215 цитат про «разрушение» для вдохновения

Тема «разрушение» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 215 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Годзилла реальности разрушила Токио грез.

   Годзилла реальности разрушила Токио грез.
2. «

   Не позволяй работе разрушать свою личную жизнь. Или потом придётся жалеть, что упустил всех красивых женщин.

   Не позволяй работе разрушать свою личную жизнь. Или потом придётся жалеть, что упустил всех красивых женщин.

   — Доктор Беккер · аниме
3. «

   УБЕЙ! Мои жалкие мысли. СОЖГИ! Мои слезы дотла ПРОКЛИНАЙ! Мои дни... Я слышу, как рвется под ногами земля.

   УБЕЙ! Мои жалкие мысли. СОЖГИ! Мои слезы дотла ПРОКЛИНАЙ! Мои дни... Я слышу, как рвется под ногами земля.
4. «

   Предательство – не глупости. От него империи рушатся.

   Предательство – не глупости. От него империи рушатся.

   — Мариша Пессл · книга
5. «

   Или ещё вот этот способ. Один из самых важных. Не позволяй людям быть счастливыми. Счастье самосодержательно и самодостаточно. Если люди счастливы, ты им не нужен. Счастливые люди свободны. Поэтому убей радость в их жизни. Отними у них всё, что им дорого и важно. Никогда не позволяй людям иметь то, чего они хотят. Заставь их почувствовать, что само личное желание — зло.

   Или ещё вот этот способ. Один из самых важных. Не позволяй людям быть счастливыми. Счастье самосодержательно и самодостаточно. Если люди счастливы, ты им не нужен. Счастливые люди свободны. Поэтому убей радость в их жизни. Отними у них всё, что им дорого и важно. Никогда не позволяй людям иметь то, чего они хотят. Заставь их почувствовать, что само личное желание — зло.

   — Айн Рэнд · книга
6. «

   Не замечая смерти и тлена, растут травы и звери. Забывая о смерти и тлене, живут люди... Человеку свойственно противостоять разрушению. Сам смысл человеческого существования состоит в этой вечной, яростной борьбе, которую невозможно выиграть — но в которой нельзя и уступить.

   Не замечая смерти и тлена, растут травы и звери. Забывая о смерти и тлене, живут люди... Человеку свойственно противостоять разрушению. Сам смысл человеческого существования состоит в этой вечной, яростной борьбе, которую невозможно выиграть — но в которой нельзя и уступить.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   У нас сейчас увлечение такое — строительство новых храмов, новых сооружений. Я понимаю, что каждая эпоха хочет оставить по себе памятник, но всё-таки легче было, скажем, египетским фараонам, царям Древней Греции, а византийским императорам уже было трудней, потому что надо было что-то ломать и что-то восстанавливать. Если на наших глазах будет разрушаться Дом Пашкова, будет догнивать Исторический музей не реставрированный и сползать в Новгород Волхов, разве можно сейчас на полном серьёзе говорить о восстановлении Храма Христа Спасителя? Я хочу, чтобы этот храм был в центре России, но сначала надо восстановить то, что у нас разрушается от XII-XVIII веков!

   У нас сейчас увлечение такое — строительство новых храмов, новых сооружений. Я понимаю, что каждая эпоха хочет оставить по себе памятник, но всё-таки легче было, скажем, египетским фараонам, царям Древней Греции, а византийским императорам уже было трудней, потому что надо было что-то ломать и что-то восстанавливать. Если на наших глазах будет разрушаться Дом Пашкова, будет догнивать Исторический музей не реставрированный и сползать в Новгород Волхов, разве можно сейчас на полном серьёзе говорить о восстановлении Храма Христа Спасителя? Я хочу, чтобы этот храм был в центре России, но сначала надо восстановить то, что у нас разрушается от XII-XVIII веков!

