424 лучших цитаты на тему «психология»

Тема «психология» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 424 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Люди не равны по своему интеллекту и силе воли, а, следовательно, ни равноправными, ни равными быть не могут, не есть и не будут. Никогда. Даже больше – навозных мух на планете куда больше, чем слонов. Так и людей с низким интеллектом, дурным или вовсе отсутствующим вкусом куда больше, чем их противоположностей, абсолютно все скупают хлам, но за дёшево. И черт с ними, если б только материальный, куда хуже — информационный. Массы не имеют должного вкуса, чтобы понять, что вообще стоит покупки, и должного интеллекта, чтобы распознать, что вообще чего-то стоит.

   Люди не равны по своему интеллекту и силе воли, а, следовательно, ни равноправными, ни равными быть не могут, не есть и не будут. Никогда. Даже больше – навозных мух на планете куда больше, чем слонов. Так и людей с низким интеллектом, дурным или вовсе отсутствующим вкусом куда больше, чем их противоположностей, абсолютно все скупают хлам, но за дёшево. И черт с ними, если б только материальный, куда хуже — информационный. Массы не имеют должного вкуса, чтобы понять, что вообще стоит покупки, и должного интеллекта, чтобы распознать, что вообще чего-то стоит.

   — Франц Вертфоллен · книга
2. «

   Подождите, я вот вообще не понимаю, как раньше мы жили без сексологов? Вот когда они появились? Как Россия-матушка прирастала землями, народами? Сейчас из людей сделали идиотов, сделали рабов собственных слизистых!

   Подождите, я вот вообще не понимаю, как раньше мы жили без сексологов? Вот когда они появились? Как Россия-матушка прирастала землями, народами? Сейчас из людей сделали идиотов, сделали рабов собственных слизистых!

   — Элина Жгутова
3. «

   Вопрос об ответственности слабо изучен. Он не рассматривается в наших учебниках по психологии. В самом деле, как исследовать ответственность у белых крыс?!

   Вопрос об ответственности слабо изучен. Он не рассматривается в наших учебниках по психологии. В самом деле, как исследовать ответственность у белых крыс?!

   — Абрахам Маслоу
4. «

   Я, верите ли, ни в чем себя удержать не могу. Вот скажите мне, что мне уж больше не обедать по ресторанам, и я на все готов, чтобы только обедать. О, мы искренно хотим быть честными, уверяю вас, но только мы все откладываем.

   Я, верите ли, ни в чем себя удержать не могу. Вот скажите мне, что мне уж больше не обедать по ресторанам, и я на все готов, чтобы только обедать. О, мы искренно хотим быть честными, уверяю вас, но только мы все откладываем.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
5. «

   Ночью позвонила Ирина Сергеевна. Прервала сон, в котором я беседовал с Сократом о пользе ритуала в работе торговца мясом на рынке. Я утверждал, что можно не замечать свиных голов и запаха крови, и вынашивать философскую мысль. Он смеялся над моей наивностью. И убеждал не отдаваться в рабство звериному цеху. Разве не льется там, как на ристалищах, кровь и пот? Нет, улыбался я, это не битва. Это ритуал языческого жертвоприношения. Я жрец, а не раб. Я разрубаю и режу сакральный продукт, а не расчленяю трупы животных. Играю в жертвоприношение, оттачиваю ритуал, как Спиноза увеличительные стекла. Но сердце мое остается не тронутым. Кровь чуждого ритуала не касается моего ума. А халат? Что ж. Халат отдам в стирку. Или сброшу его, как змеи скидывают старую кожу. — Не лукавь сам с собой, — отвечал Сократ. — Клянусь собакой, ты не сможешь оградить свой внутренний мир от рыночного смрада. Ты слишком слаб для этого. Чересчур раним, хоть и не поэт. Мясной цех не для тебя. Иди в церковь и напросись временно сторожем. Это твое. — В церковь? Хм. Сторожем? Но там нельзя шлифовать линзы. Невозможно оттачивать ритуал там, где Христос изгнал бичом торговцев. В церкви нельзя быть работником. Можно только служить. А я не готов. Клянусь собакой, Сократ, я не готов. Если хочешь жить в свободе, научись служить. Во мне мало терпения, Сократ. Много праздности и мало терпения. Возможно, я возьмусь за редакцию текста пьесы. И на этом заработаю. Я подумаю. И тут раздался звонок Ирины. Сон оказался в руку. Тревожным голосом она сказала: — С дочкой проблема. Заперлась в ванной, рыдает. Вечером пришла пьяная. Заявила, что я неправильно ее воспитала. Сказала, что я отняла у нее возможность быть счастливой. Что она никогда не будет счастлива, потому что я не научила ее счастью. Каково это слышать матери? — Из-за чего все это? Накопилось? Или реакция на событие? — И реакция, и накопилось. Какой-то режиссер бросил ее. Сказал ей, что она молодая. И ее нужно всему учить. А чему всему? — Чему? Ох, уж эта Мельпомена. Полагаю, не театральному искусству. Где она сейчас? В ванной? — Да. Затихла. Я переживаю. Не сделала бы с собой что-нибудь. Глупенькая. Я поднялся с постели и подошел к ноутбуку. Открыл электронную почту, нашел файл с текстом пьесы «Самоубийцы». — Что там, в ее пьесе? — спросил я. — Не успел прочитать. Что там с героиней? — Вскрывает вены, — упавшим голосом ответила Ирина Сергеевна. — Что делать? Ломать дверь? — Ломай. Я посижу на телефоне. ..... Люди влюбились в актерство. Лицедеи — зачинатели мод. Лицедеи — дома на песке. Открой ленту новостей и упрешься глазами в муть и шелуху, которая называется жизнью... (Психологиня и психопат)

