16 цитат про «объяснение со смыслом» для вдохновения

16 цитат про «объяснение со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Цели — как линзы в очках. Ваши цели определяют не только то, что вы видите, но и как вы это видите, что вы замечаете и как объясняете происходящее с вами.

   Цели — как линзы в очках. Ваши цели определяют не только то, что вы видите, но и как вы это видите, что вы замечаете и как объясняете происходящее с вами.

   — Хайди Хэлворсон · книга
2. «

   Когда мы исчерпаем вероятное объяснение вашей истории, мы обратимся к невероятному.

   Когда мы исчерпаем вероятное объяснение вашей истории, мы обратимся к невероятному.

   — доктор Зархай · фильм
3. «

   Не объясняй слишком многого. В каждом объяснении скрывается извинение. Так что, когда ты объясняешь, почему ты не можешь делать то или другое, на самом деле ты извиняешься за свои недостатки, надеясь, что слушающие тебя будут добры и простят их.

   Не объясняй слишком многого. В каждом объяснении скрывается извинение. Так что, когда ты объясняешь, почему ты не можешь делать то или другое, на самом деле ты извиняешься за свои недостатки, надеясь, что слушающие тебя будут добры и простят их.

   — Карлос Кастанеда · книга
4. «

   Что такое любовь? Мы пишем о ней стихи, все ночи на пролет поём о ней серенады, но никто толком не может сказать, что это такое.

   Что такое любовь? Мы пишем о ней стихи, все ночи на пролет поём о ней серенады, но никто толком не может сказать, что это такое.

   — Филиппа Грегори · книга
5. «

   Никогда не объясняй вещи, которые тебе действительно дороги. Если кому-то суждено понять — он поймет и сам. Ты же, объясняя, можешь охладеть.

   Никогда не объясняй вещи, которые тебе действительно дороги. Если кому-то суждено понять — он поймет и сам. Ты же, объясняя, можешь охладеть.

   — Дмитрий Емец · книга
6. «

   Будь мизогины все время злыми и язвительными, всякая женская изобретательность в плане поисков объяснений вскоре бы истощилась. Однако в промежутках между вспышками они бывают милыми и любящими, как во время вашей первой встречи. К несчастью, хорошие периоды поддерживают ваше ошибочное убеждение, что все неприятности — только кошмарный сон, а вовсе даже не истинное «Я» вашего любимого. Когда он демонстрирует свою любовь, вы с удвоенной силой продолжаете надеяться, что с того или другого момента все будет чудесно. Однако вы никогда не сможете предположить его последующую реакцию, поскольку она всякий раз меняется. Эта модель поведения прекрасно передана в классическом рассказе Роберта Льюиса Стивенсона о темных и светлых сторонах человеческой души, поэтому я и назвала ее игрой в доктора Джекилла и мистера Хайда.

   Будь мизогины все время злыми и язвительными, всякая женская изобретательность в плане поисков объяснений вскоре бы истощилась. Однако в промежутках между вспышками они бывают милыми и любящими, как во время вашей первой встречи. К несчастью, хорошие периоды поддерживают ваше ошибочное убеждение, что все неприятности — только кошмарный сон, а вовсе даже не истинное «Я» вашего любимого. Когда он демонстрирует свою любовь, вы с удвоенной силой продолжаете надеяться, что с того или другого момента все будет чудесно. Однако вы никогда не сможете предположить его последующую реакцию, поскольку она всякий раз меняется. Эта модель поведения прекрасно передана в классическом рассказе Роберта Льюиса Стивенсона о темных и светлых сторонах человеческой души, поэтому я и назвала ее игрой в доктора Джекилла и мистера Хайда.

   — Сьюзан Форвард · книга
7. «

   ... Я смотрю сейчас на тебя и пытаюсь тебе объяснить, что ты мне дороже, чем те двенадцать лет, которые я посвятил Солярису, и что я хочу быть с тобой. Может, твое появление должно быть пыткой, может, услугой, может, микроскопическим исследованием. Выражением дружбы, коварным ударом, может, издевательством? Может быть, всем вместе или — что кажется мне самым правдоподобным — чем-то совсем иным. Но в конце концов разве нас должны занимать намерения наших родителей, как бы они друг от друга ни отличались? Ты можешь сказать, что от этих намерений зависит наше будущее, и с этим я соглашусь. Не могу предвидеть того, что будет. Так же, как ты. Не могу даже обещать тебе, что буду тебя всегда любить. После того, что случилось, я ничему не удивлюсь. Может, завтра ты станешь зеленой медузой? Это от нас не зависит. Но в том, что от нас зависит, будем вместе. Разве этого мало?

