121 фраза про «Красивые цитаты на тему «отношения»» с глубоким смыслом

Собрали 121 цитата на тему «Красивые цитаты на тему «отношения»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Ему всегда нужны были другие люди, а мне, я думаю, всегда нужен был только он.

   Ему всегда нужны были другие люди, а мне, я думаю, всегда нужен был только он.

   — Джон Фаулз · книга
2. «

   Наша вчерашняя встреча была для меня квантовым переходом. Мне удалось увидеть тебя так, как будто ты существуешь только для меня, как будто тебя придумали специально для меня, как будто итальянский ресторан открыли специально для нас с тобой, как будто наш столик специально устроили так, чтобы наши колени соприкасались, как будто этот жёлтый куст женьшеня посадили исключительно для нас, двадцать лет назад, мудро прозревая тот вечер, когда мы через двадцать лет будем стоять за ним, обнявшись, и целоваться.

   Наша вчерашняя встреча была для меня квантовым переходом. Мне удалось увидеть тебя так, как будто ты существуешь только для меня, как будто тебя придумали специально для меня, как будто итальянский ресторан открыли специально для нас с тобой, как будто наш столик специально устроили так, чтобы наши колени соприкасались, как будто этот жёлтый куст женьшеня посадили исключительно для нас, двадцать лет назад, мудро прозревая тот вечер, когда мы через двадцать лет будем стоять за ним, обнявшись, и целоваться.

   — Даниэль Глаттауэр · книга
3. «

   Billions of stars have faded away Since we left the formalities behind

   Billions of stars have faded away Since we left the formalities behind
4. «

   Грядёт зима, и все в сети, И вроде бы теплее; «Привет» мы пишем и «прости», Играем и взрослеем. Увы, но, правда, с каждым днём Мы вдохновенье в строчках, Припав душою, жадно пьём, Скрывая чувства в точках. Летаем, если крылья есть, Коль нет, то нарисуем, В картинках образов не счесть, Живём и так тоскуем. Прообразы заменят сон, И вновь судьба мечтою Себя утешит; им вдвоём Тепло, как нам с тобою.

   Грядёт зима, и все в сети, И вроде бы теплее; «Привет» мы пишем и «прости», Играем и взрослеем. Увы, но, правда, с каждым днём Мы вдохновенье в строчках, Припав душою, жадно пьём, Скрывая чувства в точках. Летаем, если крылья есть, Коль нет, то нарисуем, В картинках образов не счесть, Живём и так тоскуем. Прообразы заменят сон, И вновь судьба мечтою Себя утешит; им вдвоём Тепло, как нам с тобою.
5. «

   Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Сейчас нам не нужно иных ласк, нам не нужно слов. Пусть мир тревожно заглядывает сквозь запотевшие от раскалившегося дыханья окна, пусть музыка заслоняет собой реальность, впитывая твой голос, мою нежность, наши души... Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Маршруты новых звезд разбегаются по коже, отражаются в твоих глазах. И ты читаешь во мне, в звенящем молчании: я. люблю. тебя. сейчас. Сейчас, здесь не существует иного. И закрыв глаза, я всматриваюсь, вчувствываюсь в этот маленький мир, созданный случайным актом одной любви. Яблоки на полу, красный как жизнь виноград, прозрачные шторы на ветру, заблудившееся солнце, игра теней в сигаретном дыме, тающее на столе мороженое, тающий в воздухе смех... Танец ангелов в земной пыли. Как мало порой нам нужно, чтобы навек остаться. Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди...

   Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Сейчас нам не нужно иных ласк, нам не нужно слов. Пусть мир тревожно заглядывает сквозь запотевшие от раскалившегося дыханья окна, пусть музыка заслоняет собой реальность, впитывая твой голос, мою нежность, наши души... Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Маршруты новых звезд разбегаются по коже, отражаются в твоих глазах. И ты читаешь во мне, в звенящем молчании: я. люблю. тебя. сейчас. Сейчас, здесь не существует иного. И закрыв глаза, я всматриваюсь, вчувствываюсь в этот маленький мир, созданный случайным актом одной любви. Яблоки на полу, красный как жизнь виноград, прозрачные шторы на ветру, заблудившееся солнце, игра теней в сигаретном дыме, тающее на столе мороженое, тающий в воздухе смех... Танец ангелов в земной пыли. Как мало порой нам нужно, чтобы навек остаться. Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди...

   — Аль Квотион · книга
6. «

   — Смотри, солнце ведь греет всех людей? — И что? — Я чувствую себя солнцем для женщин. — Всё равно не понимаю. — Зачем мне греть одну женщину, когда я могу согреть сотни, а то и тысячи. — А... теперь понятно. Смотри, не перегори...

