110 мудрых цитат про «Красивые цитаты на тему «отношения»»

Собрали 110 цитат на тему «Красивые цитаты на тему «отношения»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Будь со мной. Приходи, когда хочешь. Хочешь — раз в месяц, хочешь — раз в год, но приходи..

   Будь со мной. Приходи, когда хочешь. Хочешь — раз в месяц, хочешь — раз в год, но приходи..

   — Эльза (подруга Тимотео) · фильм
2. «

   Прости, но правда в том, что в глубине души я уже всё знала. Потому что ты всегда пытаешься быть грубым...но всегда находишь причины, чтобы быть нежным.

   Прости, но правда в том, что в глубине души я уже всё знала. Потому что ты всегда пытаешься быть грубым...но всегда находишь причины, чтобы быть нежным.

   — Тэру
3. «

   Не счесть разлук во вселенной этой, Не счесть потерь во вселенной этой, А вновь найти любовь, найти всегда нелегко. И все ж тебя я ищу по свету, Опять тебя я ищу по свету, Ищу тебя, среди чужих пространств и веков.

   Не счесть разлук во вселенной этой, Не счесть потерь во вселенной этой, А вновь найти любовь, найти всегда нелегко. И все ж тебя я ищу по свету, Опять тебя я ищу по свету, Ищу тебя, среди чужих пространств и веков.
4. «

   Ведь никогда я не хотел, чтобы было так, как сейчас. Делал все, что мог, что умел, все для нее. Но случись повернуть время вспять, повторил бы все свои ошибки, потому что совершал их из любви к ней.

   Ведь никогда я не хотел, чтобы было так, как сейчас. Делал все, что мог, что умел, все для нее. Но случись повернуть время вспять, повторил бы все свои ошибки, потому что совершал их из любви к ней.

   — Аль Квотион · книга
5. «

   А вы великолепны, когда сердитесь. Я прижму вас ещё крепче — вот так, — нарочно, чтобы поглядеть, как вы рассердитесь. Вы даже не представляете, как ослепительны вы были тогда в Двенадцати Дубах, когда, рассвирепев, швырялись вазами.

   А вы великолепны, когда сердитесь. Я прижму вас ещё крепче — вот так, — нарочно, чтобы поглядеть, как вы рассердитесь. Вы даже не представляете, как ослепительны вы были тогда в Двенадцати Дубах, когда, рассвирепев, швырялись вазами.

   — Маргарет Митчелл · книга
6. «

   В конце концов, между двумя людьми нет ничего важнее, кроме желания быть вместе. Отдавать друг другу всё, что есть, всё, что осталось.

   В конце концов, между двумя людьми нет ничего важнее, кроме желания быть вместе. Отдавать друг другу всё, что есть, всё, что осталось.

   — Эльчин Сафарли · книга
7. «

   Держи меня крепче, держи мой мир в своей ладони, не отпускай...

   Держи меня крепче, держи мой мир в своей ладони, не отпускай...

   — Эльчин Сафарли · книга
8. «

   Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Сейчас нам не нужно иных ласк, нам не нужно слов. Пусть мир тревожно заглядывает сквозь запотевшие от раскалившегося дыханья окна, пусть музыка заслоняет собой реальность, впитывая твой голос, мою нежность, наши души... Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Маршруты новых звезд разбегаются по коже, отражаются в твоих глазах. И ты читаешь во мне, в звенящем молчании: я. люблю. тебя. сейчас. Сейчас, здесь не существует иного. И закрыв глаза, я всматриваюсь, вчувствываюсь в этот маленький мир, созданный случайным актом одной любви. Яблоки на полу, красный как жизнь виноград, прозрачные шторы на ветру, заблудившееся солнце, игра теней в сигаретном дыме, тающее на столе мороженое, тающий в воздухе смех... Танец ангелов в земной пыли. Как мало порой нам нужно, чтобы навек остаться. Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди...

   Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Сейчас нам не нужно иных ласк, нам не нужно слов. Пусть мир тревожно заглядывает сквозь запотевшие от раскалившегося дыханья окна, пусть музыка заслоняет собой реальность, впитывая твой голос, мою нежность, наши души... Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Маршруты новых звезд разбегаются по коже, отражаются в твоих глазах. И ты читаешь во мне, в звенящем молчании: я. люблю. тебя. сейчас. Сейчас, здесь не существует иного. И закрыв глаза, я всматриваюсь, вчувствываюсь в этот маленький мир, созданный случайным актом одной любви. Яблоки на полу, красный как жизнь виноград, прозрачные шторы на ветру, заблудившееся солнце, игра теней в сигаретном дыме, тающее на столе мороженое, тающий в воздухе смех... Танец ангелов в земной пыли. Как мало порой нам нужно, чтобы навек остаться. Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди...