   ... Я смотрю сейчас на тебя и пытаюсь тебе объяснить, что ты мне дороже, чем те двенадцать лет, которые я посвятил Солярису, и что я хочу быть с тобой. Может, твое появление должно быть пыткой, может, услугой, может, микроскопическим исследованием. Выражением дружбы, коварным ударом, может, издевательством? Может быть, всем вместе или — что кажется мне самым правдоподобным — чем-то совсем иным. Но в конце концов разве нас должны занимать намерения наших родителей, как бы они друг от друга ни отличались? Ты можешь сказать, что от этих намерений зависит наше будущее, и с этим я соглашусь. Не могу предвидеть того, что будет. Так же, как ты. Не могу даже обещать тебе, что буду тебя всегда любить. После того, что случилось, я ничему не удивлюсь. Может, завтра ты станешь зеленой медузой? Это от нас не зависит. Но в том, что от нас зависит, будем вместе. Разве этого мало?

   — Станислав Лем · книга
8. «

   Когда любишь, невозможно рассказать, за что любишь. А если возможно — то это уже не любовь!

   Когда любишь, невозможно рассказать, за что любишь. А если возможно — то это уже не любовь!

   — Генри Лайон Олди · книга
9. «

   Счастье — радость, не имеющая объяснений.

   Счастье — радость, не имеющая объяснений.

   — Анхель де Куатье · книга
10. «

    Хороший оратор обязан дать ответ на любой вопрос. Даже объяснение, почему вы не можете дать ответ, уже является частью ответа на вопрос.

    Хороший оратор обязан дать ответ на любой вопрос. Даже объяснение, почему вы не можете дать ответ, уже является частью ответа на вопрос.

    — Александр Куберский · книга
11. «

    Если другие люди не понимают нашего поведения — ну и что? Их требования, чтобы мы делали только то, что они понимают, попытка продиктовать нам. Если это «необщительно» или «иррационально» в их глазах, пусть будет так. Главным образом, они негодуют на нашу свободу и нашу храбрость, и хотят быть нами. Мы не должны никому объяснять и отчитываться, пока наши действия не причиняют боль или не посягают на них. Сколько жизней было разрушено этой потребностью «объяснить», которая обычно подразумевает, что объяснение «понято», то есть одобрено. Позволь своим делам быть оценёнными, но знай, что свободный человек должен давать объяснение только себе, обращаясь к причинам и совести, и некоторым, у кого может быть оправданное требование к объяснению.

    Если другие люди не понимают нашего поведения — ну и что? Их требования, чтобы мы делали только то, что они понимают, попытка продиктовать нам. Если это «необщительно» или «иррационально» в их глазах, пусть будет так. Главным образом, они негодуют на нашу свободу и нашу храбрость, и хотят быть нами. Мы не должны никому объяснять и отчитываться, пока наши действия не причиняют боль или не посягают на них. Сколько жизней было разрушено этой потребностью «объяснить», которая обычно подразумевает, что объяснение «понято», то есть одобрено. Позволь своим делам быть оценёнными, но знай, что свободный человек должен давать объяснение только себе, обращаясь к причинам и совести, и некоторым, у кого может быть оправданное требование к объяснению.

    — Эрих Фромм
12. «

    Всё равно объяснения — это правдивая ложь. Она рождается не в душе, а в разуме...

    Всё равно объяснения — это правдивая ложь. Она рождается не в душе, а в разуме...

    — Эльчин Сафарли · книга
13. «

    Случайность. Хорошее слово: можно много сэкономить на объяснениях.

    Случайность. Хорошее слово: можно много сэкономить на объяснениях.

    — Хавьер Серкас · книга
14. «

    Вдохновение всегда будет петь. Вдохновение никогда не будет объяснять.

    Вдохновение всегда будет петь. Вдохновение никогда не будет объяснять.

    — Джебран Халиль Джебран
15. «

    Любовь невозможно объяснить. Она одинока, она сама себя обманывает и сама за это расплачивается.

    Любовь невозможно объяснить. Она одинока, она сама себя обманывает и сама за это расплачивается.

    — Маргарет Мадзантини · книга
16. «

    Любовь не терпит объяснений. Ей нужны поступки.

    Любовь не терпит объяснений. Ей нужны поступки.

    — Эрих Мария Ремарк · книга