88 фраз, которые всё говорят о «Красивые цитаты про память»

88 цитат про «Красивые цитаты про память»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Вещи — маяки нашей памяти. Наши воспоминания неразрывно связаны с вещами и даже наоборот — бывает, что именно вещи и служат вместилищем этих воспоминаний.

   Вещи — маяки нашей памяти. Наши воспоминания неразрывно связаны с вещами и даже наоборот — бывает, что именно вещи и служат вместилищем этих воспоминаний.

   — Олег Рой · книга
2. «

   Я не могу запомнить, что тебя забыл.

   Я не могу запомнить, что тебя забыл.

   — Леонард Шелби · фильм
3. «

   Если пространство обладает собственным разумом и ведает своим распределением, то имеется вероятность, что хотя бы один из тех десяти метров тоже может вспоминать обо мне с нежностью. Тем более теперь, под чужими ногами.

   Если пространство обладает собственным разумом и ведает своим распределением, то имеется вероятность, что хотя бы один из тех десяти метров тоже может вспоминать обо мне с нежностью. Тем более теперь, под чужими ногами.

   — Иосиф Александрович Бродский
4. «

   Стамбул – это город с короткой памятью. Город, где воспоминания исчезают так быстро, словно они записаны на прибрежном песке.

   Стамбул – это город с короткой памятью. Город, где воспоминания исчезают так быстро, словно они записаны на прибрежном песке.

   — Элиф Шафак · книга
5. «

   Эта книга содержит материал из кладовой моей памяти и моего сердца. Пусть даже одну повредили, а другого не существует.

   Эта книга содержит материал из кладовой моей памяти и моего сердца. Пусть даже одну повредили, а другого не существует.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
6. «

   Где-то далеко, где-то далеко Идут грибные дожди. Прямо у реки, в маленьком саду Созрели вишни, наклонясь до земли. Где-то далеко, в памяти моей, Сейчас, как в детстве, тепло, Хоть память укрыта Такими большими снегами.

   Где-то далеко, где-то далеко Идут грибные дожди. Прямо у реки, в маленьком саду Созрели вишни, наклонясь до земли. Где-то далеко, в памяти моей, Сейчас, как в детстве, тепло, Хоть память укрыта Такими большими снегами.
7. «

   Мы превращаемся в прах, но наши слова и наши дела живут вечно.

   Мы превращаемся в прах, но наши слова и наши дела живут вечно.

   — Авраам Линкольн · фильм
8. «

   Когда я ошибкой перо окуну, Минуя чернильницу, рядом, в луну,- В ползучее озеро черных ночей, В заросший мечтой соловьиный ручей,- Иные созвучья стремятся с пера, На них изумленный налет серебра, Они словно птицы, мне страшно их брать, Но строки, теснясь, заполняют тетрадь. Встречаю тебя, одичалая ночь, И участь у нас, и начало точь-в-точь - Мы обе темны для неверящих глаз, Одна и бессмертна отчизна у нас. Я помню, как день тебя превозмогал, Ты помнишь, как я откололась от скал, Ты вечно сбиваешься с млечных дорог, Ты любишь скрываться в расселинах строк. Исчадье мечты, черновик соловья, Читатель единственный, муза моя, Тебя провожу, не поблагодарив, Но с пеной восторга, бегущей от рифм.

   Когда я ошибкой перо окуну, Минуя чернильницу, рядом, в луну,- В ползучее озеро черных ночей, В заросший мечтой соловьиный ручей,- Иные созвучья стремятся с пера, На них изумленный налет серебра, Они словно птицы, мне страшно их брать, Но строки, теснясь, заполняют тетрадь. Встречаю тебя, одичалая ночь, И участь у нас, и начало точь-в-точь - Мы обе темны для неверящих глаз, Одна и бессмертна отчизна у нас. Я помню, как день тебя превозмогал, Ты помнишь, как я откололась от скал, Ты вечно сбиваешься с млечных дорог, Ты любишь скрываться в расселинах строк. Исчадье мечты, черновик соловья, Читатель единственный, муза моя, Тебя провожу, не поблагодарив, Но с пеной восторга, бегущей от рифм.

