены перед людьми ниже их по положению.

    Умному человеку не страшно показаться глупцом другому умному человеку, — вот так и светский человек боится, что его светскость не получит признания у мужлана, а не у вельможи. С тех пор, как существует мир, три четверти душевных сил, три четверти лжи, на которую людей подбивало тщеславие и от которой они только проигрывали, были ими растрачены перед людьми ниже их по положению.

    — Марсель Пруст · книга
13. «

    Общественное мнение — это судебная инстанция такого рода, что порядочному человеку не подобает ни слепо верить его приговорам, ни бесповоротно их отвергать.

    Общественное мнение — это судебная инстанция такого рода, что порядочному человеку не подобает ни слепо верить его приговорам, ни бесповоротно их отвергать.

    — Николя де Шамфор · книга
14. «

    0000543. Глаза видят, мозг дорисовывает, привычка порабощает, руки помнят, прошлое диктует, шаг в неизведанное сравнение не предполагает, толпа обезличивает.

    0000543. Глаза видят, мозг дорисовывает, привычка порабощает, руки помнят, прошлое диктует, шаг в неизведанное сравнение не предполагает, толпа обезличивает.
15. «

    Вот лишнее доказательство устойчивости общепринятых мнений, — запальчиво возразил Мартин, раздраженный упоминанием о своих врагах — редакторах. — То, что существует, считается не только правильным, но и лучшим. Самый факт существования чего-нибудь рассматривается как его оправдание, — и, заметьте, не только при данных условиях, а на веки вечные. Конечно, люди верят в эту чепуху только благодаря своему закоснелому невежеству, благодаря самообману, который так превосходно описал Вейнингер. Невежественные люди воображают, что они мыслят, распоряжаются судьбами тех, которые мыслят на самом деле.

    Вот лишнее доказательство устойчивости общепринятых мнений, — запальчиво возразил Мартин, раздраженный упоминанием о своих врагах — редакторах. — То, что существует, считается не только правильным, но и лучшим. Самый факт существования чего-нибудь рассматривается как его оправдание, — и, заметьте, не только при данных условиях, а на веки вечные. Конечно, люди верят в эту чепуху только благодаря своему закоснелому невежеству, благодаря самообману, который так превосходно описал Вейнингер. Невежественные люди воображают, что они мыслят, распоряжаются судьбами тех, которые мыслят на самом деле.

    — Джек Лондон · книга
16. «

    0000907. Истина — не в большинстве, большинство погрязло в молчании. Не всякий крик — командный голос, и не всякий командный голос подается в крике.

    0000907. Истина — не в большинстве, большинство погрязло в молчании. Не всякий крик — командный голос, и не всякий командный голос подается в крике.
17. «

    Раз в год в царстве лягушек устраивали соревнование, и каждый раз оно отличалось от предыдущего. В этот год предстояло забраться на вершину старой башни. Ни одна из лягушек, живших в пруду, не упустила возможности побывать на таком важном мероприятии. Дали старт. Лягушки-зрительницы, оценив высоту башни, решили, что никто не доберется до вершины. Со всех сторон слышались комментарии: «Это невозможно, они сойдут с середины дистанции!» «Их физические данные таковы, что вряд ли они доберутся до финиша!» «Их кожа потрескается от жары, пока они будут соревноваться!» Слушая их, участницы соревнования одна за другой теряли мужество. За исключением нескольких бесстрашных лягушек, продолжавших карабкаться наверх, тогда как все остальные выбыли из соревнования. А зрительницы тем временем продолжали обмениваться репликами: «Не стоило и труда!» «Никто не дойдет до финиша!» «Смотри, уже почти никого и нет!» Но вот последние участницы состязания признали себя побежденными, осталась только одна. Вопреки всему и всем, она продолжала восхождение. И в полном одиночестве, ценой невероятных усилий она таки поднялась на вершину башни. Изумленные, лягушки решили узнать, как это у нее получилось. Одна из них подошла к победительнице и спросила, как ей удалось выдержать все это. И тут оказалось, что победительница… глухая!

    Раз в год в царстве лягушек устраивали соревнование, и каждый раз оно отличалось от предыдущего. В этот год предстояло забраться на вершину старой башни. Ни одна из лягушек, живших в пруду, не упустила возможности побывать на таком важном мероприятии. Дали старт. Лягушки-зрительницы, оценив высоту башни, решили, что никто не доберется до вершины. Со всех сторон слышались комментарии: «Это невозможно, они сойдут с середины дистанции!» «Их физические данные таковы, что вряд ли они доберутся до финиша!» «Их кожа потрескается от жары, пока они будут соревноваться!» Слушая их, участницы соревнования одна за другой теряли мужество. За исключением нескольких бесстрашных лягушек, продолжавших карабкаться наверх, тогда как все остальные выбыли из соревнования. А зрительницы тем временем продолжали обмениваться репликами: «Не стоило и труда!» «Никто не дойдет до финиша!» «Смотри, уже почти никого и нет!» Но вот последние участницы состязания признали себя побежденными, осталась только одна. Вопреки всему и всем, она продолжала восхождение. И в полном одиночестве, ценой невероятных усилий она таки поднялась на вершину башни. Изумленные, лягушки решили узнать, как это у нее получилось. Одна из них подошла к победительнице и спросила, как ей удалось выдержать все это. И тут оказалось, что победительница… глухая!
18. «

    Я всегда считала, что если кому-то не нравится, кто я, то, по крайней мере, я остаюсь самим собой.

    Я всегда считала, что если кому-то не нравится, кто я, то, по крайней мере, я остаюсь самим собой.

    — Тейлор Момсен
19. «

    — Ну, дитя, — сказал Аслан, когда деревья остались позади, — я подожду здесь. Иди разбуди остальных и скажи, чтобы они шли за мной. Если они не пойдут, тогда ты должна следовать за мною одна.

    — Ну, дитя, — сказал Аслан, когда деревья остались позади, — я подожду здесь. Иди разбуди остальных и скажи, чтобы они шли за мной. Если они не пойдут, тогда ты должна следовать за мною одна.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
20. «

    Печать — это ещё не общественное мнение.

    Печать — это ещё не общественное мнение.

    — Отто фон Бисмарк