«Жизненные цитаты про общество»: 247 цитат со смыслом

247 цитат про «Жизненные цитаты про общество»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Мир несовершенен. Устоями общества являются корыстолюбие, страх и продажность. Конфликт мечты с действительностью не утихает тысячелетиями. Вместо желаемой гармонии на земле царят хаос и беспорядок. Более того, нечто подобное мы обнаружили в собственной душе. Мы жаждем совершенства, а вокруг торжествует пошлость.

   Мир несовершенен. Устоями общества являются корыстолюбие, страх и продажность. Конфликт мечты с действительностью не утихает тысячелетиями. Вместо желаемой гармонии на земле царят хаос и беспорядок. Более того, нечто подобное мы обнаружили в собственной душе. Мы жаждем совершенства, а вокруг торжествует пошлость.

   — Сергей Довлатов · книга
2. «

   Служить людям – дико сложное занятие, а они считают, что это раз плюнуть. Они строят, как умеют, причесывают, как могут, возят, как хотят.

   Служить людям – дико сложное занятие, а они считают, что это раз плюнуть. Они строят, как умеют, причесывают, как могут, возят, как хотят.

   — Елена Котова
3. «

   Мы хотим, чтобы нас любили, мы хотим, чтобы нас ценили, мы хотим, чтобы нас признавали. За красоту, мудрость, доброту, романтичность, оригинальность, талантливость, щедрость, чувственность, сексуальность, логичность, любовь, нежность, честь, за все те ценности, которые мы любим находить в себе. Жизнь как гимн личности, смысл её, как самовыражение. И если кто-то отказывается увидеть в нас ту самую жемчужину, в которую мы свято верим, возникают мифы о непонимании. И в этом пути каждый достигает цели своим путём. Кто-то, из неспособных выявить в себе свои таланты, возможности и амбиции, отмахивается философией невмешательства, нежелания иметь что-то общее с людьми, выбирая тихую, спокойную, зачастую одинокую и несчастную жизнь, пока не находится тот единственный, кто разглядит всю глубину внутреннего мира, тем самым создав любовь на всю жизнь. Другие начинают искать изъяны в других, пытаясь доказать глупость, ущербность, убожество себе подобных, тем самым возвеличиваясь в собственных глазах и глазах тех, кто по наивности, по латентной ведомости доверился им, но я не хотел бы жить в том изуродованном мире, который они создают вокруг себя. Третьи ставят цели и добиваются их, намечают себе вершины и достигают небес, находят примеры людей, превосходя которых, меняют мир. Эти люди создают историю и двигают вперед человеческий прогресс. И безусловно, впрочем, как и всегда, каждый сам выбирает свой путь.

   Мы хотим, чтобы нас любили, мы хотим, чтобы нас ценили, мы хотим, чтобы нас признавали. За красоту, мудрость, доброту, романтичность, оригинальность, талантливость, щедрость, чувственность, сексуальность, логичность, любовь, нежность, честь, за все те ценности, которые мы любим находить в себе. Жизнь как гимн личности, смысл её, как самовыражение. И если кто-то отказывается увидеть в нас ту самую жемчужину, в которую мы свято верим, возникают мифы о непонимании. И в этом пути каждый достигает цели своим путём. Кто-то, из неспособных выявить в себе свои таланты, возможности и амбиции, отмахивается философией невмешательства, нежелания иметь что-то общее с людьми, выбирая тихую, спокойную, зачастую одинокую и несчастную жизнь, пока не находится тот единственный, кто разглядит всю глубину внутреннего мира, тем самым создав любовь на всю жизнь. Другие начинают искать изъяны в других, пытаясь доказать глупость, ущербность, убожество себе подобных, тем самым возвеличиваясь в собственных глазах и глазах тех, кто по наивности, по латентной ведомости доверился им, но я не хотел бы жить в том изуродованном мире, который они создают вокруг себя. Третьи ставят цели и добиваются их, намечают себе вершины и достигают небес, находят примеры людей, превосходя которых, меняют мир. Эти люди создают историю и двигают вперед человеческий прогресс. И безусловно, впрочем, как и всегда, каждый сам выбирает свой путь.

