348 фраз, которые всё говорят о «отец»

Собрали 348 цитат на тему «отец» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Диоген однажды заметил незаконнорожденного мальчишку, швырявшего камни в прохожих. — Прекрати баловство, — сказал ему философ. — Ты можешь нечаянно угодить камнем в собственного отца.

   Диоген однажды заметил незаконнорожденного мальчишку, швырявшего камни в прохожих. — Прекрати баловство, — сказал ему философ. — Ты можешь нечаянно угодить камнем в собственного отца.

   — Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей) · книга
2. «

   Спросите папу: «Сколько мне лет?» и засеките время....у меня 10 секунд думал..: D

   Спросите папу: «Сколько мне лет?» и засеките время....у меня 10 секунд думал..: D
3. «

   Тот является отцом, кто воспитывает, а не тот, кто родит.

   Тот является отцом, кто воспитывает, а не тот, кто родит.

   — Менандр
4. «

   Я замечаю за собой твои ужимки фазер (father) ! Твои привычечки во мне сильнее с каждым разом. Ведь мы по родам и местам рождения, Мы гранит. Мой сын всё приумножит и конечно сохранит.

   Я замечаю за собой твои ужимки фазер (father) ! Твои привычечки во мне сильнее с каждым разом. Ведь мы по родам и местам рождения, Мы гранит. Мой сын всё приумножит и конечно сохранит.
5. «

   Страна — лишь ее история и сказания. Мы все то, чем нас сделали отцы.

   Страна — лишь ее история и сказания. Мы все то, чем нас сделали отцы.

   — Король Уэссекса Альфред Великий · сериал
6. «

   Если Призрак погибает, его тело кладут лицом вниз — так, чтобы голова указывала в направлении дома. Оружие кладут рядом. Мы поступаем так всегда, и когда наши павшие оказываются на том свете, они следят за нами и нашими врагами. Отец умер — и этого не изменить. Но мы с Логаном всё ещё здесь. Федерация всё ещё здесь. Рорк тоже ещё здесь. Война не кончилась — до этого ещё далеко. Прощай, пап. Мне не сравниться с тобой, но я буду пытаться до конца.

   Если Призрак погибает, его тело кладут лицом вниз — так, чтобы голова указывала в направлении дома. Оружие кладут рядом. Мы поступаем так всегда, и когда наши павшие оказываются на том свете, они следят за нами и нашими врагами. Отец умер — и этого не изменить. Но мы с Логаном всё ещё здесь. Федерация всё ещё здесь. Рорк тоже ещё здесь. Война не кончилась — до этого ещё далеко. Прощай, пап. Мне не сравниться с тобой, но я буду пытаться до конца.

   — Дэвид Уокер · игра
7. «

   — Знаешь, что мне нужно? — Что? — Чтобы рядом был мужчина, который меня любит, заботится обо мне и выполняет капризы. — Но у тебя же есть такой, это я. — Да, конечно... Спасибо, что ты есть, ПАПА.

   — Знаешь, что мне нужно? — Что? — Чтобы рядом был мужчина, который меня любит, заботится обо мне и выполняет капризы. — Но у тебя же есть такой, это я. — Да, конечно... Спасибо, что ты есть, ПАПА.
8. «

   Все знают, откуда берутся дети, Но никто не знает, откуда берутся папы. <...> Где ты, папа, где ты? Где ты, папа, где ты? Где ты, папа, где ты? Где же ты, где ты, папа, где ты?

   Все знают, откуда берутся дети, Но никто не знает, откуда берутся папы. <...> Где ты, папа, где ты? Где ты, папа, где ты? Где ты, папа, где ты? Где же ты, где ты, папа, где ты?
9. «

   — Что мне делать с днем рожденья сына? В последнее время я ничего не успеваю.. — Разве в отцовстве бывает отставание? Пару дней будет расстроен, на третий помиритесь. — Что значит будет расстроен? Я этого ребенка сделал, чтоб он расстраивался? Разве не спросят у человека: «зачем ты делал ребенка, если собирался расстраивать»?

   — Что мне делать с днем рожденья сына? В последнее время я ничего не успеваю.. — Разве в отцовстве бывает отставание? Пару дней будет расстроен, на третий помиритесь. — Что значит будет расстроен? Я этого ребенка сделал, чтоб он расстраивался? Разве не спросят у человека: «зачем ты делал ребенка, если собирался расстраивать»?
10. «

    Отец и дочь, мы «да» и «нет», Отец и дочь, вопрос — ответ. Как уберечь, спасти, помочь Мой дух и плоть, родную дочь? Родную дочь… И день грядет: с моих колен Она вспорхнёт, попавши в плен Коварных чар чужих мужчин, Где каждый вор и сукин сын. Ночной кошмар, мой страшный сон! Взрослеет дочь, старею я, И стала ночь длиннее дня. Не мне менять земной закон — Где нет меня, есть только он, Она и он… А может быть, я всё ж не прав, Пора смирить свой гордый нрав И скорбно ждать свой смертный час? Дочь станет мать, и часть от нас В ней прорастёт цветком другим, Круговорот мы завершим. Но ангел мой, любовь моя! Смирить себя я не могу, Своё дитя отдать врагу. И пусть сто тысяч раз проклят тот, Кто мой цветок шутя сорвёт!