   — Мария Сергеевна Петровых
9. «

   Память, агент Старлинг, заменяет мне вид из окна.

   Память, агент Старлинг, заменяет мне вид из окна.

   — Ганнибал Лектер · фильм
10. «

    Смерть — это воровка. Она забирает у нас и хранит человека тем, кем он был. Когда смерть крадёт у нас такого неповторимого человека, как Аманда, то у нас исчезает не только её прошлое, но и то, кем она была каждый день. Аманда была особой, но ей всегда было не легко, у неё забрали детство, юность была не простой, ей не повезло носить фамилию преступника, но она носила её с достоинством, пока не приобрела себе новую — Аманда Портер. Это имя стало её собственным, не нуждающимся в предыстории, у неё был мужчина, который любил её, все её сильные и слабые стороны. Аманда, мы все приняли тебя и любим тебя, будем защищать мужа и сына, которых ты оставила, сестру, с которой ты только познакомилась, мы будем встречать каждый новый день как дар, с той же храбростью и уверенностью, с которой ты прожила всю свою жизнь.

    Смерть — это воровка. Она забирает у нас и хранит человека тем, кем он был. Когда смерть крадёт у нас такого неповторимого человека, как Аманда, то у нас исчезает не только её прошлое, но и то, кем она была каждый день. Аманда была особой, но ей всегда было не легко, у неё забрали детство, юность была не простой, ей не повезло носить фамилию преступника, но она носила её с достоинством, пока не приобрела себе новую — Аманда Портер. Это имя стало её собственным, не нуждающимся в предыстории, у неё был мужчина, который любил её, все её сильные и слабые стороны. Аманда, мы все приняли тебя и любим тебя, будем защищать мужа и сына, которых ты оставила, сестру, с которой ты только познакомилась, мы будем встречать каждый новый день как дар, с той же храбростью и уверенностью, с которой ты прожила всю свою жизнь.

    — Эмили Торн / Аманда Кларк · сериал
11. «

    На этих снимках вся наша жизнь, На этих снимках всё, чем мы дорожим. И если есть что-то важнее, скажи. Важнее памяти.

    На этих снимках вся наша жизнь, На этих снимках всё, чем мы дорожим. И если есть что-то важнее, скажи. Важнее памяти.
12. «

    Иногда я слышу: сколько можно писать о войне? Да, я думала о том, что знание, которым наполняю блокноты, нагружаю свою душу, тяжело и невыносимо для человека. У нас, живущих в такой усовершенствованный технический век, что нам грозит уже не одна из войн, подобных тем, которые знало человечество, а экологическая катастрофа, осталась надежда, что самое сильное оружие, самое непобедимое — человеческая память. Память! Но какие сложные, какие запутанные её линии, её чертежи! — всё больше убеждаюсь с каждым днём поиска. Куда посложнее чертежей самой адской машины, которую изобрели или хотят изобрести, чтобы убивать уже не сотни, не тысячи, а сразу миллионы человек, и вместе с ними их память, эту нематериальную материю, без которой мы, люди, перестали бы быть людьми. Как уловить её, овеществить в слове?

    Иногда я слышу: сколько можно писать о войне? Да, я думала о том, что знание, которым наполняю блокноты, нагружаю свою душу, тяжело и невыносимо для человека. У нас, живущих в такой усовершенствованный технический век, что нам грозит уже не одна из войн, подобных тем, которые знало человечество, а экологическая катастрофа, осталась надежда, что самое сильное оружие, самое непобедимое — человеческая память. Память! Но какие сложные, какие запутанные её линии, её чертежи! — всё больше убеждаюсь с каждым днём поиска. Куда посложнее чертежей самой адской машины, которую изобрели или хотят изобрести, чтобы убивать уже не сотни, не тысячи, а сразу миллионы человек, и вместе с ними их память, эту нематериальную материю, без которой мы, люди, перестали бы быть людьми. Как уловить её, овеществить в слове?

