Топ-67 цитат: «равновесие»

Собрали 67 цитат на тему «равновесие» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Я думаю, как все великие умы, которые пытались постичь небесную механику, а стало быть и божественную, что звезды дают нам удивительную картину устройства нашего общества. Они следуют неизменными стезями, уважают иерархию, которая слабого держит в орбите более сильного, не подавляя его. Звезды учат нас... — Смирению? — Нет, не смирению, а следованию законам равновесия, скромности и умеренности, без которых произошли бы жуткие конфликты, влекущие чудовищные бедствия.

   — Я думаю, как все великие умы, которые пытались постичь небесную механику, а стало быть и божественную, что звезды дают нам удивительную картину устройства нашего общества. Они следуют неизменными стезями, уважают иерархию, которая слабого держит в орбите более сильного, не подавляя его. Звезды учат нас... — Смирению? — Нет, не смирению, а следованию законам равновесия, скромности и умеренности, без которых произошли бы жуткие конфликты, влекущие чудовищные бедствия.

   — граф де Шабанн · фильм
2. «

   Как говорил Заратустра Символ жизни — весы, То поцелуешь кого-то, То дашь кому-то пизды.

   Как говорил Заратустра Символ жизни — весы, То поцелуешь кого-то, То дашь кому-то пизды.
3. «

   Добро и зло — это не два понятия, они неразрывны.

   Добро и зло — это не два понятия, они неразрывны.

   — Руми
4. «

   Меня переполняло ощущение, словно он и я — мы были единичными точками двух огромных вращающихся орбит, парящих в разных временных параллелях мультивселенной, перебирающих всевозможные альтернативные реальности. И в момент очередной их раскачки, эти орбиты сошлись как раз в наших точках, и наша реальность обрела совершенное равновесие, застыв на этой координате. Все стало так, как всегда должно было быть: это и была нирвана земной жизни.

   Меня переполняло ощущение, словно он и я — мы были единичными точками двух огромных вращающихся орбит, парящих в разных временных параллелях мультивселенной, перебирающих всевозможные альтернативные реальности. И в момент очередной их раскачки, эти орбиты сошлись как раз в наших точках, и наша реальность обрела совершенное равновесие, застыв на этой координате. Все стало так, как всегда должно было быть: это и была нирвана земной жизни.

   — Марина Матисс · книга
5. «

   Не существует любви без ненависти, нет мира без насилия и нет прощения без злости — это лишило бы мира равновесия.

   Не существует любви без ненависти, нет мира без насилия и нет прощения без злости — это лишило бы мира равновесия.

   — Зена · сериал
6. «

   Вселенная, похоже, просто помешана на равновесии. Хлебом её не корми, дай всё уравновесить. Тьму светом, пустоту изобилием, вечность временем, а... – А всякое живое существо – Тенью.

   Вселенная, похоже, просто помешана на равновесии. Хлебом её не корми, дай всё уравновесить. Тьму светом, пустоту изобилием, вечность временем, а... – А всякое живое существо – Тенью.

   — Макс Фрай · книга
7. «

   — Меня напрягают те слова Дитона. Когда-нибудь слышал о регрессии к среднему значению? — Нет. Кажется, нет. — Под этим он имел в виду, что жизнь никогда не бывает только плохой или только хорошей. В конечном счёте всё возвращается к среднему значению. А теперь вспомни последние месяцы. Всё ведь было хорошо, да? Но не потрясающе. — Да... Но за эти полгода нас никто не пытался убить. — Точно. Мы уже давно болтаемся где-то посередине, а это значит, что в какой-то момент весы должны качнуться в ту или иную сторону: всё снова станет или очень хорошо... — Или плохо...

   — Меня напрягают те слова Дитона. Когда-нибудь слышал о регрессии к среднему значению? — Нет. Кажется, нет. — Под этим он имел в виду, что жизнь никогда не бывает только плохой или только хорошей. В конечном счёте всё возвращается к среднему значению. А теперь вспомни последние месяцы. Всё ведь было хорошо, да? Но не потрясающе. — Да... Но за эти полгода нас никто не пытался убить. — Точно. Мы уже давно болтаемся где-то посередине, а это значит, что в какой-то момент весы должны качнуться в ту или иную сторону: всё снова станет или очень хорошо... — Или плохо...

