110 цитат «правление» — избранное

110 цитат про «правление»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Если лидер слабеет, другой должен встать на его место и взять в свои руки бразды правления. Сильный властвует, слабому предначертано служить.

   Если лидер слабеет, другой должен встать на его место и взять в свои руки бразды правления. Сильный властвует, слабому предначертано служить.

   — Дрю Карпишин · книга
2. «

   – Да нету у них короля, – ответил Лосняга. – Там какой-то тип всем распоряжается.

   – Да нету у них короля, – ответил Лосняга. – Там какой-то тип всем распоряжается.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   Империя представляет свое владычество не как преходящий момент в движении истории, а как способ правления вне каких бы то ни было временных рамок и в этом смысле — вне истории либо как конец истории.

   Империя представляет свое владычество не как преходящий момент в движении истории, а как способ правления вне каких бы то ни было временных рамок и в этом смысле — вне истории либо как конец истории.

   — Майкл Хардт · книга
4. «

   Аристократия – раньше так называлось правление лучших людей, но ныне это значение слова устарело, равно как и сама такая форма правления. Сейчас так называются люди в цилиндрах и чистых сорочках, запятнанные достаточно высоким образованием и подозреваемые в обладании банковским счетом.

   Аристократия – раньше так называлось правление лучших людей, но ныне это значение слова устарело, равно как и сама такая форма правления. Сейчас так называются люди в цилиндрах и чистых сорочках, запятнанные достаточно высоким образованием и подозреваемые в обладании банковским счетом.

   — Амброз Бирс · книга
5. «

   Учитесь больше полагаться на свои уши, чем на рот, иначе ваше царствование будет короче, чем мой рост.

   Учитесь больше полагаться на свои уши, чем на рот, иначе ваше царствование будет короче, чем мой рост.

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   Для короля страна лишь его принадлежность. Если кто-то не умеет править, тогда превзойдя всех и став королем он будет никчемен.

   Для короля страна лишь его принадлежность. Если кто-то не умеет править, тогда превзойдя всех и став королем он будет никчемен.

   — Гильгамеш · аниме
7. «

   — До меня дошли слухи, что здесь не знают, кто я. Я Хела. Старшая дочь Одина. Командующая легионами Асгарда. Законная наследница трона и Богиня Смерти. Мой отец почил. А с ним и царевичи. Мир им. Было время, когда мы безраздельно правили космосом, и господство было непререкаемым. Но Один объединил лишь девять миров, хоть нам суждено вселенское господство. И я пришла восстановить справедливость. Поклонитесь мне, и вместе мы начнем эру великих завоеваний. — Кто бы ты ни была, что бы не сделала, сдавайся сейчас! Или пощады тебе не будет! — Кто бы я ни была? Я не поняла, для кого я сейчас распиналась? — Сдавайся, или умрешь! — Я смотрю, мне тут не рады.

   — До меня дошли слухи, что здесь не знают, кто я. Я Хела. Старшая дочь Одина. Командующая легионами Асгарда. Законная наследница трона и Богиня Смерти. Мой отец почил. А с ним и царевичи. Мир им. Было время, когда мы безраздельно правили космосом, и господство было непререкаемым. Но Один объединил лишь девять миров, хоть нам суждено вселенское господство. И я пришла восстановить справедливость. Поклонитесь мне, и вместе мы начнем эру великих завоеваний. — Кто бы ты ни была, что бы не сделала, сдавайся сейчас! Или пощады тебе не будет! — Кто бы я ни была? Я не поняла, для кого я сейчас распиналась? — Сдавайся, или умрешь! — Я смотрю, мне тут не рады.

   — Хела · фильм
8. «

   Уверяю вас, дьявол правит миром с кнутом в руке, — и как это ни странно, принимая в соображение, что есть же еще отсталые люди, верящие в Бога, он справляется со своим цугом довольно легко!

   Уверяю вас, дьявол правит миром с кнутом в руке, — и как это ни странно, принимая в соображение, что есть же еще отсталые люди, верящие в Бога, он справляется со своим цугом довольно легко!

   — Мария Корелли · книга
9. «

   Лучший король это тот, кто, выслушав всех своих советников, правит сам.

   Лучший король это тот, кто, выслушав всех своих советников, правит сам.

   — Роберта Джеллис · книга
10. «

    Управление страной – это не только военные победы. Править – это больше, чем сочинять мудрые законы и следить за их исполнением. Главное – как раз такие моменты; люди, мужчины и женщины, готовые доверить нам свои жизни, свой источник существования.

    Управление страной – это не только военные победы. Править – это больше, чем сочинять мудрые законы и следить за их исполнением. Главное – как раз такие моменты; люди, мужчины и женщины, готовые доверить нам свои жизни, свой источник существования.

    — Ли Бардуго · книга
11. «

    Тиран живёт за счёт страха, а мудрый правитель живёт за счёт добродетели.

    Тиран живёт за счёт страха, а мудрый правитель живёт за счёт добродетели.

    — Го Хэ Чжин/Хэ Су · сериал
12. «

    Когда твое правление жестоко, ожидай и жестокого переворота.

    Когда твое правление жестоко, ожидай и жестокого переворота.

    — Шеннон Чакраборти · книга
13. «

    Королевство без правителя, что корабль без рулевого — оно попадает во власть волн и разбивается о скалы.

    Королевство без правителя, что корабль без рулевого — оно попадает во власть волн и разбивается о скалы.

    — Лудека · сериал
14. «

    Править значит не властвовать, а исполнять обязанность.

    Править значит не властвовать, а исполнять обязанность.

    — Посидоний из Апамеи
15. «

    Кровопролитие — это благородство, это красота, это сила эволюции. Только кровавый правитель живёт по-настоящему, а все его подданные — живое мясо.

