23 цитаты «отчаяние» — избранное

23 цитаты про «отчаяние»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Человеческое сердце может вместить лишь определенную меру отчаяния. Когда губка насыщена, пусть море спокойно катит над ней свои волны — она не впитывает больше ни капли.

   Человеческое сердце может вместить лишь определенную меру отчаяния. Когда губка насыщена, пусть море спокойно катит над ней свои волны — она не впитывает больше ни капли.

   — Виктор Гюго · книга
2. «

   Большинство людей ведёт безнадёжное существование. То, что зовётся смирением, на самом деле есть убеждённое отчаяние.

   Большинство людей ведёт безнадёжное существование. То, что зовётся смирением, на самом деле есть убеждённое отчаяние.

   — Генри Дэвид Торо · книга
3. «

   Героизм, мой мальчик, нужен для тяжелых времен, – поучительно заметил Ленц. – Но мы живем в эпоху отчаяния. Тут приличествует только чувство юмора.

   Героизм, мой мальчик, нужен для тяжелых времен, – поучительно заметил Ленц. – Но мы живем в эпоху отчаяния. Тут приличествует только чувство юмора.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Когда одна дверь закрывается перед нашим лицом, мы забываем о том, что непременно откроется другая. В другом месте, при других обстоятельствах, но точно откроется. Иногда полезно дойти до последней точки, чтобы заметить новые возможности и наконец отвести взгляд от запертой двери.

   Когда одна дверь закрывается перед нашим лицом, мы забываем о том, что непременно откроется другая. В другом месте, при других обстоятельствах, но точно откроется. Иногда полезно дойти до последней точки, чтобы заметить новые возможности и наконец отвести взгляд от запертой двери.

   — Эльчин Сафарли · книга
5. «

   Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

   Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

   — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
6. «

   Физически я чувствовала себя очень слабой и разбитой, но куда хуже была моя душевная подавленность — подавленность, заставлявшая меня все время тихо плакать.

   Физически я чувствовала себя очень слабой и разбитой, но куда хуже была моя душевная подавленность — подавленность, заставлявшая меня все время тихо плакать.

   — Шарлотта Бронте · книга
7. «

   Ни отчаянья, ни стыда Ни теперь, ни потом, ни тогда.

   Ни отчаянья, ни стыда Ни теперь, ни потом, ни тогда.

   — Анна Андреевна Ахматова
8. «

   Но, как известно, именно в минуту отчаянья и начинает дуть попутный ветер.

   Но, как известно, именно в минуту отчаянья и начинает дуть попутный ветер.

   — Иосиф Александрович Бродский
9. «

   Мы всегда спешим. Все спешит, кроме моего сердца. Оно постепенно замедляет свой бег. Я не так уж и против.

   Мы всегда спешим. Все спешит, кроме моего сердца. Оно постепенно замедляет свой бег. Я не так уж и против.

   — Сесилия Ахерн · книга
10. «

    Настоящее отчаяние не ходит под руку с болтовнёй. Тот, кто не хочет жить, умирает молча.

    Настоящее отчаяние не ходит под руку с болтовнёй. Тот, кто не хочет жить, умирает молча.

    — Вера Камша · книга
11. «

    Maybe we’re all just a bunch of fools. Everyone lives with a love that has come to an end.

    Maybe we’re all just a bunch of fools. Everyone lives with a love that has come to an end.
12. «

    Иногда я пытаюсь представить себе степень отчаяния, которое толкает человека на самоубийство, и моё воображение рисует тёмную, склизкую трясину, где лишь смерть видится лучом света...

    Иногда я пытаюсь представить себе степень отчаяния, которое толкает человека на самоубийство, и моё воображение рисует тёмную, склизкую трясину, где лишь смерть видится лучом света...

    — Джулиан Барнс · книга
13. «

    Иногда присутствие другого человека, даже безмолвное, помогает справиться с отчаянием.

    Иногда присутствие другого человека, даже безмолвное, помогает справиться с отчаянием.

    — Марк Леви · книга
14. «

    — Мы знакомы пять лет, но я его не знаю. — Так почему идете к нему? — От безысходности.

    — Мы знакомы пять лет, но я его не знаю. — Так почему идете к нему? — От безысходности.

    — Лестрейд · сериал
15. «

    Отныне настоящее для меня важнее всего. А вовсе не будущее! Я больше не желаю ждать его. Не хочу, чтобы кто-то прислал мне SMS, признался в любви, написал, что хочет прожить со мной всю оставшуюся жизнь, а потом оказалось бы, что он ошибся номером.

    Отныне настоящее для меня важнее всего. А вовсе не будущее! Я больше не желаю ждать его. Не хочу, чтобы кто-то прислал мне SMS, признался в любви, написал, что хочет прожить со мной всю оставшуюся жизнь, а потом оказалось бы, что он ошибся номером.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    От грусти до отчаяния – один шаг. А я никогда не впадала в отчаяние. Теряла любимых людей, убегала от прошлого, оказывалась на дне жизни, но… Всегда вставала, шла вперёд. Нет, не назло врагам. Слишком много чести для них. Я просто понимала, что если сама не подниму себя, то меня никто не поднимет.

    От грусти до отчаяния – один шаг. А я никогда не впадала в отчаяние. Теряла любимых людей, убегала от прошлого, оказывалась на дне жизни, но… Всегда вставала, шла вперёд. Нет, не назло врагам. Слишком много чести для них. Я просто понимала, что если сама не подниму себя, то меня никто не поднимет.

    — Эльчин Сафарли · книга
17. «

    Бабская ревность — это совсем другое. Не скандалы и расспросы, это только у истеричек бывает, а тихое отчаяние и страх. Когда их прячешь, чтобы удержать его, становится только хуже... Женщины должны всё, что на сердце, открывать.

    Бабская ревность — это совсем другое. Не скандалы и расспросы, это только у истеричек бывает, а тихое отчаяние и страх. Когда их прячешь, чтобы удержать его, становится только хуже... Женщины должны всё, что на сердце, открывать.

    — Эльчин Сафарли · книга
18. «

    Мисудзу-сан, прошу, не сопровождайте своими звуковыми эффектами моменты моего отчаяния.

    Мисудзу-сан, прошу, не сопровождайте своими звуковыми эффектами моменты моего отчаяния.

    — Тамаки Суо · аниме
19. «

    Каково бы ни было горе, нельзя рыдать без конца. Что-то переполняется в душе, и раздирающее отчаяние сменяется тупым безразличием.

    Каково бы ни было горе, нельзя рыдать без конца. Что-то переполняется в душе, и раздирающее отчаяние сменяется тупым безразличием.

    — Мария Семенова · книга
20. «

    Отчаяние — удивительный ключ к могуществу, даже не ключ, а отмычка, способная открыть почти любой замок... И обычно это единственный ключ, доступный человеку.

    Отчаяние — удивительный ключ к могуществу, даже не ключ, а отмычка, способная открыть почти любой замок... И обычно это единственный ключ, доступный человеку.

    — Макс Фрай · книга