   — Савелий Васильевич Ямщиков
8. «

   — Все люди думают, что будут жить вечно, — тихо начал он. — Никто не допускает даже мысли, что когда-нибудь их век кончится. Что когда-нибудь на Земле не останется ни одного из их племени, как это случилось с Синиссипи. Твои соплеменники, Нест, тоже в этом уверены. Они будут жить всегда. Никому их не уничтожить, не стереть с лица земли. Просто ослеплены собственной неуязвимостью. А ведь уничтожение уже началось. Оно происходит постепенно, исподволь. Мало-помалу их вера в себя разрушается. Растущий цинизм отравляет жизнь. Маленькие акты доброты и милосердия считаются непрактичными, чуть ли не проявлениями слабости. Незначительные поступки приводят к серьезным преступлениям. Невежливость и неуважение к людям возводится в ранг добродетели. Люди стали нетерпимыми и осуждают друг друга. Культура забыта.[...] Если бездомные не могут найти убежища, их самих обвиняют в этом. Бедняков, не имеющих работы, называют бездельниками. Если болезнь поражает того, кто живет не так, как вы все, вы считаете, что он сам навлек ее на свою голову. Посмотри на свой народ, Нест Фримарк. Люди забросили стариков. Шарахаются от больных. Бросают детей. Кидаются на тех, кто выглядит иначе. Творят беззаконие, предают, поступают безнравственно. Они сеют ложь, и всходит безверие. Каждая крупица тьмы порождает новую. Каждый случай проявления гнева, жадности, мелочности порождает новые такие же. Люди ощущают свою ничтожность. Они понимают, как мало им по силам. Их безумие — дело рук их самих. Но они беспомощны, ибо отказываются признать источник всех бед. Они воюют сами с собой, но не понимают природы этой войны. Он сделал глубокий вдох. — Разве хоть кто-нибудь из ваших верит в то, что сейчас жизнь в этой стране лучше, чем двадцать лет назад? Верят ли они, что угрозы стало меньше? Чувствуют ли себя безопасней в своих домах и городах? Найдут ли они в себе честность, доверие и сочувствие, которые пересилят жадность, лживость и мерзость? Можешь ли ты сказать мне, что бояться нечего? Мы не всегда узнаем то, что приходит разрушить нас. Это урок Синиссипи. Он может проявиться во множестве форм. Пожалуй, мои люди были разрушены миром, который ждал от них изменений. И это оказалось для них не по силам. — Он медленно покачал головой, словно стараясь лучше осмыслить свои слова. — Но есть причина считать, что твой народ разрушает сам себя.

   — Все люди думают, что будут жить вечно, — тихо начал он. — Никто не допускает даже мысли, что когда-нибудь их век кончится. Что когда-нибудь на Земле не останется ни одного из их племени, как это случилось с Синиссипи. Твои соплеменники, Нест, тоже в этом уверены. Они будут жить всегда. Никому их не уничтожить, не стереть с лица земли. Просто ослеплены собственной неуязвимостью. А ведь уничтожение уже началось. Оно происходит постепенно, исподволь. Мало-помалу их вера в себя разрушается. Растущий цинизм отравляет жизнь. Маленькие акты доброты и милосердия считаются непрактичными, чуть ли не проявлениями слабости. Незначительные поступки приводят к серьезным преступлениям. Невежливость и неуважение к людям возводится в ранг добродетели. Люди стали нетерпимыми и осуждают друг друга. Культура забыта.[...] Если бездомные не могут найти убежища, их самих обвиняют в этом. Бедняков, не имеющих работы, называют бездельниками. Если болезнь поражает того, кто живет не так, как вы все, вы считаете, что он сам навлек ее на свою голову. Посмотри на свой народ, Нест Фримарк. Люди забросили стариков. Шарахаются от больных. Бросают детей. Кидаются на тех, кто выглядит иначе. Творят беззаконие, предают, поступают безнравственно. Они сеют ложь, и всходит безверие. Каждая крупица тьмы порождает новую. Каждый случай проявления гнева, жадности, мелочности порождает новые такие же. Люди ощущают свою ничтожность. Они понимают, как мало им по силам. Их безумие — дело рук их самих. Но они беспомощны, ибо отказываются признать источник всех бед. Они воюют сами с собой, но не понимают природы этой войны. Он сделал глубокий вдох. — Разве хоть кто-нибудь из ваших верит в то, что сейчас жизнь в этой стране лучше, чем двадцать лет назад? Верят ли они, что угрозы стало меньше? Чувствуют ли себя безопасней в своих домах и городах? Найдут ли они в себе честность, доверие и сочувствие, которые пересилят жадность, лживость и мерзость? Можешь ли ты сказать мне, что бояться нечего? Мы не всегда узнаем то, что приходит разрушить нас. Это урок Синиссипи. Он может проявиться во множестве форм. Пожалуй, мои люди были разрушены миром, который ждал от них изменений. И это оказалось для них не по силам. — Он медленно покачал головой, словно стараясь лучше осмыслить свои слова. — Но есть причина считать, что твой народ разрушает сам себя.

   — Терри Брукс · книга
9. «

   Take me over the walls below. Fly forever. Don't let me go. I need a savior to heal my pain When I become my worst enemy The enemy.

   Take me over the walls below. Fly forever. Don't let me go. I need a savior to heal my pain When I become my worst enemy The enemy.
10. «

    Если бы отец мой и дед встали из гробов и посмотрели на все происшествие, как их Ермолай, битый, малограмотный Ермолай, который зимой босиком бегал, как этот самый Ермолай купил имение, прекрасней которого ничего нет на свете. Я купил имение, где дед и отец были рабами, где их не пускали даже в кухню... Эй, музыканты, играйте, я желаю вас слушать! Приходите все смотреть, как Ермолай Лопахин хватит топором по вишневому саду, как упадут на землю деревья! Настроим мы дач, и наши внуки и правнуки увидят тут новую жизнь... Музыка, играй!

