17 цитат «Жизненные цитаты на тему «отец»» — что говорили умные люди

17 цитат про «Жизненные цитаты на тему «отец»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Тогда он открыл для себя великую тайну: отцами не рождаются, ими становятся. И то, что пойдет на пользу ребёнку, познаётся буквально на ощупь, методом проб и ошибок.

   Тогда он открыл для себя великую тайну: отцами не рождаются, ими становятся. И то, что пойдет на пользу ребёнку, познаётся буквально на ощупь, методом проб и ошибок.

   — Гийом Мюссо · книга
2. «

   — Ты веришь, что если наш отец ушёл от нас с мамой, у меня всегда будет такая неразбериха в отношениях с мужчинами? — Мой отец приходил домой каждый вечер после работы, и у меня нет ни малейшего представления об отношениях с мужчинами.

   — Ты веришь, что если наш отец ушёл от нас с мамой, у меня всегда будет такая неразбериха в отношениях с мужчинами? — Мой отец приходил домой каждый вечер после работы, и у меня нет ни малейшего представления об отношениях с мужчинами.

   — Кэрри Брэдшоу · сериал
3. «

   Папка, папка родненький, ты приезжай, не забывай, я всё-таки дочка твоя. Папка, папка! Ой, что я говорю… Михаил Осипович!

   Папка, папка родненький, ты приезжай, не забывай, я всё-таки дочка твоя. Папка, папка! Ой, что я говорю… Михаил Осипович!

   — Нина Соломатина · фильм
4. «

   Всем известно — для каждого отца все лучшее у ребенка от него, а все худшее от тещи.

   Всем известно — для каждого отца все лучшее у ребенка от него, а все худшее от тещи.

   — Галина Гончарова · книга
5. «

   Отец, Горюнов Александр Лупанович. Посмотрите на его руки; они умели всё. Образование 2кл. церковно приходской школы. Путём учебы на курсах и невероятной воли добился работы дежурным по Станции в Песи и Теребутицах, затем в Хвойной начальник станции и диспетчер. В войну был в блокаде в Ленинграде работая на станции Кушелевка. После войны Хвойная. Много отдано сил и нервов, стал попивать, но золотые руки не дали пропасть, плотником ушел на пенсию.

   Отец, Горюнов Александр Лупанович. Посмотрите на его руки; они умели всё. Образование 2кл. церковно приходской школы. Путём учебы на курсах и невероятной воли добился работы дежурным по Станции в Песи и Теребутицах, затем в Хвойной начальник станции и диспетчер. В войну был в блокаде в Ленинграде работая на станции Кушелевка. После войны Хвойная. Много отдано сил и нервов, стал попивать, но золотые руки не дали пропасть, плотником ушел на пенсию.

   — Евгений Александрович Горюнов
6. «

   Пока я не узнаю человека действительно близко, оставаться свободным парнем проще, чем быть самим собой. А я папа двух дочек. Работающий папа. И мама, и папа. Я перед сном изучаю кулинарные книги и ищу пособия по воспитанию детей. Я покупаю платья и юбочки. Вязать и шить учусь. Я — мистер салфетная башка! Чтобы не захлебнуться постоянном перегрузе, я вынужден комбинировать части моей жизни, пока я её не налажу...

   Пока я не узнаю человека действительно близко, оставаться свободным парнем проще, чем быть самим собой. А я папа двух дочек. Работающий папа. И мама, и папа. Я перед сном изучаю кулинарные книги и ищу пособия по воспитанию детей. Я покупаю платья и юбочки. Вязать и шить учусь. Я — мистер салфетная башка! Чтобы не захлебнуться постоянном перегрузе, я вынужден комбинировать части моей жизни, пока я её не налажу...

   — Грэм Симкинс · фильм
7. «

   — Это ты будешь давать мне уроки любви? Энтони пристально взглянул на дочь и подвинул ближе свое кресло: — Ты помнишь, что делала почти каждую ночь, когда была маленькой, — я хочу сказать, до того, как тебя одолевал сон? — Читала под одеялом при свете фонарика. — А почему ты не зажигала верхний свет в комнате? — Чтобы ты думал, что я сплю, в то время как я тайком глотала книжки… — И ты никогда не задавалась вопросом: что за волшебный у тебя фонарик? — Н-нет… а почему я должна была?.. — Погас ли твой фонарик хоть один раз за все те годы? — Нет, — озадаченно произнесла Джулия. — А ведь тебе никогда не приходилось менять в нем батарейки.

