576 цитат про «поэзия и поэты» — большая подборка

576 цитат про «поэзия и поэты»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Обычно люди намного лучше в письмах, чем в реальности. В этом смысле они очень похожи на поэтов.

   Обычно люди намного лучше в письмах, чем в реальности. В этом смысле они очень похожи на поэтов.

   — Чарльз Буковски · книга
2. «

   Устав от истоков до устья, подобно негромкой реке себя ощутишь захолустьем с церквушкой на бугорке.

   Устав от истоков до устья, подобно негромкой реке себя ощутишь захолустьем с церквушкой на бугорке.

   — Виталий Дмитриев
3. «

   Люблю тебя, законченность сонета, С надменною твоею красотой, Как правильную четкость силуэта Красавицы изысканно простой.

   Люблю тебя, законченность сонета, С надменною твоею красотой, Как правильную четкость силуэта Красавицы изысканно простой.

   — Константин Дмитриевич Бальмонт
4. «

   Ах, проклятое ремесло поэта. Телефон молчит, впереди диета.

   Ах, проклятое ремесло поэта. Телефон молчит, впереди диета.

   — Иосиф Александрович Бродский
5. «

   Просто смешно: всякий писал – о чем ему вздумается. Так же смешно и нелепо, как то, что море у древних круглые сутки тупо билось о берег, и заключенные в волнах силлионы килограммометров – уходили только на подогревание чувств у влюбленных. Мы из влюбленного шепота волн – добыли электричество, из брызжущего бешеной пеной зверя – мы сделали домашнее животное: и точно так же у нас приручена и оседлана когда-то дикая стихия поэзии.

   Просто смешно: всякий писал – о чем ему вздумается. Так же смешно и нелепо, как то, что море у древних круглые сутки тупо билось о берег, и заключенные в волнах силлионы килограммометров – уходили только на подогревание чувств у влюбленных. Мы из влюбленного шепота волн – добыли электричество, из брызжущего бешеной пеной зверя – мы сделали домашнее животное: и точно так же у нас приручена и оседлана когда-то дикая стихия поэзии.

   — Евгений Замятин · книга
6. «

   Поэзия — это особая способность ориентироваться в хаосе.

   Поэзия — это особая способность ориентироваться в хаосе.

   — Юрий Азаров · книга
7. «

   ...такова судьба поэтов — сначала убивают, потом чтят.

   ...такова судьба поэтов — сначала убивают, потом чтят.

   — Джонатан Литтелл · книга
8. «

   Стихам читатель не нужен.

   Стихам читатель не нужен.

   — Эмили Дикинсон
9. «

   Зло самое горькое, самое нестерпимое для стихотворца есть его звание и прозвище, которым он заклеймен и которое никогда от него не отпадает. Публика смотрит на него как на свою собственность; по ее мнению, он рожден для ее пользы и удовольствия. Возвратится ли он из деревни, первый встречный спрашивает его: не привезли ли вы нам чего-нибудь новенького? Задумается ли он о расстроенных своих делах, о болезни милого ему человека: тотчас пошлая улыбка сопровождает пошлое восклицание: верно, что-нибудь сочиняете! Влюбится ли он? — красавица его покупает себе альбом в Английском магазине и ждет уж элегии. Придет ли он к человеку, почти с ним незнакомому, поговорить о важном деле, тот уж кличет своего сынка и заставляет читать стихи такого-то; и мальчишка угощает стихотворца его же изуродованными стихами. А это еще цветы ремесла! Каковы же должны быть невзгоды?

   Зло самое горькое, самое нестерпимое для стихотворца есть его звание и прозвище, которым он заклеймен и которое никогда от него не отпадает. Публика смотрит на него как на свою собственность; по ее мнению, он рожден для ее пользы и удовольствия. Возвратится ли он из деревни, первый встречный спрашивает его: не привезли ли вы нам чего-нибудь новенького? Задумается ли он о расстроенных своих делах, о болезни милого ему человека: тотчас пошлая улыбка сопровождает пошлое восклицание: верно, что-нибудь сочиняете! Влюбится ли он? — красавица его покупает себе альбом в Английском магазине и ждет уж элегии. Придет ли он к человеку, почти с ним незнакомому, поговорить о важном деле, тот уж кличет своего сынка и заставляет читать стихи такого-то; и мальчишка угощает стихотворца его же изуродованными стихами. А это еще цветы ремесла! Каковы же должны быть невзгоды?

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
10. «

    Критические дни бывают чаще у поэтов, чем у муз.