    Кровопролитие — это благородство, это красота, это сила эволюции. Только кровавый правитель живёт по-настоящему, а все его подданные — живое мясо.

    — Клинок Короля · игра
16. «

    Мир может измениться, если изменятся правящие им.

    Мир может измениться, если изменятся правящие им.

    — Ван Со · сериал
17. «

    Еще Платон разделил древнегреческие города-государства на следующие типы: 1) монархия — правление одного хорошего человека или ее искаженная форма — тирания; 2) аристократия — правление нескольких хороших людей и ее искаженная форма — олигархия; 3) демократия — правление многих или всего народа.

    Еще Платон разделил древнегреческие города-государства на следующие типы: 1) монархия — правление одного хорошего человека или ее искаженная форма — тирания; 2) аристократия — правление нескольких хороших людей и ее искаженная форма — олигархия; 3) демократия — правление многих или всего народа.

    — Камалудин Гаджиев · книга
18. «

    — Похвальбой и жестокостью любовь своего народа не завоюешь... как и любовь своей королевы. — Мать говорит, что страх лучше любви. А она [Санса] меня боится. — Вижу. Жаль, что Станнис с Ренли не двенадцатилетние девочки.

    — Похвальбой и жестокостью любовь своего народа не завоюешь... как и любовь своей королевы. — Мать говорит, что страх лучше любви. А она [Санса] меня боится. — Вижу. Жаль, что Станнис с Ренли не двенадцатилетние девочки.

    — Джордж Мартин · книга
19. «

    В то самое время, как описанное происходило в тюрьме, Иоанн сидел в своем тереме, мрачный и недовольный. Незнакомое ему чувство мало-помалу им овладело. Чувство это было невольное уважение к Серебряному, которого смелые поступки возмущали его самодержавное сердце, а между тем не подходили под собственные его понятия об измене. Доселе Иоанн встречал или явное своеволие, как в боярах, омрачавших своими раздорами время его малолетства, или гордое непокорство, как в Курбском, или же рабскую низкопоклонность, как во всех окружавших его в настоящее время. Но Серебряный не принадлежал ни к одному из этих разрядов. Он разделял убеждения своего века в божественной неприкосновенности прав Иоанна; он умственно подчинялся этим убеждениям и, более привыкший действовать, чем мыслить, никогда не выходил преднамеренно из повиновения царю, которого считал представителем божией воли на земле. Но несмотря на это, каждый раз, когда он сталкивался с явною несправедливостью, душа его вскипала негодованием, и врожденная прямота брала верх над правилами, принятыми на веру. Он тогда, сам себе на удивление и почти бессознательно, действовал наперекор этим правилам, и на деле выходило совсем не то, что они ему предписывали. Эта благородная непоследовательность противоречила всем понятиям Иоанна о людях и приводила в замешательство его знание человеческого сердца. Откровенность Серебряного, его неподкупное прямодушие и неспособность преследовать личные выгоды были очевидны для самого Иоанна. Он понимал, что Серебряный его не обманет, что можно на него вернее положиться, чем на кого-либо из присяжных опричников, и ему приходило желание приблизить его к себе и сделать из него свое орудие; но вместе с тем он чувствовал, что орудие это, само по себе надежное, может неожиданно ускользнуть из рук его, и при одной мысли о такой возможности расположение его к Серебряному обращалось в ненависть.

    В то самое время, как описанное происходило в тюрьме, Иоанн сидел в своем тереме, мрачный и недовольный. Незнакомое ему чувство мало-помалу им овладело. Чувство это было невольное уважение к Серебряному, которого смелые поступки возмущали его самодержавное сердце, а между тем не подходили под собственные его понятия об измене. Доселе Иоанн встречал или явное своеволие, как в боярах, омрачавших своими раздорами время его малолетства, или гордое непокорство, как в Курбском, или же рабскую низкопоклонность, как во всех окружавших его в настоящее время. Но Серебряный не принадлежал ни к одному из этих разрядов. Он разделял убеждения своего века в божественной неприкосновенности прав Иоанна; он умственно подчинялся этим убеждениям и, более привыкший действовать, чем мыслить, никогда не выходил преднамеренно из повиновения царю, которого считал представителем божией воли на земле. Но несмотря на это, каждый раз, когда он сталкивался с явною несправедливостью, душа его вскипала негодованием, и врожденная прямота брала верх над правилами, принятыми на веру. Он тогда, сам себе на удивление и почти бессознательно, действовал наперекор этим правилам, и на деле выходило совсем не то, что они ему предписывали. Эта благородная непоследовательность противоречила всем понятиям Иоанна о людях и приводила в замешательство его знание человеческого сердца. Откровенность Серебряного, его неподкупное прямодушие и неспособность преследовать личные выгоды были очевидны для самого Иоанна. Он понимал, что Серебряный его не обманет, что можно на него вернее положиться, чем на кого-либо из присяжных опричников, и ему приходило желание приблизить его к себе и сделать из него свое орудие; но вместе с тем он чувствовал, что орудие это, само по себе надежное, может неожиданно ускользнуть из рук его, и при одной мысли о такой возможности расположение его к Серебряному обращалось в ненависть.

    — Алексей Константинович Толстой · книга
20. «

    Единственное она знала наверняка: миром правят не деньги, не любовь и даже не похоть. Миром правит сила. Она достаточно находилась в подчинённых для того, чтобы не хотеть больше возвращаться в «рабство». Теперь она была сильной, теперь она правила.

    Единственное она знала наверняка: миром правят не деньги, не любовь и даже не похоть. Миром правит сила. Она достаточно находилась в подчинённых для того, чтобы не хотеть больше возвращаться в «рабство». Теперь она была сильной, теперь она правила.