195 цитат «психика» для статуса

Собрали 195 цитат на тему «психика» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Следующая ступень в деле понимания себя может возникнуть лишь тогда, когда мы учтем нашу врожденную и законную потребность жить в атмосфере, богатой психическими состояниями, вызываемыми по своей воле.

   Следующая ступень в деле понимания себя может возникнуть лишь тогда, когда мы учтем нашу врожденную и законную потребность жить в атмосфере, богатой психическими состояниями, вызываемыми по своей воле.

   — Теренс МакКена · книга
2. «

   Нормальная психика — это просто способность мозга приспосабливаться к окружающей действительности. Если же нам это не удается, мы или прячемся от реальности, или ставим себя над ней, превращаясь в сверхсуществ, не подчиняющихся общим законам.

   Нормальная психика — это просто способность мозга приспосабливаться к окружающей действительности. Если же нам это не удается, мы или прячемся от реальности, или ставим себя над ней, превращаясь в сверхсуществ, не подчиняющихся общим законам.

   — Сидни Шелдон · книга
3. «

   Внешний вид часто связан с психикой.

   Внешний вид часто связан с психикой.

   — Сидни Шелдон · книга
4. «

   Здоровая психика — самая бессмысленная и бесполезная. Дальше только в гроб.

   Здоровая психика — самая бессмысленная и бесполезная. Дальше только в гроб.

   — Борис Новодержкин
5. «

   Другая проблема возникает, когда перенесшие травму люди сами буквально теряют дар речи – когда в их мозге отключаются речевые центры.

   Другая проблема возникает, когда перенесшие травму люди сами буквально теряют дар речи – когда в их мозге отключаются речевые центры.

   — Бессел ван дер Колк · книга
6. «

   В 30-х годах XX века Юнг не уставал повторять: «Родители постоянно должны сознавать, что они сами являются главным источником невроза своих детей».

   В 30-х годах XX века Юнг не уставал повторять: «Родители постоянно должны сознавать, что они сами являются главным источником невроза своих детей».

   — Джеймс Холлис · книга
7. «

   Нам следует признать, что характер наших отношений с окружающими определяется нашими первыми отношениями, которые мы когда-то интериоризировали и ощущаем как бессознательные, феноменологические отношения, в том числе и к самим себе. Из этих отношений к нам приходит ощущение глубины, движения и запрограммированности всего остального.

   Нам следует признать, что характер наших отношений с окружающими определяется нашими первыми отношениями, которые мы когда-то интериоризировали и ощущаем как бессознательные, феноменологические отношения, в том числе и к самим себе. Из этих отношений к нам приходит ощущение глубины, движения и запрограммированности всего остального.

   — Джеймс Холлис · книга
8. «

   «Ничегонечувствование» — чаще всего защитный механизм, который подсознательно натренирован раненными в детстве людьми, чтобы избегать чувств боли и беспомощности, которые вызывали у них родители. Они научились отвлекаться от своих эмоций. Соответственно, можно научиться привлекать внимание к чувствам.

   «Ничегонечувствование» — чаще всего защитный механизм, который подсознательно натренирован раненными в детстве людьми, чтобы избегать чувств боли и беспомощности, которые вызывали у них родители. Они научились отвлекаться от своих эмоций. Соответственно, можно научиться привлекать внимание к чувствам.

   — Стефани Шталь · книга
9. «

   Невроз – это всегда, как правило, перешедший в соматику внутренний конфликт.

   Невроз – это всегда, как правило, перешедший в соматику внутренний конфликт.

   — Екатерина Вадимовна Мурашова · книга
10. «

    В студенческие годы психика подвергается серьёзной перестройке. Мечты и беспокойство о будущем смешиваются между собой. И ты уже не понимаешь, кто ты на самом деле. Хотя никто на самом деле толком не знает кто он. Всё, что можно делать — строить планы на будущее и пытаться решить для себя этот вопрос.

    В студенческие годы психика подвергается серьёзной перестройке. Мечты и беспокойство о будущем смешиваются между собой. И ты уже не понимаешь, кто ты на самом деле. Хотя никто на самом деле толком не знает кто он. Всё, что можно делать — строить планы на будущее и пытаться решить для себя этот вопрос.

    — Доктор Гайтель · аниме
11. «

    Если ты пашешь как волк, но не получаешь результатов, значит ты дебил. Значит ты не пашешь, то есть, если ты весь такой «упаханный» но результата не принёс, значит ты что-то делаешь не то. Значит ты стараешься получить торт, изо всех сил, блюя в раковину.

    Если ты пашешь как волк, но не получаешь результатов, значит ты дебил. Значит ты не пашешь, то есть, если ты весь такой «упаханный» но результата не принёс, значит ты что-то делаешь не то. Значит ты стараешься получить торт, изо всех сил, блюя в раковину.

    — Франц Вертфоллен · книга
12. «

    Строго говоря, проекция никогда никем не создается; она просто возникает. Во мраке всего, существующего вне меня, я нахожу свою внутреннюю жизнь или жизнь своей психики, но этого не осознаю… Такие проекции начинают повторяться при попытках человека исследовать мрачную бездну, которую он невольно заполняет живыми образами.

    Строго говоря, проекция никогда никем не создается; она просто возникает. Во мраке всего, существующего вне меня, я нахожу свою внутреннюю жизнь или жизнь своей психики, но этого не осознаю… Такие проекции начинают повторяться при попытках человека исследовать мрачную бездну, которую он невольно заполняет живыми образами.

    — Джеймс Холлис · книга
13. «

    Нет ничего нестабильней на свете, нежели психика человека, — простой обыватель в одночасье может стать «Наполеоном», а милейшее создание – серийным убийцей.