    Критические дни бывают чаще у поэтов, чем у муз.

    — Геннадий Ефимович Малкин · книга
11. «

    Любви безумную тревогу Я безотрадно испытал. Блажен, кто с нею сочетал Горячку рифм: он тем удвоил Поэзии священный бред, Петрарке шествуя вослед, А муки сердца успокоил, Поймал и славу между тем; Но я, любя, был глуп и нем.

    Любви безумную тревогу Я безотрадно испытал. Блажен, кто с нею сочетал Горячку рифм: он тем удвоил Поэзии священный бред, Петрарке шествуя вослед, А муки сердца успокоил, Поймал и славу между тем; Но я, любя, был глуп и нем.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
12. «

    Поверь: когда и мух и комаров Вокруг тебя летает рой журнальный, Не рассуждай, не трать учтивых слов, Не возражай на писк и шум нахальный: Ни логикой, ни вкусом, милый друг, Никак нельзя смирить их род упрямый. Сердиться грех — но замахнись и вдруг Прихлопни их проворной эпиграммой.

    Поверь: когда и мух и комаров Вокруг тебя летает рой журнальный, Не рассуждай, не трать учтивых слов, Не возражай на писк и шум нахальный: Ни логикой, ни вкусом, милый друг, Никак нельзя смирить их род упрямый. Сердиться грех — но замахнись и вдруг Прихлопни их проворной эпиграммой.

    — Александр Сергеевич Пушкин
13. «

    Пускай меня сегодня не поют - Я пел тогда, когда был край мой болен.

    Пускай меня сегодня не поют - Я пел тогда, когда был край мой болен.

    — Сергей Александрович Есенин
14. «

    На конченную свою поэму я смотрю, как сапожник на пару своих сапог: продаю с барышом.

    На конченную свою поэму я смотрю, как сапожник на пару своих сапог: продаю с барышом.

    — Александр Сергеевич Пушкин
15. «

    Стихи — это наша внутренняя музыка, облеченная в слова, пронизанная тонкими струнами смыслов и мечтаний, а посему — гоните критиков. Они — лишь жалкие прихлебалы поэзии. Что может сказать критик о глубинах вашей души? Не пускайте туда его пошлые ощупывающие ручки. Пусть стихи будут казаться ему нелепым мычанием, хаотическим нагромождением слов. Для нас — это песня свободы от нудного рассудка, славная песня, звучащая на белоснежных склонах нашей удивительной души.

    Стихи — это наша внутренняя музыка, облеченная в слова, пронизанная тонкими струнами смыслов и мечтаний, а посему — гоните критиков. Они — лишь жалкие прихлебалы поэзии. Что может сказать критик о глубинах вашей души? Не пускайте туда его пошлые ощупывающие ручки. Пусть стихи будут казаться ему нелепым мычанием, хаотическим нагромождением слов. Для нас — это песня свободы от нудного рассудка, славная песня, звучащая на белоснежных склонах нашей удивительной души.

    — Борис Кригер · книга
16. «

    Пусть критический блюститель Вас шпыняет, как котят, Вы пишите, что хотите, Не пишите, что хотят.

    Пусть критический блюститель Вас шпыняет, как котят, Вы пишите, что хотите, Не пишите, что хотят.

    — Лев Николаевич Гаврилов
17. «

    Да, нелегко в наши дни стать поэтом, сначала нужно много чего переварить.

    Да, нелегко в наши дни стать поэтом, сначала нужно много чего переварить.

    — Ганс Кристиан Андерсен · книга
18. «

    Et vous aurez alors des pensers ridicules. — C'est en dix neuf cent un qu'un poète m'aima. Seule je me souviens, moi, vieille qui spécule, De sa laideur au taciturne qui m'aima.

    Et vous aurez alors des pensers ridicules. — C'est en dix neuf cent un qu'un poète m'aima. Seule je me souviens, moi, vieille qui spécule, De sa laideur au taciturne qui m'aima.

    — Гийом Аполлинер
19. «

    Поэзия должна быть высокой, как небо, и земной, как хлеб насущный.

    Поэзия должна быть высокой, как небо, и земной, как хлеб насущный.

    — Вера Николаевна Маркова
20. «

    Твой стих не мост между добром и злом, Он — цвет знамен и ран на поле боя. Как в скалы врублен времени излом, Так врублен в стих ты сам с твоей судьбою

    Твой стих не мост между добром и злом, Он — цвет знамен и ран на поле боя. Как в скалы врублен времени излом, Так врублен в стих ты сам с твоей судьбою

    — Константин Симонов