   — Это ты будешь давать мне уроки любви? Энтони пристально взглянул на дочь и подвинул ближе свое кресло: — Ты помнишь, что делала почти каждую ночь, когда была маленькой, — я хочу сказать, до того, как тебя одолевал сон? — Читала под одеялом при свете фонарика. — А почему ты не зажигала верхний свет в комнате? — Чтобы ты думал, что я сплю, в то время как я тайком глотала книжки… — И ты никогда не задавалась вопросом: что за волшебный у тебя фонарик? — Н-нет… а почему я должна была?.. — Погас ли твой фонарик хоть один раз за все те годы? — Нет, — озадаченно произнесла Джулия. — А ведь тебе никогда не приходилось менять в нем батарейки.

   — Марк Леви · книга
8. «

   Когда я писала книгу «Папа и дочь», то спрашивала женщин о том, какую роль в их жизни играл отец. Выяснилось, что существует два варианта ответа: либо женщина хвасталась своим отцом, но затруднялась сказать, чём именно он такой замечательный; либо плакала. Когда речь заходит о наших, женских отношениях с отцами, то середины нет, только крайности.

   Когда я писала книгу «Папа и дочь», то спрашивала женщин о том, какую роль в их жизни играл отец. Выяснилось, что существует два варианта ответа: либо женщина хвасталась своим отцом, но затруднялась сказать, чём именно он такой замечательный; либо плакала. Когда речь заходит о наших, женских отношениях с отцами, то середины нет, только крайности.

   — Мэг Микер · книга
9. «

   Объяснить, что представлял собой мой отец, было нелегко, и я никогда о нем не говорила. Он был моим личным достоянием. Принадлежал мне одной. Я оберегала воспоминания о нем от всех людей.

   Объяснить, что представлял собой мой отец, было нелегко, и я никогда о нем не говорила. Он был моим личным достоянием. Принадлежал мне одной. Я оберегала воспоминания о нем от всех людей.

   — Дафна дю Морье · книга
10. «

    — Я вижу, ты сейчас на взводе. Но дело не в том, что ты женщина. — Вау. Неужели? Каждый день я проводила с тобой в Кэррингтон Атлантик, помогая тебе построить эту компанию, и вдруг появляется Адам, и Блудный сын возвращается. — А Адам тут при чём? — Я всю жизнь боролась за уважение и положение, которое он получил всего лишь за два дня! — Он долго был лишён того, что у тебя есть всю жизнь. Я ни в чём тебе не отказывал. — Нет. Я боролась. Не ты отдал мне компанию, я вырвала её сама. — Но не заслужила! Кэррингтон Атлантик была тебе не по зубам. — Не по зубам? Зато, когда наше имя валяют в грязи, мои зубы внезапно оказываются крепкими!

    — Я вижу, ты сейчас на взводе. Но дело не в том, что ты женщина. — Вау. Неужели? Каждый день я проводила с тобой в Кэррингтон Атлантик, помогая тебе построить эту компанию, и вдруг появляется Адам, и Блудный сын возвращается. — А Адам тут при чём? — Я всю жизнь боролась за уважение и положение, которое он получил всего лишь за два дня! — Он долго был лишён того, что у тебя есть всю жизнь. Я ни в чём тебе не отказывал. — Нет. Я боролась. Не ты отдал мне компанию, я вырвала её сама. — Но не заслужила! Кэррингтон Атлантик была тебе не по зубам. — Не по зубам? Зато, когда наше имя валяют в грязи, мои зубы внезапно оказываются крепкими!

    — Блейк Кэррингтон · сериал
11. «

    И что такое «благополучная семья?» Та, где есть бабушки? Где отцы могут обеспечить прожиточный минимум? Где мать может заниматься детьми? Но где набраться на всех детей бабушек и высокооплачиваемых отцов?

    И что такое «благополучная семья?» Та, где есть бабушки? Где отцы могут обеспечить прожиточный минимум? Где мать может заниматься детьми? Но где набраться на всех детей бабушек и высокооплачиваемых отцов?

    — Мария Глушко · книга
12. «

    Возможно, если ты попытаешься послушать меня, а не пререкаться, то, глядишь, чему-нибудь да научишься.

    Возможно, если ты попытаешься послушать меня, а не пререкаться, то, глядишь, чему-нибудь да научишься.

