667 цитат на тему «писатели» — читать онлайн

Собрали 667 цитат на тему «писатели» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — То, что забыл твой ум, помнит твоя душа, — ответила девочка и положила руку на мою левую грудь. — Все ответы тут. Нужно всего лишь научиться слышать зов души. — Как этому научиться? — Всему свое время, — ответила девочка. — Книга Жизни дает доступ, как к прошлому, так и к будущему. Мы можем читать Книгу Жизни и делиться знанием без слов с людьми. Раньше люди знали об этом. Они поклонялись нам. Сейчас о нас забыли. — А почему о вас забыли? — Потому что люди перестали верить. — Во что? — не понимал я её. — В первую очередь в Высший Разум, затем в себя, а уже потом в чудеса…

   — То, что забыл твой ум, помнит твоя душа, — ответила девочка и положила руку на мою левую грудь. — Все ответы тут. Нужно всего лишь научиться слышать зов души. — Как этому научиться? — Всему свое время, — ответила девочка. — Книга Жизни дает доступ, как к прошлому, так и к будущему. Мы можем читать Книгу Жизни и делиться знанием без слов с людьми. Раньше люди знали об этом. Они поклонялись нам. Сейчас о нас забыли. — А почему о вас забыли? — Потому что люди перестали верить. — Во что? — не понимал я её. — В первую очередь в Высший Разум, затем в себя, а уже потом в чудеса…

   — Аристарх Ромашин · книга
2. «

   Одно и то же слово звучит по-разному у разных писателей. У одного за словом волочатся внутренности. Другой вынимает его из кармана пальто.

   Одно и то же слово звучит по-разному у разных писателей. У одного за словом волочатся внутренности. Другой вынимает его из кармана пальто.

   — Шарль Пеги
3. «

   Ни один классик не сдал бы экзамена по собственным произведениям.

   Ни один классик не сдал бы экзамена по собственным произведениям.

   — Болеслав Пашковский
4. «

   Пейзаж невозможно писать без пафоса, без восторга, а восторг невозможен, когда человек обожрался.

   Пейзаж невозможно писать без пафоса, без восторга, а восторг невозможен, когда человек обожрался.

   — Антон Павлович Чехов
5. «

   — Если бы я захотел, я бы написал за год десяток книг. И это были бы лучшие книги года. — Нет, не написал бы. — Точно, не написал бы. Но мог. Потому что я писатель.

   — Если бы я захотел, я бы написал за год десяток книг. И это были бы лучшие книги года. — Нет, не написал бы. — Точно, не написал бы. Но мог. Потому что я писатель.
6. «

   Все великие книги чему-то да учат. Отрицание этого, как отрицание Бога. Тот, кто развлекает, но при этом учит — пророк. Тот, кто просто развлекает — шут.

   Все великие книги чему-то да учат. Отрицание этого, как отрицание Бога. Тот, кто развлекает, но при этом учит — пророк. Тот, кто просто развлекает — шут.

   — Аристарх Ромашин
7. «

   ... Тэнго подбирал слова, точно плитки различной формы, подставляя новые к предыдущим так, чтобы не оставалось зазоров. И если какое-то слово не подходило, обтачивал, пока не вставало меж других, как надо. Ведь что ни говори, а именно от тончайших, почти незаметных нюансов между словами оживают (или, наоборот, умирают) любые истории.

   ... Тэнго подбирал слова, точно плитки различной формы, подставляя новые к предыдущим так, чтобы не оставалось зазоров. И если какое-то слово не подходило, обтачивал, пока не вставало меж других, как надо. Ведь что ни говори, а именно от тончайших, почти незаметных нюансов между словами оживают (или, наоборот, умирают) любые истории.

   — Харуки Мураками · книга
8. «

   Писатель — это ребёнок, не потерявший способность мечтать (воображение). Это родитель, исправляющий ошибки ребёнка (редактура). Это воспитатель ребёнка и начальник родителя (дисциплина).

   Писатель — это ребёнок, не потерявший способность мечтать (воображение). Это родитель, исправляющий ошибки ребёнка (редактура). Это воспитатель ребёнка и начальник родителя (дисциплина).

