111 фраз на тему «падение» для дневника

Собрали 111 цитат на тему «падение» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Человек, поднимаясь наверх, остаётся человеком; человек, опускаясь вниз, остаётся человеком.

   Человек, поднимаясь наверх, остаётся человеком; человек, опускаясь вниз, остаётся человеком.

   — Мосян Тунсю · книга
2. «

   Иногда падение тоже позволяет многому научиться. Во сне ведь часто падаешь перед тем, как проснуться.

   Иногда падение тоже позволяет многому научиться. Во сне ведь часто падаешь перед тем, как проснуться.

   — Патрик Ротфусс · книга
3. «

   Величайшая слава ждет не того, кто никогда не падает, а того, кто падая, каждый раз встает на ноги.

   Величайшая слава ждет не того, кто никогда не падает, а того, кто падая, каждый раз встает на ноги.

   — Оливер Голдсмит
4. «

   Падение доброго — самое злое падение.

   Падение доброго — самое злое падение.

   — Латинские пословицы и поговорки
5. «

   О, если б слушать только тишину, Не ложь, не лесть, не полдень и не тьму, Под солнцем снегом тая, Любить, измен не зная, — Ты умер бы от злой тоски!

   О, если б слушать только тишину, Не ложь, не лесть, не полдень и не тьму, Под солнцем снегом тая, Любить, измен не зная, — Ты умер бы от злой тоски!
6. «

   Я буду падать, падать, и падать... Но когда я встану — упадут все.

   Я буду падать, падать, и падать... Но когда я встану — упадут все.

   — Хюррем Султан (Александра) · сериал
7. «

   Зоя в потерянном городе. Зоя посреди сада. Зоя, истекающая кровью на снегу. Ты достаточно сильна, чтобы выжить после падения.

   Зоя в потерянном городе. Зоя посреди сада. Зоя, истекающая кровью на снегу. Ты достаточно сильна, чтобы выжить после падения.

   — Ли Бардуго · книга
8. «

   Почему люди падают? Для того, чтобы научиться подниматься.

   Почему люди падают? Для того, чтобы научиться подниматься.

   — Томас Уэйн · фильм
9. «

   Какие бы ни были перевороты в жизни человека, он не боится уже упасть, когда сидит на нижней ступеньке.

   Какие бы ни были перевороты в жизни человека, он не боится уже упасть, когда сидит на нижней ступеньке.

   — Жак-Анри Бернарден де Сен-Пьер
10. «

    Я поднялся слишком высоко, любил слишком сильно, отважился слишком на многое. Я хотел ухватить звезду, но, переоценив свои силы, потянулся чересчур далеко и упал.

    Я поднялся слишком высоко, любил слишком сильно, отважился слишком на многое. Я хотел ухватить звезду, но, переоценив свои силы, потянулся чересчур далеко и упал.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    У любви два крыла. У падения один якорь. У одиночества три пары ног.

    У любви два крыла. У падения один якорь. У одиночества три пары ног.
12. «

    ... цивилизации гибнут оттого, что плоды их растут и зреют для немногих.

    ... цивилизации гибнут оттого, что плоды их растут и зреют для немногих.

    — Дмитрий Иванович Писарев
13. «

    Out of the ground into the sky. Out of the sky into the dirt.

    Out of the ground into the sky. Out of the sky into the dirt.
14. «

    Полная луна восходит, а звёзды падают. Ты возносишься на вершину, лишь чтобы упасть.

    Полная луна восходит, а звёзды падают. Ты возносишься на вершину, лишь чтобы упасть.
15. «

    Это было словно падение в бездну с края земли. Словно у земли вдруг образовался край.

    Это было словно падение в бездну с края земли. Словно у земли вдруг образовался край.

    — Джон Фаулз · книга
16. «

    Если падать, то лучше с коня, чем с осла.

    Если падать, то лучше с коня, чем с осла.

    — Грузинские пословицы и поговорки
17. «

    В момент своего падения душа словно превращается в камень и бьёт каждого, кто оказался у неё на пути. Она — как слепое орудие Рока. Злого, беспощадного и беспринципного Рока. Всё и вся перестаёт иметь для неё какое–либо значение. Ей настолько больно, что она способна лишь обороняться. И обороняется от всего, от всех — от врагов, друзей, ветряных мельниц… Когда ты испытываешь предельную боль, ты перестаёшь думать о том, что кому–то тоже может быть больно. Напротив, тебе, вдруг, начинает хотеться, чтобы все так страдали и мучились, как ты. Ты желаешь им зла. Впрочем, ты хорошо понимаешь и другое: никто и никогда не поймёт и не поднимется до твоей боли. Никто и никогда. И от осознания этой мысли становится ещё больнее. Ты один на один с бесконечностью страдания. Это предельная точка эгоизма: когда душа, растерявшая прежнюю память о Красоте, утратив прежние знания о «благе», становится жестокой. Может ли душа творить зло? Может ли она разрушать Красоту? К сожалению, да. Может. Неслучайно, Инь в философии Дао, достигая предела, превращается в Ян, и наоборот. Все, что достигает предела, становится своей собственной противоположностью. Ангел превращается в Демона…