   Ночью позвонила Ирина Сергеевна. Прервала сон, в котором я беседовал с Сократом о пользе ритуала в работе торговца мясом на рынке. Я утверждал, что можно не замечать свиных голов и запаха крови, и вынашивать философскую мысль. Он смеялся над моей наивностью. И убеждал не отдаваться в рабство звериному цеху. Разве не льется там, как на ристалищах, кровь и пот? Нет, улыбался я, это не битва. Это ритуал языческого жертвоприношения. Я жрец, а не раб. Я разрубаю и режу сакральный продукт, а не расчленяю трупы животных. Играю в жертвоприношение, оттачиваю ритуал, как Спиноза увеличительные стекла. Но сердце мое остается не тронутым. Кровь чуждого ритуала не касается моего ума. А халат? Что ж. Халат отдам в стирку. Или сброшу его, как змеи скидывают старую кожу. — Не лукавь сам с собой, — отвечал Сократ. — Клянусь собакой, ты не сможешь оградить свой внутренний мир от рыночного смрада. Ты слишком слаб для этого. Чересчур раним, хоть и не поэт. Мясной цех не для тебя. Иди в церковь и напросись временно сторожем. Это твое. — В церковь? Хм. Сторожем? Но там нельзя шлифовать линзы. Невозможно оттачивать ритуал там, где Христос изгнал бичом торговцев. В церкви нельзя быть работником. Можно только служить. А я не готов. Клянусь собакой, Сократ, я не готов. Если хочешь жить в свободе, научись служить. Во мне мало терпения, Сократ. Много праздности и мало терпения. Возможно, я возьмусь за редакцию текста пьесы. И на этом заработаю. Я подумаю. И тут раздался звонок Ирины. Сон оказался в руку. Тревожным голосом она сказала: — С дочкой проблема. Заперлась в ванной, рыдает. Вечером пришла пьяная. Заявила, что я неправильно ее воспитала. Сказала, что я отняла у нее возможность быть счастливой. Что она никогда не будет счастлива, потому что я не научила ее счастью. Каково это слышать матери? — Из-за чего все это? Накопилось? Или реакция на событие? — И реакция, и накопилось. Какой-то режиссер бросил ее. Сказал ей, что она молодая. И ее нужно всему учить. А чему всему? — Чему? Ох, уж эта Мельпомена. Полагаю, не театральному искусству. Где она сейчас? В ванной? — Да. Затихла. Я переживаю. Не сделала бы с собой что-нибудь. Глупенькая. Я поднялся с постели и подошел к ноутбуку. Открыл электронную почту, нашел файл с текстом пьесы «Самоубийцы». — Что там, в ее пьесе? — спросил я. — Не успел прочитать. Что там с героиней? — Вскрывает вены, — упавшим голосом ответила Ирина Сергеевна. — Что делать? Ломать дверь? — Ломай. Я посижу на телефоне. ..... Люди влюбились в актерство. Лицедеи — зачинатели мод. Лицедеи — дома на песке. Открой ленту новостей и упрешься глазами в муть и шелуху, которая называется жизнью... (Психологиня и психопат)

   — Юрий Меркеев · книга
6. «

   Мы тормозим психологический рост самих себя и наших детей, ограждая их от боли, дискомфорта или трудностей. А еще мы можем держаться за них слишком крепко и слишком долго.

   Мы тормозим психологический рост самих себя и наших детей, ограждая их от боли, дискомфорта или трудностей. А еще мы можем держаться за них слишком крепко и слишком долго.

   — Лиза Марчиано · книга
7. «

   …сейчас, когда каждый считает психологию даром Божьим, пора освободиться от набивших оскомину ветхозаветных предрассудков. И что еще остается бедному человечеству, едва ли не каждый представитель которого характеризуется анальной фиксацией? Все просто. Вы заявляете, что отец ненавидел вас с самого детства, а затем выходите на улицу, стреляете в соседа, насилуете первую попавшуюся даму, взрываете парочку зданий... И надеетесь на оправдание и сочувствие публики.