    Отец и дочь, мы «да» и «нет», Отец и дочь, вопрос — ответ. Как уберечь, спасти, помочь Мой дух и плоть, родную дочь? Родную дочь… И день грядет: с моих колен Она вспорхнёт, попавши в плен Коварных чар чужих мужчин, Где каждый вор и сукин сын. Ночной кошмар, мой страшный сон! Взрослеет дочь, старею я, И стала ночь длиннее дня. Не мне менять земной закон — Где нет меня, есть только он, Она и он… А может быть, я всё ж не прав, Пора смирить свой гордый нрав И скорбно ждать свой смертный час? Дочь станет мать, и часть от нас В ней прорастёт цветком другим, Круговорот мы завершим. Но ангел мой, любовь моя! Смирить себя я не могу, Своё дитя отдать врагу. И пусть сто тысяч раз проклят тот, Кто мой цветок шутя сорвёт!
11. «

    Сейчас, вяло ковыляя на работу, спотыкаясь на ровном месте от тяжести невидимого горба, только сейчас я понимаю своего отца. Только сейчас, пережеванный временем, выброшенный отрыжкой данности на этот асфальт, с которого слизывают грязь низкие черные тучи, я наконец всем своим существом осознаю, что значил его мерзлый взгляд. Мой отец со всей своей тоской, загнанностью, с тяжелым подбородком и редкими бровями, шаблоном круговой безысходности повторился во мне. Как и я, наверное, повторюсь в своем сыне.

    Сейчас, вяло ковыляя на работу, спотыкаясь на ровном месте от тяжести невидимого горба, только сейчас я понимаю своего отца. Только сейчас, пережеванный временем, выброшенный отрыжкой данности на этот асфальт, с которого слизывают грязь низкие черные тучи, я наконец всем своим существом осознаю, что значил его мерзлый взгляд. Мой отец со всей своей тоской, загнанностью, с тяжелым подбородком и редкими бровями, шаблоном круговой безысходности повторился во мне. Как и я, наверное, повторюсь в своем сыне.

    — Аль Квотион · книга
12. «

    Это папа? Возможно. Но даже если не папа, то все равно человек. Я вырвал эти страницы. Я сложил их в обратном порядке: последнюю — сначала, первую — в конце. Когда я их пролистал, получилось, что человек не падает, а взлетает. Если бы у меня еще были снимки, он мог бы влететь в окно, внутрь здания, и дым бы всосался в брешь, из которой бы вылетел самолет. Папа записал бы свои сообщения задом наперед, пока бы они не стерлись, а самолет бы долетел задом наперед до самого Бостона. Лифт привез бы его на первый этаж, и перед выходом он нажал бы на последний. Пятясь, он вошел бы в метро, и метро поехало бы задом назад, до нашей остановки. Пятясь, папа прошел бы через турникет, убрал бы в карман магнитную карту и попятился бы домой, читая на ходу «Нью-Йорк Таймc» справа налево. Он бы выплюнул кофе в кружку, загрязнил зубной щеткой зубы и нанес бритвой щетину на лицо. Он бы лег в постель, и будильник прозвенел бы задом наперед, и сон бы ему приснился от конца к началу. Потом бы он встал в конце вечера перед наихудшим днем И припятился в мою комнату, насвистывая I am the Walrus задом наперед. Он нырнул бы ко мне в кровать. Мы бы смотрели на фальшивые звезды, мерцавшие под нашими взглядами. Я бы сказал: «Ничего» задом наперед. Он бы сказал: «Что, старина?» задом наперед. Я бы сказал: «Пап?» задом наперед, и это прозвучало бы, как обычное «Пап».

