А, пожалуй, верно, я ко всем добрый! Только не показываю этого, нельзя это показывать людям, а то они замордуют. На доброго всякий лезет, как бы на кочку в болоте... И затопчут.
Возьмем в пример семечко. Если бы оно постоянно пыталось сохранить свою целостность, новая жизнь была бы невозможна. Семя проходит через огромную борьбу, теряя то, что, по его мнению, является его обликом; теряя свою безопасность и целостность, становясь уязвимым – чтобы превратиться в раскидистое лиственное дерево, богатое фруктами и цветами. Без этой добровольной открытости к преображению жизнь не прорастет.
От улыбки мастера раскрошилась одна из стен в моей башне, туда толпой вошли паломники, нищие и собаки — и пугающая пустота исчезла. Я перестал быть высокомерным стеблем. Измученный и потому мягкий, я переплёлся с миром, в котором всё ценно.
Давай представим, что у нас есть только один шанс узнать друг друга? Что есть только один шанс прочитать книгу… Я хочу попросить тебя, как бы ни было сложно, не выставлять иголки и не закрывать свою душу на замки. Мне самой больно и страшно быть откровенной. Но я поняла, что отталкивать всегда больнее.
Я всегда закрываю глаза, когда счастлив. Так закрываются двери житниц. Переполненных житниц. Ты во мне — благодатный хлеб. Да, я сделаю тебе больно. Да, ты сделаешь больно мне. Да, мы будем мучиться. Но таков удел человеческий. Встретить весну — значит принять и зиму. Открыться другому — значит потом страдать в одиночестве. (Как нелепы телефонные звонки, телеграммы, возвращения на скоростных самолетах, люди разучились жить ощущением присутствия.) <...> Благословенна грядущая зима. Я не прошу избавить меня от боли. Я прошу избавить меня от сна, который сковал во мне любовь. Не хочу больше ровных дней, не ведающих о временах года, не хочу бессмысленного вращения Земли, которое не ведет ни к кому, ни от кого не уводит. Сделай так, чтобы я любил. Станьте мне необходимой, как свет.
Толпа всегда болеет ксенофобией, она боится всего нового, потому что его надо познавать. Я почти готов поспорить, что в оригинале несчастного Прометея к скале приковали не боги — люди. А огонь, что он им принес, люди смогли оценить лишь через тысячелетия.
группа ученых исследовала влияние психоделического опыта на открытость — одну из самых стабильных черт личности, которая показывает, насколько человек открыт новому, насколько он склонен получать радость от общения с людьми, наслаждаться искусством. Оказалось, что пережитый психоделический опыт приводит к выраженным изменениям личности: та самая черта — открытость — становилась более выраженной. Более того, эти изменения могут сохраняться на протяжении до полутора лет, а могут и значительно дольше — просто дальше это уже не оценивали.