   — Смотри, солнце ведь греет всех людей? — И что? — Я чувствую себя солнцем для женщин. — Всё равно не понимаю. — Зачем мне греть одну женщину, когда я могу согреть сотни, а то и тысячи. — А... теперь понятно. Смотри, не перегори...

   — Аристарх Ромашин · книга
7. «

   Прости, но правда в том, что в глубине души я уже всё знала. Потому что ты всегда пытаешься быть грубым...но всегда находишь причины, чтобы быть нежным.

   Прости, но правда в том, что в глубине души я уже всё знала. Потому что ты всегда пытаешься быть грубым...но всегда находишь причины, чтобы быть нежным.

   — Тэру
8. «

   Это с каждым случится однажды, Через год или два. Может век, Постучится к вам в дверь очень важный, Очень нужный, родной человек.

   Это с каждым случится однажды, Через год или два. Может век, Постучится к вам в дверь очень важный, Очень нужный, родной человек.
9. «

   Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Я беру тебя, приходя с огнём и мечом. Я смотрю, как в твоих глазах пылают сожжённые мною города, я слышу в твоём смехе крики воронья над полем битвы, я наблюдаю, как знаменами проигравших падает на пол одежда... Я беру тебя, приходя со словом. Я вью вокруг тебя интригу медленной эротики, я шепчу в твоё ухо горячие оттиски обнажённой интимности, дрожью струящиеся по твоей коже... Я беру тебя, приходя с любовью. Я целую твоё тонкое запястье и прижимаю к себе, любуясь мерным соавторством такта сердец, я провожу кончиками пальцев по твоей спине, ловя губами дождинки сбившегося дыхания... Я беру тебя, приходя с первым снегом и шелестом листопадов, я беру тебя, приходя с россыпью звёзд и прозрачно розовым рассветом, я беру тебя, приходя... Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Наша жизнь — это единство двух стихов, это созвучие двух песен... Наша жизнь — это мы, бесконечно отражённые друг в друге.

   Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Я беру тебя, приходя с огнём и мечом. Я смотрю, как в твоих глазах пылают сожжённые мною города, я слышу в твоём смехе крики воронья над полем битвы, я наблюдаю, как знаменами проигравших падает на пол одежда... Я беру тебя, приходя со словом. Я вью вокруг тебя интригу медленной эротики, я шепчу в твоё ухо горячие оттиски обнажённой интимности, дрожью струящиеся по твоей коже... Я беру тебя, приходя с любовью. Я целую твоё тонкое запястье и прижимаю к себе, любуясь мерным соавторством такта сердец, я провожу кончиками пальцев по твоей спине, ловя губами дождинки сбившегося дыхания... Я беру тебя, приходя с первым снегом и шелестом листопадов, я беру тебя, приходя с россыпью звёзд и прозрачно розовым рассветом, я беру тебя, приходя... Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Наша жизнь — это единство двух стихов, это созвучие двух песен... Наша жизнь — это мы, бесконечно отражённые друг в друге.

   — Аль Квотион · книга
10. «

    Он смотрел на нее, как смотрит человек на сорванный им и завядший цветок, в котором он с трудом узнает красоту, за которую он сорвал и погубил его. И, несмотря на то, он чувствовал, что тогда, когда любовь его была сильнее, он мог, если бы сильно захотел этого, вырвать эту любовь из своего сердца, но теперь, когда, как в эту минуту, ему казалось, что он не чувствовал любви к ней, он знал, что связь его с ней не может быть разорвана.

    Он смотрел на нее, как смотрит человек на сорванный им и завядший цветок, в котором он с трудом узнает красоту, за которую он сорвал и погубил его. И, несмотря на то, он чувствовал, что тогда, когда любовь его была сильнее, он мог, если бы сильно захотел этого, вырвать эту любовь из своего сердца, но теперь, когда, как в эту минуту, ему казалось, что он не чувствовал любви к ней, он знал, что связь его с ней не может быть разорвана.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
11. «

    Так долго вместе прожили, что снег коль выпадал, то думалось — навеки, что, дабы не зажмуривать ей век, я прикрывал ладонью их, и веки, не веря, что их пробуют спасти, метались там, как бабочки в горсти.

    Так долго вместе прожили, что снег коль выпадал, то думалось — навеки, что, дабы не зажмуривать ей век, я прикрывал ладонью их, и веки, не веря, что их пробуют спасти, метались там, как бабочки в горсти.