    Нет ничего нестабильней на свете, нежели психика человека, — простой обыватель в одночасье может стать «Наполеоном», а милейшее создание – серийным убийцей.

    — Eugene Ryabyi
14. «

    Обмануть — значит ударить в слабое место психики человека.

    Обмануть — значит ударить в слабое место психики человека.

    — Тоа Токучи · аниме
15. «

    Сердце сокрушить не сложно Под психическим давлением.

    Сердце сокрушить не сложно Под психическим давлением.
16. «

    Ранить тебя по сути могут две вещи: когда происходит что-то, с чем ты работать не хочешь, от чего зажимаешься, и не хотя работать с чем-то ты такой: «Ааа! Это негативно влияет на мою жизнь!»

    Ранить тебя по сути могут две вещи: когда происходит что-то, с чем ты работать не хочешь, от чего зажимаешься, и не хотя работать с чем-то ты такой: «Ааа! Это негативно влияет на мою жизнь!»

    — Франц Вертфоллен · книга
17. «

    — Я все гадаю: почему ты родился без клешней? — Ты смотришь на белую ворону семьи Даледа. Они были у отца и у обоих братьев. Знаменитый клан Даледа с клешнями. А я носил отцу пиво, так нервничал и дрожал, что все падало из рук. Он брюзжал: «Пять здоровых пальцев, а ты даже бутылку пива донести не можешь! Может мне их откусить по очереди?» — Ничего себе... Стал фриком за то, что родился нормальным.

    — Я все гадаю: почему ты родился без клешней? — Ты смотришь на белую ворону семьи Даледа. Они были у отца и у обоих братьев. Знаменитый клан Даледа с клешнями. А я носил отцу пиво, так нервничал и дрожал, что все падало из рук. Он брюзжал: «Пять здоровых пальцев, а ты даже бутылку пива донести не можешь! Может мне их откусить по очереди?» — Ничего себе... Стал фриком за то, что родился нормальным.
18. «

    Наша мысль не останавливается на том, что мы замечаем и что говорим. У нас есть потайные коридоры за стенами, скрытые шкафы, секретные ящички; там мы частенько прячем наши упреки, амбиции, страхи. Всё идет хорошо до тех пор, пока переборка не треснет, что-то не вылезет, не выплеснется. Вот тогда нужно готовиться к худшему.

    Наша мысль не останавливается на том, что мы замечаем и что говорим. У нас есть потайные коридоры за стенами, скрытые шкафы, секретные ящички; там мы частенько прячем наши упреки, амбиции, страхи. Всё идет хорошо до тех пор, пока переборка не треснет, что-то не вылезет, не выплеснется. Вот тогда нужно готовиться к худшему.

    — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
19. «

    Так как ребенок ощущает свое бессилие в присутствии Другого, который при этом является источником его благополучия, он учится быть приятным, спокойным и принимать на себя ответственность за благополучие других. Одна из таких стратегий, позволяющих справиться с тревогой, называется созависимость. Если я несу ответственность за удовлетворение потребностей Другого, то, наверное, Другой сможет удовлетворить и мои потребности. В семьях, в которых выросли многие профессиональные воспитатели, в фантазии ребенка развивалась такая высокая степень самоидентификации, что он должен был оказывать поддержку или исцелять Другого в надежде, что тогда он станет более восприимчивым. Ясно, что ребенок не может исцелить родителя, но, совершая такую попытку, он может пожертвовать своей уникальной личностью или совсем ее похоронить. То же самое относится и к взрослому: эта модель детских отношений становится образцом для последующей жизни, бессознательно вовлекая человека в решение безнадежной задачи — исцелить множество травмированных людей, которые его окружают.

    Так как ребенок ощущает свое бессилие в присутствии Другого, который при этом является источником его благополучия, он учится быть приятным, спокойным и принимать на себя ответственность за благополучие других. Одна из таких стратегий, позволяющих справиться с тревогой, называется созависимость. Если я несу ответственность за удовлетворение потребностей Другого, то, наверное, Другой сможет удовлетворить и мои потребности. В семьях, в которых выросли многие профессиональные воспитатели, в фантазии ребенка развивалась такая высокая степень самоидентификации, что он должен был оказывать поддержку или исцелять Другого в надежде, что тогда он станет более восприимчивым. Ясно, что ребенок не может исцелить родителя, но, совершая такую попытку, он может пожертвовать своей уникальной личностью или совсем ее похоронить. То же самое относится и к взрослому: эта модель детских отношений становится образцом для последующей жизни, бессознательно вовлекая человека в решение безнадежной задачи — исцелить множество травмированных людей, которые его окружают.

    — Джеймс Холлис · книга
20. «

    Есть множество толкований снов, самое известное – по Фрейду, но я всегда думал, что сны выполняют простую гигиеническую функцию, не более того: снами наша психика справляет большую нужду, всякий раз наваливая объемистую кучу. И у людей, которые не видят сны (или видят, но, проснувшись, не могут вспомнить), в каком-то смысле – ментальный запор. В конце концов, от кошмара есть только одна практическая польза: проснуться и осознать, что это – всего лишь сон.

    Есть множество толкований снов, самое известное – по Фрейду, но я всегда думал, что сны выполняют простую гигиеническую функцию, не более того: снами наша психика справляет большую нужду, всякий раз наваливая объемистую кучу. И у людей, которые не видят сны (или видят, но, проснувшись, не могут вспомнить), в каком-то смысле – ментальный запор. В конце концов, от кошмара есть только одна практическая польза: проснуться и осознать, что это – всего лишь сон.

    — Стивен Кинг · книга