   — Аль Квотион · книга
9. «

   Весь смысл жизни – в себе луч солнца Иль взгляд твой пристальный преломить.

   Весь смысл жизни – в себе луч солнца Иль взгляд твой пристальный преломить.
10. «

    Пусть тихий шелест опадающих листьев станет аккомпанементом нашему смеху, пусть в появившихся лужах новым небом отразятся наши глаза, пусть уходящее солнце и холодеющий прозрачный воздух станут поводом разделить на двоих ненадежный уют квартиры.

    Пусть тихий шелест опадающих листьев станет аккомпанементом нашему смеху, пусть в появившихся лужах новым небом отразятся наши глаза, пусть уходящее солнце и холодеющий прозрачный воздух станут поводом разделить на двоих ненадежный уют квартиры.

    — Аль Квотион · книга
11. «

    Я не знаю, кто это, но я знаю, что он не сможет относиться к тебе так, как я.

    Я не знаю, кто это, но я знаю, что он не сможет относиться к тебе так, как я.

    — Алекс Хитченс (Хитч) · фильм
12. «

    — Что-то нет энтузиазма в голосе... — Может, ты не слышишь? — Я все слышу. Слышу, что в твоих словах нет ни капли волнения — ваш роман похож на флирт двух рыбок. А я хочу, чтобы тебя захлестнула страсть и ты летала, как на крыльях, пела и танцевала от восторга... Чтобы ты жила, как в забытьи, в забытьи от счастья... Знаю, звучит сентиментально... Но любовь — одержимость человеком, в котором твоя жизнь. Найди мужчину, в которого влюбишься до беспамятства и который полюбит тебя так же. Как его отыскать? Главное, слушайся сердца... Пока оно не колышется... Без любви жизнь теряет всякий смысл. Попробуй... Не попробуешь — считай, что не жила. — Браво! — Ты черствая... — Извини, ладно... Повтори еще раз, только покороче, пап. — Идет. Распахни свое сердце для чьей-то стрелы.

    — Что-то нет энтузиазма в голосе... — Может, ты не слышишь? — Я все слышу. Слышу, что в твоих словах нет ни капли волнения — ваш роман похож на флирт двух рыбок. А я хочу, чтобы тебя захлестнула страсть и ты летала, как на крыльях, пела и танцевала от восторга... Чтобы ты жила, как в забытьи, в забытьи от счастья... Знаю, звучит сентиментально... Но любовь — одержимость человеком, в котором твоя жизнь. Найди мужчину, в которого влюбишься до беспамятства и который полюбит тебя так же. Как его отыскать? Главное, слушайся сердца... Пока оно не колышется... Без любви жизнь теряет всякий смысл. Попробуй... Не попробуешь — считай, что не жила. — Браво! — Ты черствая... — Извини, ладно... Повтори еще раз, только покороче, пап. — Идет. Распахни свое сердце для чьей-то стрелы.

    — Сьюзен Перриш · фильм
13. «

    У нее футболка сбилась набок, и, как боровик после дождя, выглянуло на свет одно плечо. Казалось бы, плечо — какой пустяк, какая мелочь, мало ли чужих плеч в нашей жизни. Но я всматриваюсь в него, потому что сейчас это эпицентр моей жизни. Всматриваюсь до посинения, потому что не знаю, что можно сказать. И открываю для себя новую науку. Географию плеча. Это ведь целый огромный мир, старинная пиратская карта, где родинками помечены клады поцелуев, где у каждой царапинки, каждой шероховатости своя история рождения, взросления, становления. А яростно-алый цвет крови под тонкой кожей не дает проступать глубинно-синему цвету души.

    У нее футболка сбилась набок, и, как боровик после дождя, выглянуло на свет одно плечо. Казалось бы, плечо — какой пустяк, какая мелочь, мало ли чужих плеч в нашей жизни. Но я всматриваюсь в него, потому что сейчас это эпицентр моей жизни. Всматриваюсь до посинения, потому что не знаю, что можно сказать. И открываю для себя новую науку. Географию плеча. Это ведь целый огромный мир, старинная пиратская карта, где родинками помечены клады поцелуев, где у каждой царапинки, каждой шероховатости своя история рождения, взросления, становления. А яростно-алый цвет крови под тонкой кожей не дает проступать глубинно-синему цвету души.

    — Аль Квотион · книга
14. «

    Billions of stars have faded away Since we left the formalities behind

    Billions of stars have faded away Since we left the formalities behind
15. «

    Отпусти, не выпуская из сердца.

    Отпусти, не выпуская из сердца.

    — Эльчин Сафарли · книга
16. «

    Если бы я знал, когда видел тебя в последний раз, что это последний раз, я бы постарался запомнить твое лицо, твою походку, все, связанное с тобой. И, если бы я знал, когда в последний раз тебя целовал, что это — последний раз, я бы никогда не остановился.