   — Скотт МакКолл · сериал
8. «

   Бог… судьба… промысел… рок… как ни назови, это нечто словно протягивает твердую и властную руку, чтобы опять привести весы в равновесие.

   Бог… судьба… промысел… рок… как ни назови, это нечто словно протягивает твердую и властную руку, чтобы опять привести весы в равновесие.

   — Стивен Кинг · книга
9. «

   Это было как чесотка, я не мог сопротивляться, вроде того, как я иду по мостовой в Портнейле и случайно задеваю каблуком камень. Я должен ударить и другой каблук с силой, как можно более близкой к первоначальной, чтобы опять почувствовать себя нормально. Или если я задену одной рукой стену либо столб, я должен вскоре задеть что-то и другой рукой, или, по меньшей мере, царапнуть ее другой рукой. Так я пытаюсь поддерживать равновесие, хотя и не знаю зачем. Это просто нечто, что должно быть сделано, и так же я должен был избавиться от любой женщины, должен был толкнуть весы обратно.

   Это было как чесотка, я не мог сопротивляться, вроде того, как я иду по мостовой в Портнейле и случайно задеваю каблуком камень. Я должен ударить и другой каблук с силой, как можно более близкой к первоначальной, чтобы опять почувствовать себя нормально. Или если я задену одной рукой стену либо столб, я должен вскоре задеть что-то и другой рукой, или, по меньшей мере, царапнуть ее другой рукой. Так я пытаюсь поддерживать равновесие, хотя и не знаю зачем. Это просто нечто, что должно быть сделано, и так же я должен был избавиться от любой женщины, должен был толкнуть весы обратно.

   — Иэн Бэнкс · книга
10. «

    — Всякое поветрие или мор — это, в общем-то, обычное колебание маятника в часах Великого Равновесия... Мы порой испытываем страдания, когда Миропорядок стремится обрести утраченное на миг равновесие, однако не теряем надежды, даже если приостанавливается развитие искусств и люди ненадолго забывают слова Созидания. Это ведь тоже естественное состояние Природы... И только одно существо способно полностью нарушить баланс. — Человек? — напряженно спросил Аррен. — Да, люди. — Но почему? — Из-за своей неуемной жажды жизни. — Жизни? Но разве это плохо — желать жить? — Нет, это не плохо. Но когда мы силой заставляем природу выполнять наши желания, когда мы требуем, требуем, требуем — несокрушимого здоровья, абсолютной безопасности, бессмертия, — тогда естественное желание превращается в алчность. А когда алчность подкреплена Знанием, она открывает ворота Злу. И тогда Великое Равновесие нарушается, и Зло тяжким бременем тянет чашу мировых весов вниз.

    — Всякое поветрие или мор — это, в общем-то, обычное колебание маятника в часах Великого Равновесия... Мы порой испытываем страдания, когда Миропорядок стремится обрести утраченное на миг равновесие, однако не теряем надежды, даже если приостанавливается развитие искусств и люди ненадолго забывают слова Созидания. Это ведь тоже естественное состояние Природы... И только одно существо способно полностью нарушить баланс. — Человек? — напряженно спросил Аррен. — Да, люди. — Но почему? — Из-за своей неуемной жажды жизни. — Жизни? Но разве это плохо — желать жить? — Нет, это не плохо. Но когда мы силой заставляем природу выполнять наши желания, когда мы требуем, требуем, требуем — несокрушимого здоровья, абсолютной безопасности, бессмертия, — тогда естественное желание превращается в алчность. А когда алчность подкреплена Знанием, она открывает ворота Злу. И тогда Великое Равновесие нарушается, и Зло тяжким бременем тянет чашу мировых весов вниз.

    — Урсула Ле Гуин · книга
11. «

    Тот, кто любит, должен владеть искусством терять и находить. Он научился соблюдать равновесие между тем и другим.

    Тот, кто любит, должен владеть искусством терять и находить. Он научился соблюдать равновесие между тем и другим.

    — Пауло Коэльо · книга
12. «

    Равновесие — единственное, в чём байкер постоянен.

    Равновесие — единственное, в чём байкер постоянен.

    — Николай Михайлович Романов · книга
13. «

    – Амара миллиарды лет была в заточении, но... она... всегда была, она должна быть. Ну там инь и янь... или свет и тьма. – Переведи, Чак. – Во Вселенной... существует... равновесие, гармония. Свету нужна тьма, а тьме нужен свет. Если что-то одна уничтожит, ну, тогда... – Это будет плохо. – Это будет очень плохо. Ну, примерно как конец света.