   — Аль Квотион · книга
4. «

   Знаешь, а я обожаю этот две тысячи семнадцатый год. Половина знакомых ходят на тренинги по саморазвитию и личностному росту. Рита с работы подсела на БАДы. По телеку мистическая драка магов с разумом. В социальных сетях буйствует сетевой маркетинг и челночничество. Все обулись в кроссовки и натянули толстовки. Покемоны, Дарт Вэйдер… Воскреснут дядьки с толстым цепями и распальцовкой — я потеряюсь в нравах социума окончательно.

   Знаешь, а я обожаю этот две тысячи семнадцатый год. Половина знакомых ходят на тренинги по саморазвитию и личностному росту. Рита с работы подсела на БАДы. По телеку мистическая драка магов с разумом. В социальных сетях буйствует сетевой маркетинг и челночничество. Все обулись в кроссовки и натянули толстовки. Покемоны, Дарт Вэйдер… Воскреснут дядьки с толстым цепями и распальцовкой — я потеряюсь в нравах социума окончательно.

   — Александра Бакши · книга
5. «

   Мы все, каждый из нас, прочно завязли в паутине событий, чужих историй, путанных мыслей и случайных чувств. Мы вросли в нее телом, душою, глазами, наивными идеями и тайнами сердца. Так можно ли пройти по миру, даже вскользь, по касательной, не задев ни одной чутко ждущей, жадно нащупывающей жизнь судьбы?

   Мы все, каждый из нас, прочно завязли в паутине событий, чужих историй, путанных мыслей и случайных чувств. Мы вросли в нее телом, душою, глазами, наивными идеями и тайнами сердца. Так можно ли пройти по миру, даже вскользь, по касательной, не задев ни одной чутко ждущей, жадно нащупывающей жизнь судьбы?

   — Аль Квотион · книга
6. «

   С годами я стал человеком без определенных занятий, без семьи, без родины, оказался вне всяких социальных групп, один, никто меня не любил, у многих я вызывал подозрение, находясь в постоянном, жестоком конфликте с общественным мнением и с моралью общества, и, хоть я и жил ещё в мещанской среде, по всем своим мыслям и чувствам я был внутри этого мира чужим.

   С годами я стал человеком без определенных занятий, без семьи, без родины, оказался вне всяких социальных групп, один, никто меня не любил, у многих я вызывал подозрение, находясь в постоянном, жестоком конфликте с общественным мнением и с моралью общества, и, хоть я и жил ещё в мещанской среде, по всем своим мыслям и чувствам я был внутри этого мира чужим.

   — Герман Гессе · книга
7. «

   Толпа не любит одиночек. Толпа в своём большинстве признает людей, подражающих друг другу. Даже те, кто якобы отличается от толпы, делают это группами, сектами, клубами по интересам. Иначе нельзя. Если ты дружишь со всеми и не делишь людей на категории, тебя называют лицемером, ну а если не дружишь ни с кем – сумасшедшим.

   Толпа не любит одиночек. Толпа в своём большинстве признает людей, подражающих друг другу. Даже те, кто якобы отличается от толпы, делают это группами, сектами, клубами по интересам. Иначе нельзя. Если ты дружишь со всеми и не делишь людей на категории, тебя называют лицемером, ну а если не дружишь ни с кем – сумасшедшим.

   — Анна Кондакова · книга
8. «

   Мы социально ориентированы на приобретение того, что нас научили ценить.

   Мы социально ориентированы на приобретение того, что нас научили ценить.

   — Аджа Рейден · книга
9. «

   Главное в жизни общества — уметь управляться со страхом, главное в жизни супругов — уметь управляться со скукой.

   Главное в жизни общества — уметь управляться со страхом, главное в жизни супругов — уметь управляться со скукой.

   — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
10. «

    В конце концов, мы живём в век, когда люди уже не представляют ценности. Человек в наше время — как бумажная салфетка: в неё сморкаются, комкают, выбрасывают, берут новую, сморкаются, комкают, бросают... Люди не имеют своего лица...

    В конце концов, мы живём в век, когда люди уже не представляют ценности. Человек в наше время — как бумажная салфетка: в неё сморкаются, комкают, выбрасывают, берут новую, сморкаются, комкают, бросают... Люди не имеют своего лица...

    — Рэй Брэдбери · книга
11. «

    Всю жизнь работая не разгибая спины, проверяя слёзы свои и сетования лесной чаще, она совершенно не освоила необходимую современную науку вертеться. Кто не искусен в ней, тому несладки наши будни и праздники.

