50 цитат про «рабство со смыслом» — большая подборка

Собрали 50 цитат на тему «рабство со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Человека нельзя сделать рабом против воли, – отметил карлик. – Выбор есть всегда, пусть даже между оковами и смертью.

   Человека нельзя сделать рабом против воли, – отметил карлик. – Выбор есть всегда, пусть даже между оковами и смертью.

   — Джордж Мартин · книга
2. «

   Когда в древнем мире весь экономический строй держался на личном рабстве, величайшие умы не могли видеть его. И Ксенофонту, и Платону, и Аристотелю, и римлянам казалось, что это не может быть иначе и что рабство есть неизбежное и естественное последствие войн, без которых немыслимо человечество.

   Когда в древнем мире весь экономический строй держался на личном рабстве, величайшие умы не могли видеть его. И Ксенофонту, и Платону, и Аристотелю, и римлянам казалось, что это не может быть иначе и что рабство есть неизбежное и естественное последствие войн, без которых немыслимо человечество.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
3. «

   Дом, разделённый пополам, не сможет выстоять в буре. Я думаю, что не сможет выстоять и правительство страны, наполовину состоящей из рабов, а наполовину из свободных людей.

   Дом, разделённый пополам, не сможет выстоять в буре. Я думаю, что не сможет выстоять и правительство страны, наполовину состоящей из рабов, а наполовину из свободных людей.

   — Авраам Линкольн
4. «

   В каждом государстве жажда славы растет вместе со свободой подданных и уменьшается вместе с ней: слава никогда не уживается с рабством.

   В каждом государстве жажда славы растет вместе со свободой подданных и уменьшается вместе с ней: слава никогда не уживается с рабством.

   — Мишель де Монтень
5. «

   Для кого-то праздность — мать всех пороков, конец её — жесточайшее рабство и смерть. Для кого-то праздность — испытание. Не было худшего наказания для русского мужика 18—19 века, как смотреть «праздно привязанным к стулу» на работающих друзей. Говорят, изощренную казнь эту придумали промышленники-немцы в России. Немцы вообще хорошие психологи, когда дело касается стимуляции труда. Но беда — положить немецкую психологию на русскую почву. Сквозь асфальт города пробьётся мутант бунта. Не поздоровиться никому. Я в духовном мал, потому придерживаюсь вытяжки из собственного жизненного опыта. Для меня праздность — это повод к собранности и внутренней дисциплине. Праздность, как разновидность свободы требует от человека колоссальных внутренних усилий, потому что легче эту свободу кому-то отдать — бросить к ногам авторитета, чтобы освободиться от груза ответственности. Не всякий способен нести свободу. Большинство людей предпочитает свободу продать за чечевичную похлебку, как Исав продал свое первородство Иакову. Праздность осилит не каждый. По натуре большинство из нас — рабы условностей. Понять самого себя, идентифицировать собственную личность — это признаки первородной свободы. Но первородная свобода — тяжкая ноша. Поверьте на слово. Проще за чечевичную похлебку…

   Для кого-то праздность — мать всех пороков, конец её — жесточайшее рабство и смерть. Для кого-то праздность — испытание. Не было худшего наказания для русского мужика 18—19 века, как смотреть «праздно привязанным к стулу» на работающих друзей. Говорят, изощренную казнь эту придумали промышленники-немцы в России. Немцы вообще хорошие психологи, когда дело касается стимуляции труда. Но беда — положить немецкую психологию на русскую почву. Сквозь асфальт города пробьётся мутант бунта. Не поздоровиться никому. Я в духовном мал, потому придерживаюсь вытяжки из собственного жизненного опыта. Для меня праздность — это повод к собранности и внутренней дисциплине. Праздность, как разновидность свободы требует от человека колоссальных внутренних усилий, потому что легче эту свободу кому-то отдать — бросить к ногам авторитета, чтобы освободиться от груза ответственности. Не всякий способен нести свободу. Большинство людей предпочитает свободу продать за чечевичную похлебку, как Исав продал свое первородство Иакову. Праздность осилит не каждый. По натуре большинство из нас — рабы условностей. Понять самого себя, идентифицировать собственную личность — это признаки первородной свободы. Но первородная свобода — тяжкая ноша. Поверьте на слово. Проще за чечевичную похлебку…

   — Юрий Меркеев · книга
6. «

   Размышлять о смерти — значит размышлять о свободе. Кто научился умирать, тот разучился быть рабом. Готовность умереть избавляет нас от всякого подчинения и принуждения. И нет в жизни зла для того, кто постиг, что потерять жизнь — это не зло.

   Размышлять о смерти — значит размышлять о свободе. Кто научился умирать, тот разучился быть рабом. Готовность умереть избавляет нас от всякого подчинения и принуждения. И нет в жизни зла для того, кто постиг, что потерять жизнь — это не зло.

   — Мишель де Монтень
7. «

   — Он предлагает, чтобы вы увели войска, а взамен он дарует вам титул, поместье и сундук с золотом, который я лично вручу вам. — Титул, поместье, вдобавок золото, чтобы я стал Иудой? — Так всегда делался мир. — Так всегда делались рабы.

   — Он предлагает, чтобы вы увели войска, а взамен он дарует вам титул, поместье и сундук с золотом, который я лично вручу вам. — Титул, поместье, вдобавок золото, чтобы я стал Иудой? — Так всегда делался мир. — Так всегда делались рабы.