    – Амара миллиарды лет была в заточении, но... она... всегда была, она должна быть. Ну там инь и янь... или свет и тьма. – Переведи, Чак. – Во Вселенной... существует... равновесие, гармония. Свету нужна тьма, а тьме нужен свет. Если что-то одна уничтожит, ну, тогда... – Это будет плохо. – Это будет очень плохо. Ну, примерно как конец света.

    — Бог · сериал
14. «

    Наука указывает, что укрепление координации и равновесия помогает людям с рассеянным вниманием.

    Наука указывает, что укрепление координации и равновесия помогает людям с рассеянным вниманием.

    — Эдвард Хэлловэлл · книга
15. «

    Выбор — это ведь так страшно! Решать судьбу мира и держать в своих руках власть! Знать, что благодаря твоему поступку чаши весов могут попросту перевернуться...

    Выбор — это ведь так страшно! Решать судьбу мира и держать в своих руках власть! Знать, что благодаря твоему поступку чаши весов могут попросту перевернуться...

    — Алексей Пехов · книга
16. «

    Наши поступки вовсе не похожи на камень, который можно поднять с земли, бросить, и он либо попадёт в цель, либо пролетит мимо. На чём его полёт и закончится. Когда камень поднимают, земля становится чуть легче, рука же, что держит его тяжелее. Брошенный кем-то камень изменяет траектории звёзд, и в зависимости от того, попадёт ли он в цель или пролетит мимо, соответственно изменяется Вселенная. От каждого нашего действия зависит равновесие всего сущего. Ветры и моря, сила воды, сила земли и сила света, как и всё, что творят эти силы, и всё для чего существуют звери и растения, всё это задумано хорошо и правильно. И все эти силы действуют как бы внутри Мирозданья, все они связаны Великим Равновесием. Ураганы и фонтаны воды, которые выбрасывает плывущий кашалот, падение на землю сухого листа и полёт мухи — всё это тесно связано с равновесием целого мира. И поскольку постольку нам дана сила повелевать миром и друг другом, мы непременно должны научиться поступать так, как в соответствии со своей природой, поступаю сухой листок, кит и ветер. Мы должны научиться хранить Равновесие. Обладая разумом, мы не должны совершать неразумных поступков. Обладая выбором, мы не должны поступать безответственно. Кто я такой — хотя и обладаю вполне достаточным могуществом, — чтобы кого-то наказывать или награждать, играя судьбами людей?

    Наши поступки вовсе не похожи на камень, который можно поднять с земли, бросить, и он либо попадёт в цель, либо пролетит мимо. На чём его полёт и закончится. Когда камень поднимают, земля становится чуть легче, рука же, что держит его тяжелее. Брошенный кем-то камень изменяет траектории звёзд, и в зависимости от того, попадёт ли он в цель или пролетит мимо, соответственно изменяется Вселенная. От каждого нашего действия зависит равновесие всего сущего. Ветры и моря, сила воды, сила земли и сила света, как и всё, что творят эти силы, и всё для чего существуют звери и растения, всё это задумано хорошо и правильно. И все эти силы действуют как бы внутри Мирозданья, все они связаны Великим Равновесием. Ураганы и фонтаны воды, которые выбрасывает плывущий кашалот, падение на землю сухого листа и полёт мухи — всё это тесно связано с равновесием целого мира. И поскольку постольку нам дана сила повелевать миром и друг другом, мы непременно должны научиться поступать так, как в соответствии со своей природой, поступаю сухой листок, кит и ветер. Мы должны научиться хранить Равновесие. Обладая разумом, мы не должны совершать неразумных поступков. Обладая выбором, мы не должны поступать безответственно. Кто я такой — хотя и обладаю вполне достаточным могуществом, — чтобы кого-то наказывать или награждать, играя судьбами людей?