    Если бы отец мой и дед встали из гробов и посмотрели на все происшествие, как их Ермолай, битый, малограмотный Ермолай, который зимой босиком бегал, как этот самый Ермолай купил имение, прекрасней которого ничего нет на свете. Я купил имение, где дед и отец были рабами, где их не пускали даже в кухню... Эй, музыканты, играйте, я желаю вас слушать! Приходите все смотреть, как Ермолай Лопахин хватит топором по вишневому саду, как упадут на землю деревья! Настроим мы дач, и наши внуки и правнуки увидят тут новую жизнь... Музыка, играй!

    — Антон Павлович Чехов · книга
11. «

    Не поддавайся искушению тьмы, этим только разрушишь себя!

    Не поддавайся искушению тьмы, этим только разрушишь себя!
12. «

    Никогда не думал, что тот, кому доверяешь, может обернуться против тебя. Наши земли не просто были опустошены — они стали доступны к полномасштабному вторжению. Наши новые враги надвигались с юга экватора, разоряя обескровленную страну. Но я хорошо вас натренировал. И вы не будете одни. Человек, который по настоящему любит свою Родину, не только отдаёт за неё свою жизнь. Он даёт ей и новых сыновей. Время заслужить маску.

    Никогда не думал, что тот, кому доверяешь, может обернуться против тебя. Наши земли не просто были опустошены — они стали доступны к полномасштабному вторжению. Наши новые враги надвигались с юга экватора, разоряя обескровленную страну. Но я хорошо вас натренировал. И вы не будете одни. Человек, который по настоящему любит свою Родину, не только отдаёт за неё свою жизнь. Он даёт ей и новых сыновей. Время заслужить маску.

    — Элиас Уокер · игра
13. «

    Чтобы разрушить человека, нет средства вернее, чем поставить в положение, когда его целью становится не добиться наивысшего успеха, а день за днём работать хуже.

    Чтобы разрушить человека, нет средства вернее, чем поставить в положение, когда его целью становится не добиться наивысшего успеха, а день за днём работать хуже.

    — Айн Рэнд · книга
14. «

    Чтобы что-то создать, сначала надо разрушить.

    Чтобы что-то создать, сначала надо разрушить.

    — андроид Дэвид · фильм
15. «

    То, к чему мы сегодня пришли под влиянием насквозь лицемерного «нравственного кодекса строителей коммунизма», — прямой итог предсказанной Ницше дегенерации, усиленной тоталитарным способом навязывания «морали рабов».

    То, к чему мы сегодня пришли под влиянием насквозь лицемерного «нравственного кодекса строителей коммунизма», — прямой итог предсказанной Ницше дегенерации, усиленной тоталитарным способом навязывания «морали рабов».

    — Игорь Иванович Гарин · книга
16. «

    Разрушать того, кто и так уже разрушен? Чонгук бы никогда так не поступил. Ни с кем. Это не в его жизненных правилах.

    Разрушать того, кто и так уже разрушен? Чонгук бы никогда так не поступил. Ни с кем. Это не в его жизненных правилах.

    — Анна Элис · книга
17. «

    Измены разрушают людей изнутри.

    Измены разрушают людей изнутри.

    — Сара Пекканен · книга
18. «

    «Хлеба и зрелищ» – начало конца, - Принцип, который империи рушил, Где превращались в подобье купца Алчно гниющие, темные души. Люди без веры – как пыль на ветру, - Слоем песка накрывают руины. Множество слов застревало во рту, Но не о них повествуют былины.

    «Хлеба и зрелищ» – начало конца, - Принцип, который империи рушил, Где превращались в подобье купца Алчно гниющие, темные души. Люди без веры – как пыль на ветру, - Слоем песка накрывают руины. Множество слов застревало во рту, Но не о них повествуют былины.
19. «

    Мир должен быть разрушен. И только тогда он обретёт свою красоту. Именно таким я его и представляла. Именно таким мир и должен быть. Но в этом мире лишь моё тело умирает, становится гнилью. Да, гниёт. Может таким моё тело и должно было быть? Может в этом и есть моё истинное «я»? Но затем я всё-таки вспоминаю — я всё ещё лишь учусь в средней школе. Я никогда ни о чём всерьёз не задумывалась. И здесь никогда не происходило ничего удивительного. Всё... обыденно.

    Мир должен быть разрушен. И только тогда он обретёт свою красоту. Именно таким я его и представляла. Именно таким мир и должен быть. Но в этом мире лишь моё тело умирает, становится гнилью. Да, гниёт. Может таким моё тело и должно было быть? Может в этом и есть моё истинное «я»? Но затем я всё-таки вспоминаю — я всё ещё лишь учусь в средней школе. Я никогда ни о чём всерьёз не задумывалась. И здесь никогда не происходило ничего удивительного. Всё... обыденно.

    — Хидоми · аниме
20. «

    Вай говорила, что я могу починить что угодно. До того как я всё сломала.

    Вай говорила, что я могу починить что угодно. До того как я всё сломала.

    — Джинкс (Паудер) · мультфильм