20 цитат по теме «предметы» без воды

Тема «предметы» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 20 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Предмет истории — то в прошедшем, что не проходит, как наследство, урок, неоконченный процесс, как вечный закон.

   Предмет истории — то в прошедшем, что не проходит, как наследство, урок, неоконченный процесс, как вечный закон.

   — Василий Осипович Ключевский
2. «

   Подмена ценностей: использование предмета, значимого в интеллектуальной среде или мире моды, для принижения статуса предмета дорогостоящего: «Брайан, ты оставил своего Камю в БМВ брата».

   Подмена ценностей: использование предмета, значимого в интеллектуальной среде или мире моды, для принижения статуса предмета дорогостоящего: «Брайан, ты оставил своего Камю в БМВ брата».

   — Дуглас Коупленд · книга
3. «

   ... любой предмет — это времена, события и люди, спрессованные в твердую форму и подлежащие размещению среди прочих, себе подобных.

   ... любой предмет — это времена, события и люди, спрессованные в твердую форму и подлежащие размещению среди прочих, себе подобных.

   — Мариам Петросян · книга
4. «

   Граница определяет предмет.

   Граница определяет предмет.

   — Фредерик "Фриц" Перлз
5. «

   Бить палкой по воде бесполезно.

   Бить палкой по воде бесполезно.

   — Японские пословицы и поговорки
6. «

   Каждый предмет должен соответствовать своей сути.

   Каждый предмет должен соответствовать своей сути.

   — Уолтер Айзексон · книга
7. «

   Не каменный истукан, не игрушка, не безделушка, Которую можно спрятать и достать, когда снова нужно. Живое — и в этом всё дело, пускай бессмысленно это, - Конкурирует смело с армией мёртвых предметов!

   Не каменный истукан, не игрушка, не безделушка, Которую можно спрятать и достать, когда снова нужно. Живое — и в этом всё дело, пускай бессмысленно это, - Конкурирует смело с армией мёртвых предметов!
8. «

   Кровь – всего лишь жидкость. А труп – всего лишь предмет.

   Кровь – всего лишь жидкость. А труп – всего лишь предмет.

   — Бьякуя Тогами · игра
9. «

   Живому нужно общаться, живому нужно ласкаться, И если с живым не считаться, то может оно взбунтоваться. Кошачье пушистое тело — не наказывать же за это, Оно конкурирует смело с армией мёртвых предметов!

   Живому нужно общаться, живому нужно ласкаться, И если с живым не считаться, то может оно взбунтоваться. Кошачье пушистое тело — не наказывать же за это, Оно конкурирует смело с армией мёртвых предметов!
10. «

    Чем бесполезнее предмет, тем более подчинен он моде.

    Чем бесполезнее предмет, тем более подчинен он моде.

    — Вернер Зомбарт
11. «

    Лампочки — создания непростые, зависят от множества переменных величин и в своем роде подвержены безумию, формы которого предсказать нельзя.

    Лампочки — создания непростые, зависят от множества переменных величин и в своем роде подвержены безумию, формы которого предсказать нельзя.

    — Алессандро Барикко · книга
12. «

    Даже у камней и деревьев есть воспоминания. Если предметом долго не пользоваться, у него появляется чувство горечи.

    Даже у камней и деревьев есть воспоминания. Если предметом долго не пользоваться, у него появляется чувство горечи.

    — Инаги Хотоми · игра
13. «

    Этот человек, отверженный из отверженных, так низко упавший, как только может представить себе человеческая фантазия, этот добровольный палач, обошелся с ней без грубости, но с таким отсутствием хоть бы намека на ласку, с таким пренебрежением и деревянным равнодушием, как обращаются не с человеком, даже не с собакой или лошадью, и даже не с зонтиком, пальто или шляпой, а как с каким-то грязным предметом, в котором является минутная неизбежная потребность, но который по миновании надобности становится чуждым, бесполезным и противным. Всего ужаса этой мысли толстая Катька не могла объять своим мозгом откормленной индюшки и потому плакала, – как и ей самой казалось, – беспричинно и бестолково.

    Этот человек, отверженный из отверженных, так низко упавший, как только может представить себе человеческая фантазия, этот добровольный палач, обошелся с ней без грубости, но с таким отсутствием хоть бы намека на ласку, с таким пренебрежением и деревянным равнодушием, как обращаются не с человеком, даже не с собакой или лошадью, и даже не с зонтиком, пальто или шляпой, а как с каким-то грязным предметом, в котором является минутная неизбежная потребность, но который по миновании надобности становится чуждым, бесполезным и противным. Всего ужаса этой мысли толстая Катька не могла объять своим мозгом откормленной индюшки и потому плакала, – как и ей самой казалось, – беспричинно и бестолково.

    — Александр Куприн · книга
14. «

    Восстанавливать тишину — привилегия окружающих нас предметов.

    Восстанавливать тишину — привилегия окружающих нас предметов.

    — Сэмюэл Беккет · книга
15. «

    Предметы, окружающие мужчину, демонстрируют, как правило, его принадлежность к какой-либо социальной или культурной группе. К богатым или умным, отверженным или популярным, к маргиналам или филистерам, бородатым или длинноволосым, к владельцам машин ценой в бюджет дотационного региона или абсолютным пролетариям, не получающим даже пособия из этого бюджета… Мужчина – во всяком случае, нормальный мужчина – таков, каким он выглядит, даже если выглядит не тем, кем он есть.

    Предметы, окружающие мужчину, демонстрируют, как правило, его принадлежность к какой-либо социальной или культурной группе. К богатым или умным, отверженным или популярным, к маргиналам или филистерам, бородатым или длинноволосым, к владельцам машин ценой в бюджет дотационного региона или абсолютным пролетариям, не получающим даже пособия из этого бюджета… Мужчина – во всяком случае, нормальный мужчина – таков, каким он выглядит, даже если выглядит не тем, кем он есть.

    — Александр Кабаков · книга
16. «

    Все красивые вещи теряют свою сущность.

    Все красивые вещи теряют свою сущность.

    — Котомине Кирей · игра
17. «

    Любопытство невозможно как следует удовлетворить, не дотронувшись рукой до заинтересовавшего тебя предмета.

    Любопытство невозможно как следует удовлетворить, не дотронувшись рукой до заинтересовавшего тебя предмета.

    — Кобо Абэ · книга
18. «

    — Ах.... История — мой самый нелюбимый предмет. — Да ладно тебе, Аван. Я уверен, они у тебя все одинаковы нелюбимы. — Эй, заткнись!

    — Ах.... История — мой самый нелюбимый предмет. — Да ладно тебе, Аван. Я уверен, они у тебя все одинаковы нелюбимы. — Эй, заткнись!

    — Аван Хардинс · игра
19. «

    Странное свойство, я способен ненавидеть места и предметы точно как будто людей.

    Странное свойство, я способен ненавидеть места и предметы точно как будто людей.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
20. «

    — История? Родерик де Новембер? Читал, читал. Когда учился в Оксенфуртской академии, история занимала второе место в списке моих любимых предметов. — А первое? — География, — серьезно сказал поэт. — Атлас мира был большой, за ним легче всего было скрыть пузырь с водкой.

    — История? Родерик де Новембер? Читал, читал. Когда учился в Оксенфуртской академии, история занимала второе место в списке моих любимых предметов. — А первое? — География, — серьезно сказал поэт. — Атлас мира был большой, за ним легче всего было скрыть пузырь с водкой.

    — Анджей Сапковский · книга