    — Урсула Ле Гуин · книга
17. «

    Я сомневаюсь в том, что Украина, которую в Европе считают без пяти минут членом Евросоюза и НАТО, сможет когда-либо стать членом этих объединений. У нас, европейцев, нет на это денег. Украина вернется к положению буферного государства если повезет, то с международными гарантиями безопасности, которые зафиксирует соглашение между Россией и США, может, и Европа сможет принять в этом участие. Один на один Украина и Россия никогда не договорятся о мире, так как каждая сторона все еще верит в собственную победу, и потому, перемирие должно прийти извне. Но западные страны отдали указание, чтобы мир занял позицию против России и поддержал коллективный Запад на моральной основе. Многие страны мира постепенно становятся на сторону России в конфликте на Украине, несмотря на запреты Запада. В реальности, понемногу все поддерживают позицию России. Запад же напротив — непредсказуем, неуправляем и находится в стадии распада. Наглядный пример нелогичности европейской политики. Брюссель создает мир, постоянно поддерживая войну. Она пролила свет на тот факт, что самая большая проблема в мире — это ослабление и распад Запада. Конечно, западная пресса утверждает не это, а то, что самая большая проблема в мире — это Россия и угроза, исходящая от нее. Это заблуждение. Россия находится под гиперрациональным управлением, в том, что она делает, нет загадки, все логически следует из ее интересов, поэтому она понятна и на нее можно рассчитывать. За её надежность следования взятым обязательствами, её неуклонное следование традиционным ценностям. Самая сильная международная привлекательность российской «мягкой силы» — это ее неприятие ЛГБТ. Запад отрицает общую культуру и строящуюся на ней мораль. Больше нет никакой общей морали — если вы смотрели вчерашнее открытие Олимпийских игр, вы могли это видеть. Люди на Западе больше не стремятся к великим идеалам и целям — твой Бог, твоя страна, твоя семья. Они вместо этого сосредоточили свою энергию на собственном величии, но получили не величие, а грандиозность. Вот почему мы видим высокомерие у западных лидеров.

    Я сомневаюсь в том, что Украина, которую в Европе считают без пяти минут членом Евросоюза и НАТО, сможет когда-либо стать членом этих объединений. У нас, европейцев, нет на это денег. Украина вернется к положению буферного государства если повезет, то с международными гарантиями безопасности, которые зафиксирует соглашение между Россией и США, может, и Европа сможет принять в этом участие. Один на один Украина и Россия никогда не договорятся о мире, так как каждая сторона все еще верит в собственную победу, и потому, перемирие должно прийти извне. Но западные страны отдали указание, чтобы мир занял позицию против России и поддержал коллективный Запад на моральной основе. Многие страны мира постепенно становятся на сторону России в конфликте на Украине, несмотря на запреты Запада. В реальности, понемногу все поддерживают позицию России. Запад же напротив — непредсказуем, неуправляем и находится в стадии распада. Наглядный пример нелогичности европейской политики. Брюссель создает мир, постоянно поддерживая войну. Она пролила свет на тот факт, что самая большая проблема в мире — это ослабление и распад Запада. Конечно, западная пресса утверждает не это, а то, что самая большая проблема в мире — это Россия и угроза, исходящая от нее. Это заблуждение. Россия находится под гиперрациональным управлением, в том, что она делает, нет загадки, все логически следует из ее интересов, поэтому она понятна и на нее можно рассчитывать. За её надежность следования взятым обязательствами, её неуклонное следование традиционным ценностям. Самая сильная международная привлекательность российской «мягкой силы» — это ее неприятие ЛГБТ. Запад отрицает общую культуру и строящуюся на ней мораль. Больше нет никакой общей морали — если вы смотрели вчерашнее открытие Олимпийских игр, вы могли это видеть. Люди на Западе больше не стремятся к великим идеалам и целям — твой Бог, твоя страна, твоя семья. Они вместо этого сосредоточили свою энергию на собственном величии, но получили не величие, а грандиозность. Вот почему мы видим высокомерие у западных лидеров.

    — Виктор Орбан
18. «

    Равновесие находится посередине между двумя крайностями.

    Равновесие находится посередине между двумя крайностями.

    — Бернар Вербер · книга
19. «

    Когда мне грустно, я читаю смешную книгу. Когда сильно взволнована — спокойную и неторопливую. Как будто я — одна чаша весов, а книга — другая. После недолгого колебания все приходит в равновесие.

    Когда мне грустно, я читаю смешную книгу. Когда сильно взволнована — спокойную и неторопливую. Как будто я — одна чаша весов, а книга — другая. После недолгого колебания все приходит в равновесие.
20. «

    Что из одного места убудет, в другом прибудет.

    Что из одного места убудет, в другом прибудет.

    — Михаил Васильевич Ломоносов