15 цитат про «поездка» — коротко и по делу

Собрали 15 цитат на тему «поездка» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Поверить не могу! Я прогуливаю работу ради Диснейленда! — А что ты сказала начальнику? — Я всё продумала и сделала поэтапно. Вчера в 7 вечера я сообщила о проблеме в лаборатории и как бы невзначай обмолвилась, что собираюсь поужинать морепродуктами. В 21:30 я позвонила ему и сказала, что гребешки какие-то странные на вкус. А в полдвенадцатого ночи я позвонила и сообщила, что из меня льет как из пожарного шланга. Без пятнадцати час я набрала его снова и издавала лишь звуки рвотных позывов. И вот я еду в Диснейленд! — Пенни, а как ты отпросилась? — У нас в кафешке достаточно сказать «Бывайте, ребят»...

   — Поверить не могу! Я прогуливаю работу ради Диснейленда! — А что ты сказала начальнику? — Я всё продумала и сделала поэтапно. Вчера в 7 вечера я сообщила о проблеме в лаборатории и как бы невзначай обмолвилась, что собираюсь поужинать морепродуктами. В 21:30 я позвонила ему и сказала, что гребешки какие-то странные на вкус. А в полдвенадцатого ночи я позвонила и сообщила, что из меня льет как из пожарного шланга. Без пятнадцати час я набрала его снова и издавала лишь звуки рвотных позывов. И вот я еду в Диснейленд! — Пенни, а как ты отпросилась? — У нас в кафешке достаточно сказать «Бывайте, ребят»...

   — Эми Фарра Фаулер · сериал
2. «

   Всегда это чувство «слава тебе господи», когда наконец устроишься в поезде. И сразу, буквально через пару минут, « скорей бы приехать».

   Всегда это чувство «слава тебе господи», когда наконец устроишься в поезде. И сразу, буквально через пару минут, « скорей бы приехать».

   — Энн Тайлер · книга
3. «

   Это не люди создают поездки — поездки создают людей.

   Это не люди создают поездки — поездки создают людей.

   — Джон Стейнбек
4. «

   Дремучий лес. Маршрут построен. Пристегните ремни.

   Дремучий лес. Маршрут построен. Пристегните ремни.

   — Ковёр-самолёт · мультфильм
5. «

   Я приеду, чтобы дать знать, что можно просто взять и приехать...

   Я приеду, чтобы дать знать, что можно просто взять и приехать...
6. «

   — Ладно, береги его! С этим чемоданом связано множество воспоминаний. — Каких воспоминаний? Ни одной поездки... — Обо всех поездках, в которые мы так никогда и не отправились...

   — Ладно, береги его! С этим чемоданом связано множество воспоминаний. — Каких воспоминаний? Ни одной поездки... — Обо всех поездках, в которые мы так никогда и не отправились...

   — мама Джека · фильм
7. «

   Лучше всего узнаёшь человека, когда куда-то с ним едешь.

   Лучше всего узнаёшь человека, когда куда-то с ним едешь.

   — Эл Гринуэй · сериал
8. «

   — Эй, я же сказал брать самое нужное. — Я так и делаю. — Это что, боа? — Карлос, туда, где мне не понадобится боа, мне незачем ехать.

   — Эй, я же сказал брать самое нужное. — Я так и делаю. — Это что, боа? — Карлос, туда, где мне не понадобится боа, мне незачем ехать.

   — Габриэль Солис · сериал
9. «

   Благодаря поездке за границу просыпается национальное самосознание.

   Благодаря поездке за границу просыпается национальное самосознание.

   — Харуки Мураками · книга
10. «

    Мы из тех, кто теплому дому предпочел перекрестья путей. Мы привычно называем кроватью верхнюю полку купе, мы курим на корточках в холодных тамбурах, мы молимся богу путешествий и играем на гитаре проводницам, жрицам храма поездов. И точно зная, что человека в дороге убаюкивает стук колес, мы его уже не слышим. Для нас не существует мира за окном, лишь отблески дня и пятна ночи, наши шаги стали плавными, мы не теряем равновесия когда под ногами выгибается мир, мы не стремимся к конечной цели, потому что ее нет... Есть дорога и чай в стакане, есть полустанки и случайные попутчики судьбы, есть дикая бродячая душа, не знающая потерь, но чувствующая, как проросли в нее шпалы. Для нас легко слово «прощай» и тяжела любовь. И так привычна тяжесть на плечах, то ли рюкзака, то ли неба, и так безумно пахнет травой, ветром и звездами, и так естественно сделать новый шаг, и так странно замереть на месте. В нас не живет покой, друг мой, он осыпается хлебными крошками в крики голодных птиц.