    — Светлана Алексиевич · книга
13. «

    0000853. Что без людей бы значил снег, Ведь в памяти не снег, а люди, Снежки которых, санок бег, И бабы снежной оберег И согревающие руки?

    0000853. Что без людей бы значил снег, Ведь в памяти не снег, а люди, Снежки которых, санок бег, И бабы снежной оберег И согревающие руки?
14. «

    Всё забудется с летними грозами И закружится жизнь не спеша... Нет той девочки с длинными косами, Лишь тихонечко плачет душа.

    Всё забудется с летними грозами И закружится жизнь не спеша... Нет той девочки с длинными косами, Лишь тихонечко плачет душа.
15. «

    Время равняет с землёй города, но остаются курганы, холмы, река, трава и берёзы – всё те же, живые, не ведающие старости и смерти. И от земли, исхоженной ногами десятков поколений, согретой многовековым пламенем очагов, политой потом и кровью, тысячу лет спустя будет подниматься тёплое дыхание памяти.

    Время равняет с землёй города, но остаются курганы, холмы, река, трава и берёзы – всё те же, живые, не ведающие старости и смерти. И от земли, исхоженной ногами десятков поколений, согретой многовековым пламенем очагов, политой потом и кровью, тысячу лет спустя будет подниматься тёплое дыхание памяти.

    — Елизавета Дворецкая · книга
16. «

    В пустыне есть красота, которую не смог бы забыть, прожив я даже тысячу жизней.

    В пустыне есть красота, которую не смог бы забыть, прожив я даже тысячу жизней.

    — Брайан Герберт · книга
17. «

    Беспамятство подобно песне, Которая течет, свободная от ритма и размера. Беспамятство подобно птице, уверенно расправившей свои крылья Широко и неподвижно - Птице, что неутомимо держит курс по ветру.

    Беспамятство подобно песне, Которая течет, свободная от ритма и размера. Беспамятство подобно птице, уверенно расправившей свои крылья Широко и неподвижно - Птице, что неутомимо держит курс по ветру.

    — Харт Крейн
18. «

    Я всю жизнь буду помнить о тебе, а ты – обо мне. Так же, как мы помним о вечерах, о дожде, бьющем в окна, о том, что всегда будет нашим, потому что мы не можем овладеть этим.

    Я всю жизнь буду помнить о тебе, а ты – обо мне. Так же, как мы помним о вечерах, о дожде, бьющем в окна, о том, что всегда будет нашим, потому что мы не можем овладеть этим.

    — Пауло Коэльо · книга
19. «

    За ущельем — проклятый лес. Сколько крови пролито здесь, Красным весь заляпан алтарь. Залетай инклюзом в янтарь, Волю дай гнилью и понтам! «Любят здесь — полюбят и там.» Так теперь и будет всегда - В ухо дуют трубы, шепчет вода...

    За ущельем — проклятый лес. Сколько крови пролито здесь, Красным весь заляпан алтарь. Залетай инклюзом в янтарь, Волю дай гнилью и понтам! «Любят здесь — полюбят и там.» Так теперь и будет всегда - В ухо дуют трубы, шепчет вода...
20. «

    Передоз кофеина, нитью чуждых несчастий, Электродами в мозг тебя отправит в полет, Где ехидная память на трехмерном экране, Дождавшись момента, когда мозг коротнет, Покажет всю твою жизнь за восемь долгих минут.

    Передоз кофеина, нитью чуждых несчастий, Электродами в мозг тебя отправит в полет, Где ехидная память на трехмерном экране, Дождавшись момента, когда мозг коротнет, Покажет всю твою жизнь за восемь долгих минут.