   — Уильям Уоллес · фильм
8. «

   Назвать тирана тираном всегда было опасно. Но сегодня не менее опасно назвать раба рабом.

   Назвать тирана тираном всегда было опасно. Но сегодня не менее опасно назвать раба рабом.

   — Рюноскэ Акутагава · книга
9. «

   Лесть — это стиль рабов.

   Лесть — это стиль рабов.

   — Фрэнсис Бэкон
10. «

    Главное несчастье людей, по-моему, …вовсе не в том, что преследуемые и порабощенные страстно желают освободиться, расправить свои плечи. Нет. Главное зло в том, что порабощенные, по сути, в глубине своего сердца мечтают превратиться в поработителей своих поработителей. Преследуемые вожделеют быть преследователями. Рабы мечтают стать господами.

    Главное несчастье людей, по-моему, …вовсе не в том, что преследуемые и порабощенные страстно желают освободиться, расправить свои плечи. Нет. Главное зло в том, что порабощенные, по сути, в глубине своего сердца мечтают превратиться в поработителей своих поработителей. Преследуемые вожделеют быть преследователями. Рабы мечтают стать господами.

    — Амос Оз · книга
11. «

    Если ты надеваешь цепь на шею раба, другой её конец замыкается на твоей собственной.

    Если ты надеваешь цепь на шею раба, другой её конец замыкается на твоей собственной.

    — Ральф Уолдо Эмерсон
12. «

    Мы за демократическую республику, как наилучшую для пролетариата форму государства при капитализме, но мы не вправе забывать, что наемное рабство есть удел народа и в самой демократической буржуазной республике.

    Мы за демократическую республику, как наилучшую для пролетариата форму государства при капитализме, но мы не вправе забывать, что наемное рабство есть удел народа и в самой демократической буржуазной республике.

    — Владимир Ильич Ленин · книга
13. «

    Неукоснительно следовать своим склонностям и быть в их власти — это значит быть рабом самого себя.

    Неукоснительно следовать своим склонностям и быть в их власти — это значит быть рабом самого себя.

    — Мишель де Монтень
14. «

    Даже принцессы могут стать рабами, когда умирает король.

    Даже принцессы могут стать рабами, когда умирает король.

    — Янок
15. «

    А что же эти миллионы солдат, как не личные рабы тех, кто ими управляет? Разве эти люди не принуждены к исполнению всей воли своих владельцев под угрозой истязаний и смерти — угрозой, часто приводимой в исполнение. Разница только в том, что подчинение этих рабов называют не рабством, а дисциплиной, и что те были рабами от рождения до смерти, а эти более или менее короткое время так называемой их службы. Рабство личное не только не уничтожено в наших цивилизованных обществах, но с общей воинской повинностью оно усилилось в последнее время, и как оно было всегда, так и теперь остается, но только несколько изменилось.

    А что же эти миллионы солдат, как не личные рабы тех, кто ими управляет? Разве эти люди не принуждены к исполнению всей воли своих владельцев под угрозой истязаний и смерти — угрозой, часто приводимой в исполнение. Разница только в том, что подчинение этих рабов называют не рабством, а дисциплиной, и что те были рабами от рождения до смерти, а эти более или менее короткое время так называемой их службы. Рабство личное не только не уничтожено в наших цивилизованных обществах, но с общей воинской повинностью оно усилилось в последнее время, и как оно было всегда, так и теперь остается, но только несколько изменилось.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
16. «

    Кто не мыслит самостоятельно, тот находится под внушением другого, мыслящего за него. Отдать кому-нибудь в собственность свою мысль есть более унизительное рабство, чем отдавать кому-нибудь в собственность свое тело.

    Кто не мыслит самостоятельно, тот находится под внушением другого, мыслящего за него. Отдать кому-нибудь в собственность свою мысль есть более унизительное рабство, чем отдавать кому-нибудь в собственность свое тело.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
17. «

    Если ты идёшь на поводу своих желаний — это ещё не свобода. Но идти вопреки своим желаниям — это настоящее рабство.

    Если ты идёшь на поводу своих желаний — это ещё не свобода. Но идти вопреки своим желаниям — это настоящее рабство.

    — Анхель де Куатье · книга
18. «

    Когда Христос пришёл и сказал, что у всех есть душа, рабство рухнуло. Потому что раб — это то, чем можно пользоваться эффективно только зная, что души нет.

    Когда Христос пришёл и сказал, что у всех есть душа, рабство рухнуло. Потому что раб — это то, чем можно пользоваться эффективно только зная, что души нет.

    — Сергей Кургинян
19. «

    Рабство — тягчайшее из всех несчастий.

    Рабство — тягчайшее из всех несчастий.

    — Марк Туллий Цицерон
20. «

    Время – непревзойденный фокусник. Оно так ловко листает картинки жизни, что ты не поспеваешь за ним. Этот процесс непрерывен. Поверь фокуснику, и ты станешь его рабом.

    Время – непревзойденный фокусник. Оно так ловко листает картинки жизни, что ты не поспеваешь за ним. Этот процесс непрерывен. Поверь фокуснику, и ты станешь его рабом.

    — Наталья Солнцева · книга