    — Иосиф Александрович Бродский
12. «

    Время для слов осталось где-то позади, все-таки когда-то мы говорили слишком много и сказали достаточно лишнего и ненужного, а вот сделать — не решались. Да и зачем нужны слова, если хватает всего лишь взгляда, чтобы все осознать и уже не стремиться сделать шаг назад. Он прав, будь что будет... думать, решать проблемы и сожалеть я стану завтра. Хотя нет... сожаление осталось где-то позади. В какой-то другой жизни.

    Время для слов осталось где-то позади, все-таки когда-то мы говорили слишком много и сказали достаточно лишнего и ненужного, а вот сделать — не решались. Да и зачем нужны слова, если хватает всего лишь взгляда, чтобы все осознать и уже не стремиться сделать шаг назад. Он прав, будь что будет... думать, решать проблемы и сожалеть я стану завтра. Хотя нет... сожаление осталось где-то позади. В какой-то другой жизни.

    — Елена Самойлова · книга
13. «

    После того, как ты ушла и мне остался только твой запах, я закрыл окно, чтобы его не выпускать. <...> Я был как пёс, который не может понять, что хозяйка ушла, чтобы вернуться... Когда ты исчезла, я пытался вспомнить твоё лицо, но не смог из-за тоски. Я пытался понять, как мы встретились, кем мы были и когда «ты и я» превратилось в «мы».

    После того, как ты ушла и мне остался только твой запах, я закрыл окно, чтобы его не выпускать. <...> Я был как пёс, который не может понять, что хозяйка ушла, чтобы вернуться... Когда ты исчезла, я пытался вспомнить твоё лицо, но не смог из-за тоски. Я пытался понять, как мы встретились, кем мы были и когда «ты и я» превратилось в «мы».

    — Войцех Винклер · фильм
14. «

    Скарлетт: Однажды вы сказали: «Помоги, боже, тому, кто её полюбит!» Ретт: Помоги мне, боже...

    Скарлетт: Однажды вы сказали: «Помоги, боже, тому, кто её полюбит!» Ретт: Помоги мне, боже...

    — Александра Риплей · книга
15. «

    — Как ты думаешь, что легче: уходить или оставаться? Я про любовь. — Легче всего не связываться. Я про отношения.

    — Как ты думаешь, что легче: уходить или оставаться? Я про любовь. — Легче всего не связываться. Я про отношения.

    — Ринат Валиуллин · книга
16. «

    Нужно жить вместе, но у каждого должна быть своя комната, куда ни под каким предлогом не должен заходить другой.

    Нужно жить вместе, но у каждого должна быть своя комната, куда ни под каким предлогом не должен заходить другой.

    — Мария Фариса
17. «

    Мы встречаем кого-нибудь на своем пути, совершенно случайно, как прохожего в парке или на улице, одариваем его то просто взглядом, то всей своей жизнью. Я не знаю, почему так происходит, кто и зачем перекрещивает наши пути. И почему два пути вдруг сливаются в один. Кто делает так, что только что совершенно чужим друг другу людям хочется идти по нему вместе?

    Мы встречаем кого-нибудь на своем пути, совершенно случайно, как прохожего в парке или на улице, одариваем его то просто взглядом, то всей своей жизнью. Я не знаю, почему так происходит, кто и зачем перекрещивает наши пути. И почему два пути вдруг сливаются в один. Кто делает так, что только что совершенно чужим друг другу людям хочется идти по нему вместе?

    — Януш Леон Вишневский · книга
18. «

    Я больше не буду говорить о гармонии. Это такое шаткое, непостоянное понятие. Я просто счастлив, что мы есть друг у друга. И что нам хорошо – по отдельности и вместе.

    Я больше не буду говорить о гармонии. Это такое шаткое, непостоянное понятие. Я просто счастлив, что мы есть друг у друга. И что нам хорошо – по отдельности и вместе.

    — Эльчин Сафарли · книга
19. «

    Наша радость — любить — была простой и в то же время таинственной, сложной, как простая математическая формула, которая может означать и полное счастье, и конец света.

    Наша радость — любить — была простой и в то же время таинственной, сложной, как простая математическая формула, которая может означать и полное счастье, и конец света.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
20. «

    Отреклись от любви и живем... Я с другим, он с другою, В жизни все хорошо, для волнения нету причин, Только с тех самых пор он незримо стоит за спиною, Самый лучший мужчина, тот самый из тысяч мужчин.

    Отреклись от любви и живем... Я с другим, он с другою, В жизни все хорошо, для волнения нету причин, Только с тех самых пор он незримо стоит за спиною, Самый лучший мужчина, тот самый из тысяч мужчин.