   …сейчас, когда каждый считает психологию даром Божьим, пора освободиться от набивших оскомину ветхозаветных предрассудков. И что еще остается бедному человечеству, едва ли не каждый представитель которого характеризуется анальной фиксацией? Все просто. Вы заявляете, что отец ненавидел вас с самого детства, а затем выходите на улицу, стреляете в соседа, насилуете первую попавшуюся даму, взрываете парочку зданий... И надеетесь на оправдание и сочувствие публики.

   — Стивен Кинг · книга
8. «

   Стокгольмский синдром — пассивная психологическая реакция на нового хозяина, важнейший инструмент выживания. Либо приспособишься к тому, кто тебя поймал, либо тебя съедят.

   Стокгольмский синдром — пассивная психологическая реакция на нового хозяина, важнейший инструмент выживания. Либо приспособишься к тому, кто тебя поймал, либо тебя съедят.

   — Ганнибал Лектер · сериал
9. «

   Психологические травмы бестактны. Они приходят без стука и не уходят ничего не сломав.

   Психологические травмы бестактны. Они приходят без стука и не уходят ничего не сломав.

   — Энди Кейдж · книга
10. «

    Наши отношения с Матерью рождаются одновременно с нашим появлением в этом мире.

    Наши отношения с Матерью рождаются одновременно с нашим появлением в этом мире.

    — Кэрил Макбрайд · книга
11. «

    Это может нас огорчить и даже вызвать депрессию — в любом случае это нас унижает, — ибо человек никогда по-настоящему не знает Другого, а все, что мы не знаем, всегда наполняется содержанием наших проекций. Даже люди, которые не один десяток лет прожили вместе, едва знают друг друга с психологической точки зрения, хотя при этом они очень сильно привыкли друг к другу.

    Это может нас огорчить и даже вызвать депрессию — в любом случае это нас унижает, — ибо человек никогда по-настоящему не знает Другого, а все, что мы не знаем, всегда наполняется содержанием наших проекций. Даже люди, которые не один десяток лет прожили вместе, едва знают друг друга с психологической точки зрения, хотя при этом они очень сильно привыкли друг к другу.

    — Джеймс Холлис · книга
12. «

    Заметил, что сангвиники как правило успешно что-то делают, только если заинтересованы. Поэтому для них важно научиться управлять собственным интересом, чтобы успешно действовать. Через ответственность или обязанности такой человек обычно действует неэффективно.

    Заметил, что сангвиники как правило успешно что-то делают, только если заинтересованы. Поэтому для них важно научиться управлять собственным интересом, чтобы успешно действовать. Через ответственность или обязанности такой человек обычно действует неэффективно.

    — Сергей Москалев · книга
13. «

    Если давать определение психическому здоровью, то я бы дал свою, субъективную характеристику – психически здоровый человек, это человек, умеющий управлять эмоциями и мыслями. Для этого ему необходимо свободное владение родным языком и опыт описания переживаний человека, который можно получить только в прошлом, в «колодце памяти», как это называл М. Кундера, формируемом прочитанными книгами.

    Если давать определение психическому здоровью, то я бы дал свою, субъективную характеристику – психически здоровый человек, это человек, умеющий управлять эмоциями и мыслями. Для этого ему необходимо свободное владение родным языком и опыт описания переживаний человека, который можно получить только в прошлом, в «колодце памяти», как это называл М. Кундера, формируемом прочитанными книгами.

    — Александр Геннадьевич Данилин
14. «

    Плата за высокую уверенность такова, что люди готовы пойти на всё, чтобы добиться высокой самооценки и поддерживать её, приравнивая хорошее настроение к успеху. В результате мы имеем общество, которое принимает важничанье за важность и самовозвеличивание — за величие, заставляя все больше и больше людей интересоваться только собой.

    Плата за высокую уверенность такова, что люди готовы пойти на всё, чтобы добиться высокой самооценки и поддерживать её, приравнивая хорошее настроение к успеху. В результате мы имеем общество, которое принимает важничанье за важность и самовозвеличивание — за величие, заставляя все больше и больше людей интересоваться только собой.

    — Томас Чаморро-Премузик · книга
15. «

    Ее расстроил новый кадиллак – его совсем недавно доставили ей, и автомобиль оказался не того оттенка желтого, который она желала. На первый взгляд, проблема была пустяковой, особенно по сравнению с горем предыдущей женщины. Но я хорошо знала эту пациентку и понимала, что плач из-за цвета машины на самом деле плач отчаяния по поводу несложившейся жизни. Все шло не так, как ей хотелось бы: одиночество в браке; сын, в очередной раз выгнанный еще из одной школы; загубленная карьера, от которой она отказалась, чтобы больше быть с мужем и ребенком. В нашей жизни часто за мелкими огорчениями прячутся более серьезные обиды; в незначительных, казалось бы, переживаниях отражается глубокая боль.