    Если бы я знал, когда видел тебя в последний раз, что это последний раз, я бы постарался запомнить твое лицо, твою походку, все, связанное с тобой. И, если бы я знал, когда в последний раз тебя целовал, что это — последний раз, я бы никогда не остановился.

    — Майк Ханниган · сериал
17. «

    — Как ты догадался, что у меня приступ тоски? — Тот, кому выпала нелегкая любовная доля, навсегда остается со шрамами. Когда погода меняется, они дают о себе знать.

    — Как ты догадался, что у меня приступ тоски? — Тот, кому выпала нелегкая любовная доля, навсегда остается со шрамами. Когда погода меняется, они дают о себе знать.

    — Эрик Орсенна · книга
18. «

    Я шел туда, где заканчивается город. Я шел по шумным улицам, где разноцветные машины превращаются в черно-белых людей с грустными глазами, а огни магистралей слепят глаза и сводят с ума красавицу ночь. Я шел по пыльным крышам домов, где бродячие коты чуют шальную весну, а пугливые голуби едят из рук, наблюдая круглыми глазами за смешным неловким человеком, принесшим в карманах хлеб. Я шел по паркам, где симметричность цветов выверена до угловатости, но детский смех слышится намного чаще. Я шел туда, где заканчивается город. Туда, где мы с тобой сядем на берегу моря и будем смотреть в медленно алеющий горизонт, никуда не спеша, рассказывая друг другу пустяки и смеясь общим воспоминаниям. Но там, где кончался один город, начинался другой. И снова гудели машины, куда-то спешили поезда, люди торопились жить, сбивая ногами случайную росу, а кто-то снова хотел нас... Мы прощались коротким рукопожатием, мы разбегались по делам, бесконечно отражаясь в вырастающих на глазах витринах, мы говорили о самом важном, но взлетал самолет и звук наших голосов таял... А потом выпал снег. Словно бы из ниоткуда. Словно бы чудо. Просто однажды утром мы проснулись, вышли из дома, а города больше не было. Была степь, звездное небо под ногами, был свет и была тишина. И тогда я посмотрел наверх, пристально вглядываясь в синеву, и понял, где же заканчивается город.

    Я шел туда, где заканчивается город. Я шел по шумным улицам, где разноцветные машины превращаются в черно-белых людей с грустными глазами, а огни магистралей слепят глаза и сводят с ума красавицу ночь. Я шел по пыльным крышам домов, где бродячие коты чуют шальную весну, а пугливые голуби едят из рук, наблюдая круглыми глазами за смешным неловким человеком, принесшим в карманах хлеб. Я шел по паркам, где симметричность цветов выверена до угловатости, но детский смех слышится намного чаще. Я шел туда, где заканчивается город. Туда, где мы с тобой сядем на берегу моря и будем смотреть в медленно алеющий горизонт, никуда не спеша, рассказывая друг другу пустяки и смеясь общим воспоминаниям. Но там, где кончался один город, начинался другой. И снова гудели машины, куда-то спешили поезда, люди торопились жить, сбивая ногами случайную росу, а кто-то снова хотел нас... Мы прощались коротким рукопожатием, мы разбегались по делам, бесконечно отражаясь в вырастающих на глазах витринах, мы говорили о самом важном, но взлетал самолет и звук наших голосов таял... А потом выпал снег. Словно бы из ниоткуда. Словно бы чудо. Просто однажды утром мы проснулись, вышли из дома, а города больше не было. Была степь, звездное небо под ногами, был свет и была тишина. И тогда я посмотрел наверх, пристально вглядываясь в синеву, и понял, где же заканчивается город.

    — Аль Квотион · книга
19. «

    Всегда быть рядом не могут люди, Всегда быть вместе не могут люди. Нельзя любви, земной любви Пылать без конца. Скажи, зачем же тогда мы любим? Скажи, зачем мы друг друга любим, Считая дни, сжигая сердца?

    Всегда быть рядом не могут люди, Всегда быть вместе не могут люди. Нельзя любви, земной любви Пылать без конца. Скажи, зачем же тогда мы любим? Скажи, зачем мы друг друга любим, Считая дни, сжигая сердца?
20. «

    Ты даже не представляешь, какое это мучительное чувство. Как это бывает, когда слушаешь мужчину и тебе кажется, что он, как из ящиков стола, достает из твоей головы мысли. Включает музыку, и это именно то, что ты хотела услышать.

    Ты даже не представляешь, какое это мучительное чувство. Как это бывает, когда слушаешь мужчину и тебе кажется, что он, как из ящиков стола, достает из твоей головы мысли. Включает музыку, и это именно то, что ты хотела услышать.

    — Януш Леон Вишневский · книга