    Мы из тех, кто теплому дому предпочел перекрестья путей. Мы привычно называем кроватью верхнюю полку купе, мы курим на корточках в холодных тамбурах, мы молимся богу путешествий и играем на гитаре проводницам, жрицам храма поездов. И точно зная, что человека в дороге убаюкивает стук колес, мы его уже не слышим. Для нас не существует мира за окном, лишь отблески дня и пятна ночи, наши шаги стали плавными, мы не теряем равновесия когда под ногами выгибается мир, мы не стремимся к конечной цели, потому что ее нет... Есть дорога и чай в стакане, есть полустанки и случайные попутчики судьбы, есть дикая бродячая душа, не знающая потерь, но чувствующая, как проросли в нее шпалы. Для нас легко слово «прощай» и тяжела любовь. И так привычна тяжесть на плечах, то ли рюкзака, то ли неба, и так безумно пахнет травой, ветром и звездами, и так естественно сделать новый шаг, и так странно замереть на месте. В нас не живет покой, друг мой, он осыпается хлебными крошками в крики голодных птиц.

    — Аль Квотион · книга
11. «

    Окно вагона представляет для путешественника главное развлечение. В нем, как в калейдоскопе, мелькают полустанки, деревеньки, леса, пролетают мосты под металлический свист клепаных балок, раскрываются поля, меняющие свой цвет от белого к черному и от зеленого к желтому. В движении все кажется таким милым и немного игрушечным, как будто ненастоящим. Глядя в окно, пассажир становится немного ребенком, с удивлением открывающим для себя, как огромен мир, как много в нем пространства и воздуха, а не только привычных улиц и домов. Есть тайное обаяние в вагонном окне, когда под колыбельную качку колес смотришь и ни на чем не задерживаешь взгляд. Картинки пролетают, словно смазанные кистью, и от этого размеренного движения и постоянной смены впечатлений погружаешься в легкую дремоту наяву, и мысли сами собой приходят в голову и так же легко исчезают. Быть может, любовь к железной дороге скрыта в этом простом чуде вагонного окна, в котором не увидишь ничего необычного — все те же серые версты, — но какая-то магическая сила заставляет смотреть и смотреть в него и невольно отсчитывать уходящие минуты своей жизни.

    Окно вагона представляет для путешественника главное развлечение. В нем, как в калейдоскопе, мелькают полустанки, деревеньки, леса, пролетают мосты под металлический свист клепаных балок, раскрываются поля, меняющие свой цвет от белого к черному и от зеленого к желтому. В движении все кажется таким милым и немного игрушечным, как будто ненастоящим. Глядя в окно, пассажир становится немного ребенком, с удивлением открывающим для себя, как огромен мир, как много в нем пространства и воздуха, а не только привычных улиц и домов. Есть тайное обаяние в вагонном окне, когда под колыбельную качку колес смотришь и ни на чем не задерживаешь взгляд. Картинки пролетают, словно смазанные кистью, и от этого размеренного движения и постоянной смены впечатлений погружаешься в легкую дремоту наяву, и мысли сами собой приходят в голову и так же легко исчезают. Быть может, любовь к железной дороге скрыта в этом простом чуде вагонного окна, в котором не увидишь ничего необычного — все те же серые версты, — но какая-то магическая сила заставляет смотреть и смотреть в него и невольно отсчитывать уходящие минуты своей жизни.

    — Антон Чиж · книга
12. «

    Трясясь в прокуренном вагоне, Он полуплакал, полуспал...

    Трясясь в прокуренном вагоне, Он полуплакал, полуспал...

    — Александр Кочетков
13. «

    Горят фонари, Я бы до зари с тобой мог говорить, Но тебе снова пора, Как всегда, какие-то дела с утра.

    Горят фонари, Я бы до зари с тобой мог говорить, Но тебе снова пора, Как всегда, какие-то дела с утра.
14. «

    Самое мерзкое в любой поездке — это приехать домой и опять стать русским в толпе русских.

    Самое мерзкое в любой поездке — это приехать домой и опять стать русским в толпе русских.

    — Илья Стогoff · книга
15. «

    Видеть тысячу предметов в первый и последний раз — что может быть печальнее этого и вместе с тем глубже! Путешествовать — значит рождаться и умирать каждую секунду.

    Видеть тысячу предметов в первый и последний раз — что может быть печальнее этого и вместе с тем глубже! Путешествовать — значит рождаться и умирать каждую секунду.

    — Виктор Гюго · книга