    Ее расстроил новый кадиллак – его совсем недавно доставили ей, и автомобиль оказался не того оттенка желтого, который она желала. На первый взгляд, проблема была пустяковой, особенно по сравнению с горем предыдущей женщины. Но я хорошо знала эту пациентку и понимала, что плач из-за цвета машины на самом деле плач отчаяния по поводу несложившейся жизни. Все шло не так, как ей хотелось бы: одиночество в браке; сын, в очередной раз выгнанный еще из одной школы; загубленная карьера, от которой она отказалась, чтобы больше быть с мужем и ребенком. В нашей жизни часто за мелкими огорчениями прячутся более серьезные обиды; в незначительных, казалось бы, переживаниях отражается глубокая боль.

    — Эдит Ева Эгер · книга
16. «

    Калейдоскопичное мышление — это когда в предлагаемом материале: статье, видео, да даже простом житейском разговоре — читатель, зритель, собеседник воспринимают все как готовую картинку. Уже определенную. И тоже сразу — как в калейдоскопе. Теперь об другом способе мышления — мозаичном. Любое происходящее событие я могу воспринимать не просто как готовое-случайное, а как еще один кусочек-паззл в картине своей непрерывной жизни. И его можно-нужно «совместить» с уже известными имеющимися, уже как-то определенно сложенными.

    Калейдоскопичное мышление — это когда в предлагаемом материале: статье, видео, да даже простом житейском разговоре — читатель, зритель, собеседник воспринимают все как готовую картинку. Уже определенную. И тоже сразу — как в калейдоскопе. Теперь об другом способе мышления — мозаичном. Любое происходящее событие я могу воспринимать не просто как готовое-случайное, а как еще один кусочек-паззл в картине своей непрерывной жизни. И его можно-нужно «совместить» с уже известными имеющимися, уже как-то определенно сложенными.

    — Алексей Рыженков
17. «

    Грег Баррон и Идо Эрев в ходе ряда опытов установили, что люди склонны преуменьшать малую вероятность, если им самим приходится ее просчитывать, то есть если она не обозначена в цифрах. Представьте, что вы тянете шары из урны, в которой очень мало красных и много черных шаров, и вам нужно угадать, какого цвета шар вы сейчас вытащите; при этом вы не знаете точного соотношения красных и черных. Скорее всего, по вашей оценке, вероятность вытащить красный шар окажется ниже, чем она есть на самом деле. А вот если вам сказать, к примеру, что красных шаров — 3 процента, вы, наоборот, будете ошибаться, говоря «красный» чаще, чем нужно.

    Грег Баррон и Идо Эрев в ходе ряда опытов установили, что люди склонны преуменьшать малую вероятность, если им самим приходится ее просчитывать, то есть если она не обозначена в цифрах. Представьте, что вы тянете шары из урны, в которой очень мало красных и много черных шаров, и вам нужно угадать, какого цвета шар вы сейчас вытащите; при этом вы не знаете точного соотношения красных и черных. Скорее всего, по вашей оценке, вероятность вытащить красный шар окажется ниже, чем она есть на самом деле. А вот если вам сказать, к примеру, что красных шаров — 3 процента, вы, наоборот, будете ошибаться, говоря «красный» чаще, чем нужно.

    — Нассим Николас Талеб · книга
18. «

    Память — есть то сучье место, где находится ад.

    Память — есть то сучье место, где находится ад.
19. «

    В далеком королевстве жила прекрасная девушка по имени Мира. Она была щедра, добра и красива. Все в королевстве поклонялись ее красоте и доброте.

    В далеком королевстве жила прекрасная девушка по имени Мира. Она была щедра, добра и красива. Все в королевстве поклонялись ее красоте и доброте.
20. «

    Пожалуй, мы не очень перегрузим наше сравнение, если включим в его рамки также и отношение человека к миру — человеческое «Я» в качестве командующего небольшой армией, борющейся с окружающем её внешним миром, нередко воюющей на два фронта: впереди борьба за существование, позади борьба против собственной мятежной инстинктивной природы.

    Пожалуй, мы не очень перегрузим наше сравнение, если включим в его рамки также и отношение человека к миру — человеческое «Я» в качестве командующего небольшой армией, борющейся с окружающем её внешним миром, нередко воюющей на два фронта: впереди борьба за существование, позади борьба против собственной мятежной инстинктивной природы.

    — Карл Густав Юнг · книга