   — Аристарх Ромашин
9. «

   Мне кажется, мама, писателя начинают ценить только тогда, когда он уже умер. Вдруг все резко вспоминают, каким он был прекрасным человеком! Как талантливо излагал свои мысли! Как заглядывал людям прямо в душу! Но вот только пока писатель еще жив, никому он не нужен. Никто и не замечает даже, что он живой, что он трудится для читателя, ждет ответа, отклика…

   Мне кажется, мама, писателя начинают ценить только тогда, когда он уже умер. Вдруг все резко вспоминают, каким он был прекрасным человеком! Как талантливо излагал свои мысли! Как заглядывал людям прямо в душу! Но вот только пока писатель еще жив, никому он не нужен. Никто и не замечает даже, что он живой, что он трудится для читателя, ждет ответа, отклика…

   — Айя
10. «

    Посвящается Робу, который дал мне самый сильный стимул, какой может дать младший брат, — напечатался первым.

    Посвящается Робу, который дал мне самый сильный стимул, какой может дать младший брат, — напечатался первым.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
11. «

    Мастерство писателя — это умение переписывать фразу, перерабатывать ее снова и снова, так, чтобы с каждым разом она стала все легче и глаже. И в конце концов она обернется невесомым ветерком, играющем на арфе читательских мыслей. Вместо слов — тонкая телепатия.

    Мастерство писателя — это умение переписывать фразу, перерабатывать ее снова и снова, так, чтобы с каждым разом она стала все легче и глаже. И в конце концов она обернется невесомым ветерком, играющем на арфе читательских мыслей. Вместо слов — тонкая телепатия.

    — Ричард Бах · книга
12. «

    Пиши про вещь. Любая из вещей хранит в себе прообраз человека: упрямство мысли или дряблость шей, другой ли признак, или призрак некий. Все стоит слов, все свой имеет вид и глубину, и молодость, и старость.

    Пиши про вещь. Любая из вещей хранит в себе прообраз человека: упрямство мысли или дряблость шей, другой ли признак, или призрак некий. Все стоит слов, все свой имеет вид и глубину, и молодость, и старость.

    — Аль Квотион · книга
13. «

    Самое полезное время — это время потраченное на творчество.

    Самое полезное время — это время потраченное на творчество.

    — Аристарх Ромашин
14. «

    Литературные воспоминания делятся, как правило, на несколько категорий. Если автор грамотный – он пишет сам, а опытный редактор расставляет знаки препинания. Если автор малограмотный, он диктует свои фантазии на современную технику, а все тот же многострадальный редактор облекает это в форму прозы, и говорун через некоторое время с удивлением узнает, что он писатель.

    Литературные воспоминания делятся, как правило, на несколько категорий. Если автор грамотный – он пишет сам, а опытный редактор расставляет знаки препинания. Если автор малограмотный, он диктует свои фантазии на современную технику, а все тот же многострадальный редактор облекает это в форму прозы, и говорун через некоторое время с удивлением узнает, что он писатель.

    — Александр Анатольевич Ширвиндт · книга
15. «

    В других землях писатели пишут или для толпы, или для малого числа. У нас последнее невозможно, должно писать для самого себя.

    В других землях писатели пишут или для толпы, или для малого числа. У нас последнее невозможно, должно писать для самого себя.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
16. «

    — Я не нашла для тебя подходящей книги, зато ты сама сможешь написать свою. — Осторожно, этим ты сможешь изменить мир.

    — Я не нашла для тебя подходящей книги, зато ты сама сможешь написать свою. — Осторожно, этим ты сможешь изменить мир.

    — Роуз Мэри Уоллс · фильм
17. «

    Все авторы исходят из того, что уже было написано до них. Первое правило серьёзного писателя — копирование.

    Все авторы исходят из того, что уже было написано до них. Первое правило серьёзного писателя — копирование.

    — Лорис Мартини · фильм
18. «

    Смерть авторов не дожидается их кончины.

    Смерть авторов не дожидается их кончины.

    — Жак Деррида
19. «

    Писатель — как пылесос: втягивает все, что видит, слышит, читает; все, что чувствует и выражает он сам и что видят, слышат, чувствуют те, кто в зоне досягаемости.

    Писатель — как пылесос: втягивает все, что видит, слышит, читает; все, что чувствует и выражает он сам и что видят, слышат, чувствуют те, кто в зоне досягаемости.

    — Энн Ламотт · книга
20. «

    Я не согласен с тем, что инженер, например, может быть всякий, а писатель — непременно — Лев Толстой. Можно написать не слишком много и не слишком гениально, но о важных вещах и с толком.

    Я не согласен с тем, что инженер, например, может быть всякий, а писатель — непременно — Лев Толстой. Можно написать не слишком много и не слишком гениально, но о важных вещах и с толком.

    — Сергей Довлатов · книга