    — Дэвид Мэдсен · игра
13. «

    Нередко смерть отца застает молодых людей среди праздника жизни, на лоне безумной оргии.

    Нередко смерть отца застает молодых людей среди праздника жизни, на лоне безумной оргии.

    — Оноре де Бальзак · книга
14. «

    Потерять отца — значит потерять верного советчика и наставника, того, кто поддерживал бы тебя, как ствол — ветки. Потерять мать — это... все равно что потерять солнце над головой.

    Потерять отца — значит потерять верного советчика и наставника, того, кто поддерживал бы тебя, как ствол — ветки. Потерять мать — это... все равно что потерять солнце над головой.

    — Янн Мартел · книга
15. «

    Жалей дитя, оберегай от бед, Но в нежности чрезмерной — явный вред. Святое уважение к своим Родителям пускай владеет им. И далее: «Главу свою перед отцом склоняй, А сердце матери своей отдай. Пускай отец – луна и солнце – мать Тебе дорогу будут озарять. Блюди всегда предсказанья их, Не переступай предначертанья их, Перед ними ты свой стан согни И знай: твои хранители они».

    Жалей дитя, оберегай от бед, Но в нежности чрезмерной — явный вред. Святое уважение к своим Родителям пускай владеет им. И далее: «Главу свою перед отцом склоняй, А сердце матери своей отдай. Пускай отец – луна и солнце – мать Тебе дорогу будут озарять. Блюди всегда предсказанья их, Не переступай предначертанья их, Перед ними ты свой стан согни И знай: твои хранители они».

    — Алишер Навои
16. «

    — Ты сейчас волнуешься за меня, или ругаешь меня? — Иногда одно, иногда другое делаю... Послушай меня. Кто ты? Ты мой сын! Я сделаю все что захочу тебе. — Хорошо, папа, делай. Делай. — Ты расстроился? — Нет, нет не расстроился это не стоит того, чтобы расстраиваться. — Конечно же, не будешь расстраиваться. Ты уже стал бессмертным... Ловишь пули ты. Пьешь колу на голодный желудок ты. Убегать и входить в дом, как вор, тоже твое дело. — Сидим пять минут и дом превращается вместо бойни. — Ничего себе! То есть ты жертва, а я жестокий, так?! Сынок, послушай-ка. Я тебе сказал не делать, ты сделал. у других очевидно чем будет заниматься их сын через пять лет. А наш неизвестно, что будет делать через пять минут. У меня один единственный ребенок. Один сын. Ты мне остался в память от матери. Как я могу не расстраиваться?.. Знаешь, у меня было три одноклассника. И все они заболели Альцгеймером. Как же мне им не завидовать? У них мысли спокойные. Чудесно. А я каждую ночь просыпаюсь в страхе, что с тобой что-то случится... Простатит с одной стороны, ты с другой. Я за ночь просыпаюсь раз сорок.

    — Ты сейчас волнуешься за меня, или ругаешь меня? — Иногда одно, иногда другое делаю... Послушай меня. Кто ты? Ты мой сын! Я сделаю все что захочу тебе. — Хорошо, папа, делай. Делай. — Ты расстроился? — Нет, нет не расстроился это не стоит того, чтобы расстраиваться. — Конечно же, не будешь расстраиваться. Ты уже стал бессмертным... Ловишь пули ты. Пьешь колу на голодный желудок ты. Убегать и входить в дом, как вор, тоже твое дело. — Сидим пять минут и дом превращается вместо бойни. — Ничего себе! То есть ты жертва, а я жестокий, так?! Сынок, послушай-ка. Я тебе сказал не делать, ты сделал. у других очевидно чем будет заниматься их сын через пять лет. А наш неизвестно, что будет делать через пять минут. У меня один единственный ребенок. Один сын. Ты мне остался в память от матери. Как я могу не расстраиваться?.. Знаешь, у меня было три одноклассника. И все они заболели Альцгеймером. Как же мне им не завидовать? У них мысли спокойные. Чудесно. А я каждую ночь просыпаюсь в страхе, что с тобой что-то случится... Простатит с одной стороны, ты с другой. Я за ночь просыпаюсь раз сорок.
17. «

    Можно стать бывшим мужем, но не бывшим отцом.

    Можно стать бывшим мужем, но не бывшим отцом.

    — Карл Витакер (Уитакер)