    В момент своего падения душа словно превращается в камень и бьёт каждого, кто оказался у неё на пути. Она — как слепое орудие Рока. Злого, беспощадного и беспринципного Рока. Всё и вся перестаёт иметь для неё какое–либо значение. Ей настолько больно, что она способна лишь обороняться. И обороняется от всего, от всех — от врагов, друзей, ветряных мельниц… Когда ты испытываешь предельную боль, ты перестаёшь думать о том, что кому–то тоже может быть больно. Напротив, тебе, вдруг, начинает хотеться, чтобы все так страдали и мучились, как ты. Ты желаешь им зла. Впрочем, ты хорошо понимаешь и другое: никто и никогда не поймёт и не поднимется до твоей боли. Никто и никогда. И от осознания этой мысли становится ещё больнее. Ты один на один с бесконечностью страдания. Это предельная точка эгоизма: когда душа, растерявшая прежнюю память о Красоте, утратив прежние знания о «благе», становится жестокой. Может ли душа творить зло? Может ли она разрушать Красоту? К сожалению, да. Может. Неслучайно, Инь в философии Дао, достигая предела, превращается в Ян, и наоборот. Все, что достигает предела, становится своей собственной противоположностью. Ангел превращается в Демона…

    — Анхель де Куатье · книга
18. «

    Странно устроен человек: если перед ним лестница, ему обязательно надо вскарабкаться на самый верх. На самом верху холодно, дуют очень вредные для здоровья сквозняки, падать оттуда смертельно, ступеньки скользкие, опасные, и ты отлично знаешь это, и все равно лезешь, карабкаешься – язык на плечо. Вопреки обстоятельствам – лезешь, вопреки любым советам – лезешь, вопреки сопротивлению врагов – лезешь, вопреки собственным инстинктам, здравому смыслу, предчувствиям – лезешь, лезешь, лезешь… Тот, кто не лезет вверх, тот падает вниз, это верно. Но и тот, кто лезет вверх, тоже падает вниз…

    Странно устроен человек: если перед ним лестница, ему обязательно надо вскарабкаться на самый верх. На самом верху холодно, дуют очень вредные для здоровья сквозняки, падать оттуда смертельно, ступеньки скользкие, опасные, и ты отлично знаешь это, и все равно лезешь, карабкаешься – язык на плечо. Вопреки обстоятельствам – лезешь, вопреки любым советам – лезешь, вопреки сопротивлению врагов – лезешь, вопреки собственным инстинктам, здравому смыслу, предчувствиям – лезешь, лезешь, лезешь… Тот, кто не лезет вверх, тот падает вниз, это верно. Но и тот, кто лезет вверх, тоже падает вниз…

    — Аркадий Стругацкий · книга
19. «

    Нет человека, который не предпочел бы упасть один раз, чем постоянно колебаться.

    Нет человека, который не предпочел бы упасть один раз, чем постоянно колебаться.

    — Луций Анней Сенека
20. «

    — А ты, я вижу, не смеешься? — Нет. — Да ты посмотри, посмотри на экран! Разве не забавно? Видишь, как он полетел? Смотри, как он плюхнулся! Разве не смешно? — Нет. — Над упавшими смеются с тех пор, как стоит свет! А ты что же? — Да ведь он ударился, ему больно! — Весь принцип смешного как раз и состоит в падении, а ты от этого плачешь. — А! О... [ужасается] — Об этом говорил даже Чаплин. Лежит банановая кожура, подходит человек — и трах, он упал, поскользнувшись на кожуре. В зале смех. Это же как дважды два, а ты не смеёшься. — Нет. — Ну, я тебе не нравлюсь, тебе не нравятся комические трюки, но ведь что-то тебе должно нравиться? — [плача] Не-е-ет! — Спокойной ночи, это ужасно! — Ужасно! [продолжает плакать]

    — А ты, я вижу, не смеешься? — Нет. — Да ты посмотри, посмотри на экран! Разве не забавно? Видишь, как он полетел? Смотри, как он плюхнулся! Разве не смешно? — Нет. — Над упавшими смеются с тех пор, как стоит свет! А ты что же? — Да ведь он ударился, ему больно! — Весь принцип смешного как раз и состоит в падении, а ты от этого плачешь. — А! О... [ужасается] — Об этом говорил даже Чаплин. Лежит банановая кожура, подходит человек — и трах, он упал, поскользнувшись на кожуре. В зале смех. Это же как дважды два, а ты не смеёшься. — Нет. — Ну, я тебе не нравлюсь, тебе не нравятся комические трюки, но ведь что-то тебе должно нравиться? — [плача] Не-е-ет! — Спокойной ночи, это ужасно! — Ужасно! [продолжает плакать]

    — Элиа Кодоньо · фильм