    Всю жизнь работая не разгибая спины, проверяя слёзы свои и сетования лесной чаще, она совершенно не освоила необходимую современную науку вертеться. Кто не искусен в ней, тому несладки наши будни и праздники.

    — Наталия Сухинина · книга
12. «

    Светское общество изгоняет из своей среды несчастных, как человек крепкого здоровья удаляет из своего тела смертоносное начало.

    Светское общество изгоняет из своей среды несчастных, как человек крепкого здоровья удаляет из своего тела смертоносное начало.

    — Оноре де Бальзак · книга
13. «

    Люди стремятся друг к другу, видимо, по признаку душевной близости, где нету разницы в нациях, в профессиях и даже в уровне благосостояния. А когда нет у людей душевной общности, они объединяются по национально-видовому признаку, как стая. И опасны, как стая.

    Люди стремятся друг к другу, видимо, по признаку душевной близости, где нету разницы в нациях, в профессиях и даже в уровне благосостояния. А когда нет у людей душевной общности, они объединяются по национально-видовому признаку, как стая. И опасны, как стая.

    — Фазиль Искандер · книга
14. «

    По сути каждый тут хочет одно, но плавно уходит на дно, Не те выбрав роли, играем в масках немое кино.

    По сути каждый тут хочет одно, но плавно уходит на дно, Не те выбрав роли, играем в масках немое кино.
15. «

    Мне хорошо с бродягами, потому что я сам бродяга. Я не люблю законы, правила, религию и мораль. Я не позволю обществу перекраивать меня по-своему.

    Мне хорошо с бродягами, потому что я сам бродяга. Я не люблю законы, правила, религию и мораль. Я не позволю обществу перекраивать меня по-своему.

    — Чарльз Буковски · книга
16. «

    С самого рождения нас загоняют в какие-то рамки: социальные, общественные, религиозные. Нас подтачивают со всех сторон под размер кирпичика, который отлично впишется в это общество.

    С самого рождения нас загоняют в какие-то рамки: социальные, общественные, религиозные. Нас подтачивают со всех сторон под размер кирпичика, который отлично впишется в это общество.

    — PLC
17. «

    Приличная музыка призвана скрывать несовершенности в порочности общества.

    Приличная музыка призвана скрывать несовершенности в порочности общества.

    — Джеми · фильм
18. «

    Престиж! Как, сударь, вы думаете, это пустяки? Почет от дураков, глазеющая в изумлении детвора, зависть богачей, презрение мудреца.

    Престиж! Как, сударь, вы думаете, это пустяки? Почет от дураков, глазеющая в изумлении детвора, зависть богачей, презрение мудреца.

    — Стендаль · книга
19. «

    Люди — это стадные животные в силу необходимости. Они ими стали еще в пещерные времена, когда — безволосые, слабые и беззащитные, чьим оружием была лишь хитрость, — выжили благодаря тому, что объединились в группы; они поняли: защита — в многочисленности. Это понимание вошло в плоть и кровь, именно оно неосознанно управляет толпой. В течение несчитанных, неисчислимых тысячелетий выход из стаи, противопоставление ей себя означало смерть для того, кто решался на такой шаг. Противостояние толпе требует не просто личного мужества, оно требует преодоления извечного инстинкта.

    Люди — это стадные животные в силу необходимости. Они ими стали еще в пещерные времена, когда — безволосые, слабые и беззащитные, чьим оружием была лишь хитрость, — выжили благодаря тому, что объединились в группы; они поняли: защита — в многочисленности. Это понимание вошло в плоть и кровь, именно оно неосознанно управляет толпой. В течение несчитанных, неисчислимых тысячелетий выход из стаи, противопоставление ей себя означало смерть для того, кто решался на такой шаг. Противостояние толпе требует не просто личного мужества, оно требует преодоления извечного инстинкта.

    — Диана Гэблдон · книга
20. «

    Вы можете добывать средства к существованию для себя и своей семьи любыми честными способами. Жить подаянием – это большое унижение. Вам нужно жертвовать как минимум 2% от своих доходов на общественное служение. Если вы тратите все заработанные деньги на себя и свою семью, это постепенно приводит к огрублению.

    Вы можете добывать средства к существованию для себя и своей семьи любыми честными способами. Жить подаянием – это большое унижение. Вам нужно жертвовать как минимум 2% от своих доходов на общественное служение. Если вы тратите все заработанные деньги на себя и свою семью, это постепенно приводит к огрублению.

    — Шри Шри Анандамурти · книга