    Это папа? Возможно. Но даже если не папа, то все равно человек. Я вырвал эти страницы. Я сложил их в обратном порядке: последнюю — сначала, первую — в конце. Когда я их пролистал, получилось, что человек не падает, а взлетает. Если бы у меня еще были снимки, он мог бы влететь в окно, внутрь здания, и дым бы всосался в брешь, из которой бы вылетел самолет. Папа записал бы свои сообщения задом наперед, пока бы они не стерлись, а самолет бы долетел задом наперед до самого Бостона. Лифт привез бы его на первый этаж, и перед выходом он нажал бы на последний. Пятясь, он вошел бы в метро, и метро поехало бы задом назад, до нашей остановки. Пятясь, папа прошел бы через турникет, убрал бы в карман магнитную карту и попятился бы домой, читая на ходу «Нью-Йорк Таймc» справа налево. Он бы выплюнул кофе в кружку, загрязнил зубной щеткой зубы и нанес бритвой щетину на лицо. Он бы лег в постель, и будильник прозвенел бы задом наперед, и сон бы ему приснился от конца к началу. Потом бы он встал в конце вечера перед наихудшим днем И припятился в мою комнату, насвистывая I am the Walrus задом наперед. Он нырнул бы ко мне в кровать. Мы бы смотрели на фальшивые звезды, мерцавшие под нашими взглядами. Я бы сказал: «Ничего» задом наперед. Он бы сказал: «Что, старина?» задом наперед. Я бы сказал: «Пап?» задом наперед, и это прозвучало бы, как обычное «Пап».

    — Джонатан Сафран Фоер · книга
13. «

    — Я вижу, ты сейчас на взводе. Но дело не в том, что ты женщина. — Вау. Неужели? Каждый день я проводила с тобой в Кэррингтон Атлантик, помогая тебе построить эту компанию, и вдруг появляется Адам, и Блудный сын возвращается. — А Адам тут при чём? — Я всю жизнь боролась за уважение и положение, которое он получил всего лишь за два дня! — Он долго был лишён того, что у тебя есть всю жизнь. Я ни в чём тебе не отказывал. — Нет. Я боролась. Не ты отдал мне компанию, я вырвала её сама. — Но не заслужила! Кэррингтон Атлантик была тебе не по зубам. — Не по зубам? Зато, когда наше имя валяют в грязи, мои зубы внезапно оказываются крепкими!

    — Я вижу, ты сейчас на взводе. Но дело не в том, что ты женщина. — Вау. Неужели? Каждый день я проводила с тобой в Кэррингтон Атлантик, помогая тебе построить эту компанию, и вдруг появляется Адам, и Блудный сын возвращается. — А Адам тут при чём? — Я всю жизнь боролась за уважение и положение, которое он получил всего лишь за два дня! — Он долго был лишён того, что у тебя есть всю жизнь. Я ни в чём тебе не отказывал. — Нет. Я боролась. Не ты отдал мне компанию, я вырвала её сама. — Но не заслужила! Кэррингтон Атлантик была тебе не по зубам. — Не по зубам? Зато, когда наше имя валяют в грязи, мои зубы внезапно оказываются крепкими!

    — Блейк Кэррингтон · сериал
14. «

    ...желание всех отцов — осуществить в своих сыновьях то, чего недостает им самим.

    ...желание всех отцов — осуществить в своих сыновьях то, чего недостает им самим.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте
15. «

    Из детства мне больше запомнились папины черные лакированные и золотые ливреи, штаны в красную полоску и ленты от медалей, а не вечерние платья матери. Я всегда хотела выглядеть так же красиво, как отец, хоть бы на час. Лучше так, чем неделю быть просто по-женски привлекательной.

    Из детства мне больше запомнились папины черные лакированные и золотые ливреи, штаны в красную полоску и ленты от медалей, а не вечерние платья матери. Я всегда хотела выглядеть так же красиво, как отец, хоть бы на час. Лучше так, чем неделю быть просто по-женски привлекательной.

    — Тильда Суинтон
16. «

    Я дочь своего отца. Но ошибок его я не повторю.

    Я дочь своего отца. Но ошибок его я не повторю.

    — Хоуп Майклсон · сериал
17. «

    Детки тоже... отцовой памяти на колени не заберёшься.

    Детки тоже... отцовой памяти на колени не заберёшься.

    — Мария Семенова · книга
18. «

    Будь осторожна, дорогая. Зачастую контроль – это иллюзия. Например, я позволяю твоему отцу верить, что он глава семьи.

    Будь осторожна, дорогая. Зачастую контроль – это иллюзия. Например, я позволяю твоему отцу верить, что он глава семьи.

    — Мортиша Аддамс · сериал
19. «

    Похоже, единственное, что удерживало сыновей Рагнара вместе — это месть за смерть их отца.

    Похоже, единственное, что удерживало сыновей Рагнара вместе — это месть за смерть их отца.

    — Бьорн · сериал
20. «

    — Ты убила моего отца, а мне сказала, что он меня бросил. — Я защищала твою мать. Он был плохим человеком. — Ты врала мне десять лет. Думаешь, ты хорошая?

    — Ты убила моего отца, а мне сказала, что он меня бросил. — Я защищала твою мать. Он был плохим человеком. — Ты врала мне десять лет. Думаешь, ты хорошая?

    — Сэмми Джо · сериал